Шаги приближались, но из-за моих ответных выстрелов, наемники осторожничали. И когда меня возьмут, а меня возьмут, всё изменится. Осторожность наёмников исчезнет. Приказ Силии, пронзивший коридор истеричным визгом, был предельно понятен — убить девчонку.

Пока я стреляю в ответ, пока враги думают, что мы вместе — у Юли есть шанс.

— Это кровь⁈ — донёсся голос жены из-за поворота. — Чья⁈ Новски не должен умереть, прежде чем… тварь!

Силия боялась остаться без кодов, без трофея, без своей игрушки для расправы, без кредитов. Если я не передам ей коды, она получит все и ничего. Тогда ее план не выгорит.

— А я жив, моя дорогая супруга! — я заорал так, что эхо покатилось по металлическим стенам, и тут же расхохотался. Хохот вышел хриплым, срывным, почти безумным. Кажется, я тронулся умом от боли и потери крови. Или, может, наконец-то обрёл ясность. Отчаянный и блестящий план в своей простоте, созрел в голове мгновенно. Я сделаю ставку не на силу, а на жадность. На убогую, всепобеждающую жадность!

— Энор, клянусь, ты не умрёшь быстро! — её шипение было полным такой личной, сконцентрированной ненависти, что по коже побежали мурашки. Во мне взыграл азарт.

— Да неужели? — я оттолкнулся от стены и вышел на середину коридора. В луче тусклого света, падающего с потолка, я должен был выглядеть жалко: голый, окровавленный, дрожащий от напряжения и потери крови. Но я расправил плечи, насколько позволяла рана, и расставил руки в стороны, как бы говоря: «Вот он я. Бери». Бластер в моей руке был теперь направлен не вперёд, а прижат дулом к собственному виску. Холодный металл жёг кожу. Заряд: 3 %.

Пара выстрелов у меня была. Но не на них.

На паузу. На переговоры.

На себя.

— Силия, выходи, — голос мой звучал удивительно ровно, почти ласково. — Открою вам секрет, парни. У меня осталось не так много заряда и тратить драгоценные выстрелы на вас я не собираюсь.

Из-за поворота, как тени, выползло четверо. Их лица скрывали грубые платки, но позы, движения выдавали дилетантов. Ни отточенной слаженности, ни хладнокровной эффективности. Они прятались в проёмах дверей, озирались, перешёптывались. Наёмники с Яроса? Отбросы, а не профессионалы.

— Где девка⁈ — прошипела Силия, всё ещё не показываясь. Я представлял её лицо: идеальные черты, искажённые злобой, макияж, не тронутый слезами, потому что плакать она разучилась. Только ненавидеть.

— Ваш муж ранен, госпожа, — доложил один из наёмников сдавленным голосом.

— Привести ко мне моего мужа! Убить шлюху! Я вам заплатила! — её крик был полон паники. Боялась Силия не за меня, а за то, что не получит кодов.

— Или можете выслушать моё предложение, — сказал я громко, веско, как на совете директоров. — Я заплачу больше.

Тишина.

— Сколько? — спросил тот же голос, и сразу же за ним последовал сдавленный стон, будто его ударили под дых

Попадание. Их просто наняли за кредиты. И у меня этих кредитов было больше, куда больше…

— Я дам больше! Утрою! И Боргес! — рявкнула Силия, и её слова повисли в воздухе, как ядовитый туман.

Боргес. Пазл сложился в голове. Если замешан клан Боргес, то это месть. Силия может и не хотела убивать Юлю, но Боргес… То покушение на Гросса, в котором пострадала Юля, стало настоящим ударом по репутации всего клана Боргес. А их первый сын, насколько я помню, был отправлен на Ярос. И тут стало понятно откуда наемники.

— Вы похитили меня, — выплюнул я, и в голосе впервые прорвалась неподдельная, ледяная злость. — И знаете, кто я. Представляете масштаб моего состояния? Я предлагаю не просто кредиты. Я предлагаю шанс унести ноги живыми, пока сюда не пришли те, кто сотрет с лица Харты целые кварталы, чтобы найти одну женщину.

— Я сказала — взять! — Силия выкрикнула это, но в её голосе уже не было власти. Был истеричный приказ того, кто чувствует, как почва уходит из-под ног. Наёмники замерли. Сомнения — самый страшный вирус в любой армии.

— Я могу предложить больше, — почти запел я, чувствуя, как слабость подкашивает ноги. Кровь продолжала сочиться. Я прислонился к стене, чтобы не упасть. — И чтобы вы мне больше доверяли, расскажу, кого вы похитили. Юлия Соколова — простая переселенка? Ваша «цель»? Её первые мужья… как бы помягче… Ильхом Гросс — не просто пилот. Адмирал, живая легенда «Пепла», и у него за душой тьма друзей, готовых на всё. Нет, не друзей, у него армия! Саратеш Алотара… его имя вам о чём-нибудь говорит?

— Алотар⁈ — кто-то шокировано прошипел с другой стороны.

— Кровь Императора, пусть и незаконная. Вы думаете, они ограничатся поисками? Они сожгут в пламени мести каждого. А если вы её убьете… — я сделал паузу, давая ужасу укорениться, — … ваши лица, ваши имена, ваши криогенные капсулы на краю галактики — ничто не спасёт вас. Они найдут и отомстят. И даже закон не поможет.

В коридоре послышалось сдавленное ругательство, нервный шепот.

Отлично! Силия — идиотка, нанявшая таких простофиль. Эти отморозки даже не удосужились «пробить заказ». Они видели только кредиты и простую, избалованную кхарку-заказчицу.

— Хватит! — Силия вышла на свет.

Я оскалился, предчувствуя победу.

Силия была безупречна. Тёмный, идеально сидящий костюм, совершенная укладка, драгоценности, холодно сверкавшие на шее и запястьях. Ее маска, но под ней — холодное, беспринципное чудовище, движимое жадностью, завистью и ненавистью.

— Что хватит? — я снова приставил бластер к виску. Движение было уже медленным, театральным. — Я вышибу себе мозги прямо сейчас, Силия. Кодов доступа ты не получишь. Никогда! И что у тебя останется? Хватит ли заплатить этим ублюдкам? Ты не дура, ты заплатила лишь задаток. А остальное? И как ты будешь спасаться, когда клан Юли настигнет тебя? Тебя, кхарку, да. Не допросят, не прижмут? Ты уверена? Уверена, что отец Алотара, сам Император, не сделает исключения для той, кто покусилась на носительницу его возможного внука?

С моей стороны эта была «стрельба» вслепую, но я видел, как дёрнулось идеальное лицо жены. Попал!

— Заткнись! — её шипение стало звериным. — Убейте его! Сейчас же!

Силия понимала, что теряет всё. Её жадность, её план, её контроль — всё рассыпалось, потому что я поднял ставки до небес и показал наемникам пропасть под ногами. Если я перекуплю этих ублюдков, Силию ждёт не просто развод. Её ждёт суд, позор, может, и казнь.

Мне пришлось отступить, спрятаться за выступ двери. Держать бластер у виска уже не было смысла — жена решила, что лучше мёртвый муж и потеря всего, чем побег и её падение. Адреналин, что держал меня на ногах, начал стремительно иссякать. В глазах поплыли тёмные пятна, мир сузился до звука её истеричного голоса.

— Я предложу куда больше, — пробормотал я, но голос уже был слабым. Кровь текла по руке, капала с кончиков пальцев. — Иммунитет. Новые личности. Планеты…

— Убейте его! Я приказываю! — в крике Силии было отчаяние загнанного зверя. — Оставите их в живых — и умрёте все! А я — кхарка! Меня не тронут! Я буду молчать! Ну же!

Последний шёпот, последнее ругательство… и тишина. Решение?

Я высунулся на миг, чтобы увидеть, кто из них дрогнул.

И в этот миг почувствовал укол. Не боль, а резкий, жгучий укус в здоровое предплечье.

Всё замедлилось.

Я видел, как из темноты вылетает маленький, почти невидимый дротик. Видел, как мой бластер выпадает из внезапно онемевших пальцев на пол с глухим стуком. Видел, как стены начинают плыть, сходясь в странной, воронкообразной перспективе. Тусклый свет ламп слился в одно размытое, жёлтое пятно.

На предплечье торчал шприц-дротик. Внутри — мутная жидкость. Парализатор? Яд?

— Су… ка… — хрип вырвался из горла. Ноги подкосились. Я рухнул на холодный, пыльный пол лицом вниз. Запах крови, пыли и собственного страха заполнил ноздри.

Где-то вдалеке топот. Приглушённые голоса. И… писк. Чей⁈

Тьма накатывала мягкой, тяжёлой волной. Последняя мысль перед тем, как погрузиться в небытие, была не о себе. Не о деньгах. Не о мести.