— Нет, всё по-старому, — нахмурился Саратеш, с любопытством разглядывая гостей. — А вот и Гросс!

По залу, обходя гостей, уверенной походкой адмирала шёл Ильхом. За ним следовали Тарималь, несколько членов «Пепла» и Хатус. Не думала, что он прилетит, но рада была видеть всех.

— Тарималь! — воскликнула я, подорвалась вперёд и тут же была схвачена крепкой рукой Сареша. Сегодня я была в длинном платье тёмно-изумрудного цвета, с открытыми плечами и объемной юбкой. Совсем забыла, что в нём нужно идти осторожно. Споткнулась о собственный подол!

— Юля! Рад видеть! — обнял меня друг Ильхома и, ко всеобщему удивлению, легко приподнял, вызвав мой звонкий смех.

Я поприветствовала остальных, перекинулась парой слов с Хатусом — он сегодня был скуп на эмоции, но кивнул с едва заметным одобрением, глядя на зал. Пожелав им приятного вечера, я вернулась к своему маленькому «штабу»: Сар, Ильхом и Тарималь уже о чём-то оживлённо беседовали.

— … вылет на рассвете, — басил Тарималь, а Ильхом хлопал его по плечу, и в этом жесте читалась гордость и тревога. — Не представляю, что мы там найдём, но меня уже бесит этот паритет. Два капитана на одном мостике… головная боль.

— Вы всё-таки летите… — не сдержалась я, влезая в разговор. — А с кем? Кто второй капитан?

— Закрытая информация, но… — Тарималь понизил голос, наклонившись ко мне, — мы летим по тем координатам, что дали КОРР. Ищем твою Землю.

Сердце сбилось с ритма, сжавшись то ли от страха, то ли от надежды.

— Я слышала от Эрика, — прошептала я, заставляя себя сосредоточиться на словах, а не на внезапно нахлынувшей волне тоски. — Но как? И как вы найдёте мою планету, если её нет на картах? Это… опасно? Надолго?

— Не знаю, Юля. Но факт — координаты есть у КОРР. А у нас — знания о твоей расе, языках, биологии. Благодаря Эрику мы стали почти экспертами по землянам, — он слабо улыбнулся. — Так что КОРРу пришлось пойти на совместную миссию. Их аппараты для дальних перелётов слабее.

— Но Эрик брал только мои анализы, — не понимала я.

— Данных хватило. Синтез ДНК, реакция на среды, структура мозга… Для нас ты — целый мир, который мы уже начали понимать, — голос Тарималя стал мягче. — Так что можешь не переживать о захвате. Будет наблюдение и, если получится, установление контакта. Всё цивилизованно.

— А связь? — выпалила я, цепляясь за последнюю соломинку. — Вы сможете держать связь… ну, хотя бы со мной?

— Увы, девочка, — Тарималь покачал головой, и его взгляд стал почти отцовским. — Как выйдем за пределы сетей Империи, связь будет только со штабом. Гражданские каналы на такие расстояния не рассчитаны.

— Значит, завтра?.. — Я проглотила комок в горле, чувствуя, как предательски щиплет в носу. Мою талию обвили тёплые, твёрдые руки Ильхома, притягивая к себе. В его прикосновении была вся невысказанная поддержка. — А если… если найдёте, можно попросить кое-что передать? Или привезти?..

— Конечно, — рассмеялся капитан. — Если это будет в рамках протоколов безопасности — никаких проблем.

И тут в голове завертелся хаотичный вихрь желаний. Данные из всемирной сети. Архивы новостей. Картошка и кукуруза. Фотографии Питера. Сведения о родных… О маме, папе. Были ли у них другие дети? Жив ли Мишка после космопорта? Мне нужно было так много, что проще было меня одну перевезти на Землю, чем всё это — в Империю.

— Юля! — окликнул меня знакомый женский голос. Я обернулась. Меня звала Анарита Тан, стоявшая в окружении своих мужей, выстроившихся за ней, как почётный караул.

— Я… я список составлю! — пообещала я Тарималю, чувствуя себя виноватой за это внезапное бегство. Но гостей было много, и с каждым нужно было перекинуться хоть парой фраз.

Анарита Тан улыбалась вполне искренне, но я так и не смогла разгадать эту женщину. Внешне — истинная кхарская аристократка: холодная, выверенная, с глазами, просчитывающими выгоду каждого жеста. А в кругу семьи она преображалась: смеялась громко, касалась мужей с нежностью, в её взгляде таял лед условностей. Она меняла маски с лёгкостью актрисы, и я… я завидовала этому умению. Мне оно было недоступно. Я всегда была как на ладони.

— Потрясающий праздник, — сказала Анарита, и её мужья дружно, почти синхронно кивнули. — Очень необычная атмосфера!

— Я рада, что вам нравится, — выдавила я улыбку и почувствовала знакомые руки на талии. Свежий, чуть пряный аромат ударил в нос — Аррис.

— Мама. Отцы. Рад вас видеть, — склонил голову мой третий супруг. Его поза была почтительной, но в ней не было подобострастия.

— Как ты? — тут же спросила Анарита, её взгляд-рентген скользнул по рукам сына на моей талии. — Чувствуешь себя хорошо?

— Замечательно, — заверил её Аррис, и это была правда. За последние недели он будто помолодел. С лица сошла серая тень усталости, глаза потеряли лихорадочный блеск боли. Даримская сыпь была неизлечима, но стабильная, мощная подпитка моим полем загнала болезнь в глубокую ремиссию. Аррис просто жил.

Разговор подхватил Аррис, обсуждая с отцами дела, расширение семейного бизнеса на Харте. Я же с Анаритой отошли чуть в сторону, взяли бокалы с лёгким игристым напитком.

— Не все в восторге от твоего «Голоса», — заговорила Анарита, и маска снова сменилась. Теперь передо мной была не мать, а расчётливый политик. — Ты не просто расшевелила улей, Юля. Ты встряхнула фундамент. В верхах идут очень невесёлые разговоры. И идут они не от кхарцев, а от кхарок. Но помни, что у каждой есть влиятельные мужья.

— Знаю, — ответила я твёрдо, хотя внутри всё похолодело. — Не думаю, что они пойдут против меня и моих мужей. Я тоже выбрала не простаков.

— Мой клан будет на твоей стороне в случае открытого конфликта, — заявила она отчётливо, глядя мне прямо в глаза. — Ты помогла моему сыну. Это долг чести.

— Я помогла Аррису не ради долгов, — сказала я, не пытаясь казаться святой. — Это была взаимовыгодная сделка. Честная.

— Ты… — она понизила голос до шёпота, — сможешь его полюбить? Я вижу, как вы общаетесь. Это тепло, доверие… Но не та страсть, что бывает между мужчиной и женщиной. Это дружба?

— Вы правы, — признала я без колебаний. Лгать этой женщине было бессмысленно. — Аррис мне друг. Близкий, важный. Но не любовник… извините.

— И такое бывает, — кивнула Анарита, но в уголках её глаз блеснула влага. Она быстро моргнула. — Я ценю твою прямоту. Ты уже дала ему больше, чем я могла надеяться — жизнь без боли. Может, со временем…

— В своё оправдание скажу, что и Аррис не видит во мне женщину в романтическом смысле, — поспешила я добавить. — Не переживайте. С ним всё хорошо. Его любят, о нём заботятся. Но для полного счастья ему нужно больше, чем я могу дать.

— Однако с тобой это невозможно, — Анарита закончила фразу за меня, и в её голосе прозвучала горечь принятия. — Я благодарна за то, что есть. Спасибо.

— А…

— Новски прибыли, — Анарита едва заметно кивнула в сторону входа. — Весь клан, как и положено.

Я повернулась и замерла.

На пороге зала стояла Силия Новски, а рядом с ней — Энор. Позади них, чуть поодаль, — ещё несколько мужчин, одетых с безупречной, безликой роскошью. На Силии было алое платье, облегающее, как вторая кожа, расшитое тысячами крошечных кристаллов, ловивших свет. На ней было много украшений: серьги, ожерелье, браслеты. Но вопреки моим ожиданиям, это не выглядело вульгарно. Это выглядело победно. Каждая деталь, от безупречного макияжа до лёгкой, уверенной улыбки, кричала: «Я здесь королева».

— Красивая, — пробормотала я себе под нос. И в груди, прямо под рёбрами, кольнуло так остро, что дыхание перехватило. Во рту разлилась горечь… Не ревность, нет. Это было что-то хуже — осознание собственной недостаточности. Перед Силией Новски я в своём простом платье чувствовала себя девочкой, нарядившейся в мамины вещи.

Силия держала Энора под руку, что-то говорила ему, запрокинув голову, и её глаза сияли так, словно он был центром её вселенной. А он… Энор был ледяной статуей. Тёмный, идеально сидящий костюм. Волосы, уложенные назад. Губы, плотно сжатые. И взгляд… Этот зелёный, как ядовитый мох, взгляд, который медленно скользнул по залу, на секунду задержался на мне… и стал абсолютно пустым, стеклянным. Он слегка наклонил голову к жене, его рука лежала поверх её руки. Защитный, почтительный жест.