— Я начинаю думать, что ты пытаешься пытать меня, — прошептал Пирс, почти неслышно, пока говорила Астерия. Сибил чуть не взвыла от прикосновения его пальца вдоль ее руки.

— Единственный способ заболеть этой болезнью — если Сирианец, владеющий Эфиром, заразит напрямую, — объяснила Астерия, качая головой. — Эфир не может быть болезнью естественным образом. Его насильно превращают в это состояние, что означает, что его нужно насильно ввести в тело.

— Эндора сказала, что ее исследования показали, что заражение происходит через проглатывание или раны, — сказала Сюзан, теребя руки.

— Если это вывод Эндоры, то она лжет.

Сибил не была удивлена или оскорблена заявлением Астерии. Эндора была известна своим обманом и манипуляциями. Если Фиби поручила Эндоре исследовать эту болезнь, то потому, что Эндора оказала услугу Фиби. Она, вероятно, манипулировала ситуацией таким образом, что получила полный контроль над расследованием.

Сибил также не удивилась бы, если бы Эндора приложила руку к началу заражения, учитывая, что Андромедианка владеет Эфиром наряду со своей некромантией.

— Толпа обвинила бы людей в начале эпидемии, нацелившись на них для расправ. — Пирс уловил ход мыслей Астерии, его голос был тих. — Это довольно медленный процесс для уничтожения всего человечества.

— Галлус не желает полностью истреблять людей, — пробормотала Астерия, и Сибил сузила глаза. — Он желает восстановить баланс среди Существ Авиша. Он сказал, что для этого потребуется медленная струйка, а не грандиозный трюк.

Сибил тяжело вздохнула, медленно моргнув.

— Ты говорила с Галлусом?

— Конечно, я говорила с Галлусом, — выпалила Астерия сквозь стиснутые зубы. Она глубоко вдохнула, успокаиваясь. — Я должна была.

Ей следовало бы знать, что Астерия серьезно настроена на разговор с отцом. Сибил предложила ей легкую улыбку, но, видимо, Астерии не понравилось это внимание, и она поправила платье и волосы.

— Думаю, для договоров может быть уже слишком поздно, — прервал Пирс, выходя из-за спины Сибил и становясь между ней и Гаврилом.

Сибил вспомнила слова лорда на лужайке о королевской семье Алланиса.

— Лорд Кайус намекнул, что Ротерхэмы отстранены от Гиты, что вполне может быть правдой. Думаешь, Зефир уже говорил с ними?

— По более чем одной причине, да. — Астерия на мгновение закрыла глаза, прежде чем кивнуть. — Не сомневаюсь, что он говорил и с Силваном.

— А если Зефир говорил, то и Нен тоже. Гаврил выругался себе под нос.

— Поверь мне… — Астерия уставилась в точку в комнате, прежде чем устремить расширенные глаза на Пирса. — Нен определенно говорил.

— Тогда тебе и Уэллсу нужно взяться за это. — Пирс указал пальцем на Астерию. — Нам нужно собрать всех, кого сможем.

Астерия бросила на Пирса испепеляющий взгляд и подняла руку, от которой исходило слабое голубое сияние.

— Дай мне поговорить с Мораной, Родом и Даникой. Я предупрежу их о наших находках. Остальные Лиранцы все еще не предприняли военных действий, поэтому мы не можем отвечать силой, пока они не начнут. Что мы можем сделать — это выяснить, какие густонаселенные людьми города заражены, и начать распределять лекарство.

— Ты знаешь, как это вылечить? — спросила Сибил, вглядываясь в лицо Астерии.

Та медленно кивнула, ее плечи слегка расслабились.

— Думаю, есть способ. Я посоветуюсь с Даникой, чтобы подтвердить, но я почти уверена.

Астерия перевела взгляд на Сюзан, которая выглядела совершенно испуганной. Она осторожно подошла к Целительнице, протянув руки. Сюзан приняла их и склонилась в объятии.

— Я вернусь с лекарством, — заверила Астерия, выглядя все той благодетельной Богиней, которой она настаивала, что не является. — Полагаю, для него потребуется ваша Энергия. Собери других Сирианцев, владеющих Энергией, которым ты доверяешь, чтобы помочь в применении лекарства, поняла?

— Да, моя Леди. — Сюзан сделала реверанс, когда Астерия отпустила ее руки. Сибил поняла, что Астерия погрузилась в свои мысли, когда не поправила Целительницу за обращение.

— Ты приведешь учеников из школы? — спросил Гаврил, вглядываясь в лицо Астерии. — Мне кажется, они были бы невероятно полезны в этой ситуации.

— Мы оставляем Академию в стороне от этого, — резко сказала она, глаза вспыхнули синим. — На Основном Континенте в каждой стране достаточно Целителей, которые смогут помочь. А пока позвольте вернуть вас в Эльдамайн.

Астерия вернулась туда, где стояла Сибил с Пирсом и Гаврилом. Она взмахнула рукой в пустом пространстве, и портал, дрогнув, открылся. На другой стороне визуализировалась комната, размытая, словно под водой.

Сибил жестом велела мужчинам следовать за ней и шагнула сквозь пелену. Оказавшись по ту сторону, она постаралась удержать равновесие, содрогнувшись от странного покалывания, распространившегося по телу, и давления в грудине при входе в комнату.

Оглядевшись, она узнала приемную во Дворце Аггелос.

Гаврил и Пирс пошатываясь последовали за ней, первый врезался ей в спину. Она резко повернулась к нему, ткнув пальцем ему в лицо с рычанием.

— Не огрызайся на меня, — проворчал Гаврил, покрутив шеей. — Я никогда раньше не пользовался порталами, и не уверен, что хочу повторять.

— Это было не так уж плохо, учитывая, что поездка в Гиту заняла у нас дни, а здесь с порталом потребовались секунды, — сказал Пирс, когда Астерия шагнула сквозь портал. — Думаю, момент дискомфорта стоит сэкономленного времени.

Астерия закрыла портал, направив внимание на Пирса.

— Не уходи далеко. Мне может понадобиться твоя помощь, раз ты владеешь Энергией. Убедись, что Уэллс готов к путешествию.

— Значит ли это, что ты официально на нашей стороне? — Сибил вглядывалась в лицо Астерии, сердце трепетало в груди.

Астерия ничего не выдала, ни подтверждая, ни отрицая. Сибил знала, что она, возможно, не готова столкнуться с правдой о том, что они обнаружили, и с тем, что ей предстоит сделать.

Излечивая людей, Астерия положит конец работе, которую пытается проделать Галлус.

Она встанет прямо против него.

ГЛАВА 22

МОРАНА

Морана прошла по пустынному коридору, следуя за вереницей светильников, мерцавших Энергией.

Прошло по меньшей мере столетие с тех пор, как она переступала порог этого дома. После того как Род завел роман с той человеческой женщиной, Астерия отказалась здесь жить. Вместо этого она проводила большую часть времени в резиденции Мораны или Галлуса, если не находилась на Авише.

После того, как Галлус оплодотворил Сирианскую королеву, Астерия ходила только в дом Мораны.

— Я не считала тебя такой любительницей выпить, моя маленькая огненная, — сказала Морана, входя в гостиную.

Астерия сидела, развернувшись боком, в кресле перед пустым камином, закинув ноги на подлокотник, а между ее пальцев балансировал бокал с прозрачной жидкостью.

— События последнего месяца направили меня по иному пути, — объяснила Астерия, разглядывая бокал, словно не осознавая его присутствия. — Я теперь трижды посещала Эонианское Королевство, и два из этих визитов были неприятными. Потому что мне приходится встречаться с матерью и этим куском дерьма…

— Астерия! — отчитала ее Морана, переходя к смеху, пока она плавно перемещалась к креслу рядом с ней. — Тебе повезло, что он еще не прибыл.

— Я с радостью назвала бы его так в лицо. — Астерия уставилась на Морану с невозмутимым лицом. Она жестом указала на него. — Видишь? Серьезно.

Морана тихо рассмеялась, выхватив бокал из руки Астерии. Та уставилась на нее, пока Морана отхлебывала глоток.

— Это вода.

Астерия выхватила бокал обратно, прижав его к груди.

— Я потрясена, что ты так мало обо мне думаешь, чтобы предположить, будто я прибегла к выпивке, чтобы снять стресс, как вы все. — Морана сказала это без тени улыбки. — Кроме того, я налила в этот бокал воду исключительно потому, что это взбесит Рода.