Их взгляды с отцом встретились. По спине юного наследника Де Рош пробежал холодок, а угрозы родителя вновь набатом зазвучали в голове.

— Эта упрямая дура… Строит из себя обиженную! Все равно она будет моей! — выкрикнул Арманд, с силой ударив кулаком по спинке кресла. — Слышите?! Моей! Никакой герцог, никакой королевский любимчик не помешает! Нужен план! Мне нужно встретиться с ней…

В гостиной повисла гробовая тишина. Инесса смотрела на него с широко раскрытыми глазами, ее самодовольная ухмылка сменилась полным недоумением. Отцы давно переставшие делать вид, что не слушают, теперь с любопытством наблюдали за метаниями молодого мужчины.

— Арманд… но… ты же сам от нее отказался! — наконец выдохнула Инесса. — Публично! Зачем она тебе теперь? Неужели плюшка так задела твою гордость?

В этот момент дверь в гостиную распахнулась, и на пороге появилась леди Маргарита. Ее взгляд мгновенно оценил накаленную атмосферу и искаженное яростью лицо сына.

— Арманд, что случилось? — тревожно спросила она, поспешно подходя к нему.

— Случилось?! — закричал он, хватая мать за руку. — Случилось то, что какая-то столичная шваль уже вьется вокруг Элайны! Моей невесты! Подумаешь, немного повздорили, так он… Как шакал уже кружит рядом… А эта дура…

Леди Маргарита побледнела, ее пальцы судорожно сжали подол платья. Кинув опасливый взгляд на мужа, который с непроницаемым лицом смотрел на сына, она постаралась взять эмоции под контроль. Быстро посмотрев на ошеломленную Инессу, потом на мужчин, герцогиня оценила шаткость положения. Арманд пребывал на грани нервного срыва, и женщина очень боялась, что он сболтнет лишнего в пристустивии гостей. Стараясь не выдавать тревоги, она вкрадчиво заговорила.

— Успокойся, сынок, — произнесла леди Маргарита тихо, но властно. — Криком делу не поможешь. Нам нужен другой подход. Публичный. Тебе и Элайне просто следует встретиться и поговорить. И лучший повод для ненавязчивого общения… хм… прием! Да, точно, прием!

Она медленно обвела взглядом присутствующих, и ее внимание задержалось на благородном госте.

— Граф Уоткенс, вы бы не хотели устроить прием? Думается мне, это пойдет на пользу для укрепления дружеских отношений между нашими семьями. Так уж вышло, что мой сын и леди Делакур немного повздорили, вы и сами знаете, какое досадное недоразумение случилось. Так вот, мы бы хотели вновь вернуться к теме свадьбы, но сначала молодых нужно помирить, — изящно взмахнув веером, легкомысленно хлопнула ресницами женщина. — Ну так как? Посодействуете?

— Прием? — нахмурился граф Рольф Уоткенс. — В общем-то, моя Верона была бы рада. Она любит подобного рода мероприятия. Инесса, дорогая, а ты что думаешь?

Гостья все еще оправляясь от шока, медленно кивнула, в ее глазах загорелся новый азарт. Она не понимала, для чего Арманд так жаждет вернуть расположение Элайны, но имело ли это значение? Идея стать центром светского события ей определенно нравилась, к тому же это давало возможность сблизиться с герцогом Люцианом дэ’Лэстером. Как бы долго Инесса не думала, не могла понять, почему мужчина отнесся к ней столь холодно, но знала одно — следующая их встреча изменит отношение аристократа к ее персоне.

— Такой прием — идеальная возможность для всех обзавестись новыми знакомствами или укрепить имеющиеся. Думаю, я могла бы заняться организацией…

Арманд молчал, смотря на них, и ярость в нем понемногу начала сменяться леденящей решимостью. Прием в доме Уоткенсов… Это был шанс. Шанс публично унизить выскочку-герцога и напомнить Элайне, кто ее истинный жених. Он все еще помнил, как эта плюшка украдкой смотрела на него на балах и знал, что нужна лишь короткая встреча. Стоит проявить интерес, стоит показать «искреннее» раскаяние, и дочь семьи Делакур упадет в его объятия, забывая о прежних обидах и фальшивой гордости.

— Хорошо, — прошипел он, сжимая кулаки. — Пусть будет прием. А после вновь займемся подготовкой к свадьбе…

Игнорируя скептический взгляд Инессы, юный наследник семьи Де Рош встретился глазами с отцом, старательно демонстрируя свою готовность идти до конца…

Элайна

Приглашение из дома Уоткенс прибыло спустя неделю после нашей с Люцианом дэ’Лэстером небольшой прогулки по рынку. В тот день, несмотря на встречу с Инессой, мы очень приятно завершили свой променад по набережной, наслаждаясь теплым осенним солнцем. После, проводив нас с Манон до мастерской миссис Эвет, мужчина со своим подопечным откланялись.

Стоит ли говорить о том, какое неизгладимое впечатление на меня произвел герцо? Весь вечер и следующий день я ловила себя на мыслях о нем, в то время как моя неугомонная камеристка продолжала нашептывать, убеждая в том, что симпатия взаимная. Впрочем, столичный гость этого даже не скрывал, чем еще сильнее подпитывал интерес к его персоне.

Я никогда не считала себя влюбчивой и легкомысленной. Не собиралась кидаться на шею Люциану из-за пары сладких комплиментов, поэтому постаралась выкинуть размышления о нем из головы. Баден был в безопасности, теперь я знала об этом, и пришла пора полностью заняться собой и подготовкой к балу.

Последнюю неделю прожила в каком-то адском ритме.

Каждое утро начиналось с чудовищной борьбы с собственным телом. Привычки прежней хозяйки то и дело давали о себе знать, вынуждая все время контролировать собственный рот и лень. Я заставляла себя снова и снова выбирать на завтрак яйца и творог вместо сладких круассанов, путь в мастерскую к миссис Эвет преодолевала пешком, подстегивая сердце биться чаще, а мышцы ног гореть приятной усталостью. Манон явно была в ужасе от нового режима, но стоически терпела мою прихоть, лишь иногда тяжело вздыхая.

— Миледи, это платье… — наградой моих усилий в один из дней стало замечание камеристки. — Позвольте сказать… Оно вам не совсем подходит. Стало слишком свободным в талии и груди. Я затягиваю шнуровку, а корсет все равно топорщится.

Времени прошло всего ничего, и мои скромные достижения были лишь началом. Немного разбираясь в физиологии и понимая принципы здорового образа жизни, осознавала, что с моего нового тела сошел отек, ну и, возможно, мышцы немного начали приходить в тонус. И все же, смотря на себя в зеркало, я чувствовала, как поднимается настроение. Щеки стали чуть менее округлыми, а в глазах, этих больших зеленых глазах Элайны, появился огонек — не робкая надежда, а твердая решимость и уверенность в себе.

Каждый день мы с миссис Эвет погружались в магию создания платья для бала. Но теперь перед нами встала еще одна срочная задача: мне было все тяжелее подобрать одежду из имеющейся. Именно поэтому, собрав самые добротные наряды, я с лакеем отправила их в мастерскую. И пока портниха колдовала над невероятной красоты лифом, то и дело восхищаясь задумкой, сама принялась за ушивание слишком больших одеяний.

Теперь же я сидела напротив матери и отца, сжимая в руках злосчастное приглашение.

— Уверена, что хочешь пойти? — в очередной раз спросила родительница. — Семья Уоткенс тесно дружит с герцогом Де Рош. Более чем уверена, что эти стервятники посетят прием.

— Пускай, или мы теперь будем избегать мероприятий, если существует риск встретиться? — выгнула я бровь. — Пусть они опускают глаза и избегают нас, а не наоборот. Все-таки это их сын сел в лужу, продемонстрировав перед всем высшим светом паршивое воспитание.

— Моя дочь! — гордо усмехнулся отец Элайны. — Ну вот, Маргарита, а ты боялась. Не накручивай себя, душа моя, наша девочка переступит через всех этих Де Рошей. Подумаешь, нашлись «элита Вудхейвена»!

Пусть я и старалась выглядеть уверенно, на деле все равно не на шутку нервничала. Не из-за встречи с Армандом Де Рошем… Вовсе нет. Напыщенный павлин с ободранным хвостом меня совершенно не волновал, я переживала о другом. Манеры… Дни напролет я проводила в лавке миссис Эвет, а потом до поздней ночи изучала тонкости светского общения и воспитания.