— Я не намерен плодить детей с жирной дойной коровой!

Эти слова, громкие, отточенные и безжалостные, пронзили торжественную тишину собора, разбивая ее на тысячи осколков. Они прозвучали именно тогда, когда священник уже открыл рот, чтобы произнести заключительную часть обета, за которой следовало согласие молодых.

Воздух, наполненный ароматом лилий и воска, застыл, стал густым и тяжелым.

Арманд де Рош, граф с точеными чертами лица, идеально выбритым подбородком и глазами цвета корицы, горделиво стоял рядом с девушкой, но смотрел не на свою невесту, а на собравшуюся знать. Его губы искривились в презрительной, высокомерной усмешке. Казалось, он совершенно не беспокоится из-за того, что только что публично унизил и растоптал чувства бедняжки, осмелившейся связать с ним свою судьбу.

Элайна Делакур замерла, словно ее окатили ледяной водой. Пальцы пышнотелой аристократки, сжимающие роскошный букет из нежно-розовых пионов, дрогнули, несколько лепестков беззвучно упали на каменные плиты пола. Она медленно, с трудом заставляя себя, повернула голову к жениху, не веря услышанному. Происходящее напоминало дурной кошмар. Это не могло быть правдой! Арманд не поступил бы с ней так жестоко!

В ушах стоял оглушительный звон, распугивающий все мысли.

Пребывая в растерянности, не зная как реагировать, Элайна посмотрела на красивые, жестокие губы из которых вылетели столь мерзкие слова. От нее не укрылось, как мужчина отвел от нее взгляд с таким откровенным отвращением, будто перед ним не невеста в расшитом вручную подвенечном платье, а нечто неприятное, налипшее на подошву его лакированного, идеального ботинка.

Боль, стыд, оглушительное, всепоглощающее чувство унижение и желание провалиться сквозь землю затопили бедняжку с головой.

Эта свадьба… Еще утром Элайна Делакур была так счастлива, с дрожью в сердце облачаясь в неудобное, тесное свадебное платье, которое лучшая швея города создавала для нее несколько месяцев. Но девушка терпела дискомфорт. Терпела ради него, ради Арманда, ощущая, как жесткая парча царапает кожу, а китовый ус стягивает ребра, болезненно сдавливая желудок. И все же Элайна хотела чувствовать себя прекрасной в самый важный день в своей жизни.

Она с трудом справлялась с волнением, поправляя уложенные в прическу волосы, пока забиралась в украшенную цветами карету, ведь впереди ее ждало будущее. Будущее с мужчиной, который занимал сердце девушки уже несколько лет.

«Скоро… Скоро я увижу его! Скоро с гордостью войду в семью Де Рош…» — так она думала совсем недавно. Но судьба и жених решили жестоко посмеяться над ней.

Да, брак был организован родителями по договоренности, но наивная девушка искренне согласилась, мечтая о будущем с этим человеком. Несколько раз она виделась с будущими родственниками, посещая чаепития и светские вечера. И с невероятным трепетом ждала, когда сможет встретиться с Армандом.

Со дня дебюта на первом балу девушка украдкой смотрела на привлекательного юного аристократа, сына благородной семьи, который будто не замечал ее, танцуя с другими дамами, а когда он уехал в соседнее королевство Эшвилд, очень расстроилась. Там мужчина провел более четырех лет, не спеша возвращаться домой. И вот случилось невероятное. Родители объявили, о ее скорой свадьбе с Армандом. Элайна была вне себя от счастья. Девушку даже убеждать не пришлось. Ее совершенно не волновало, для чего отец решил выдать дочь замуж за этого молодого аристократа. Важен был лишь итог — счастливая жизнь с тем, кто давно завоевал робкое девичье сердце.

Жених и невеста не виделись до дня свадьбы, так как Арманд только вчера вернулся из Эшвилда. И теперь он стоял здесь… у алтаря, смотря на свою несостоявшуюся супругу с презрительной насмешкой.

Тишина в соборе длилась, возможно, всего пару секунд, но для Элайны она растянулась в вечность. А потом ее разорвал первый сдержанный смешок. Он прозвучал со второго ряда, от подружки ее двоюродной сестры Аниты, которая тут же прикрыла рот веером. Вот только плечи веселящейся особы продолжили предательски трястись от смеха.

И понеслось. Тихие перешептывания, приглушенные, а затем и набирающие силу хихиканья. Они катились по залу, как лавина, нарастая и поглощая былую благоговейность. Аристократы в шитых золотом камзолах и шелковых платьях, с лицами, выражающими показное сочувствие и неподдельное удовольствие от разыгравшегося на их глазах спектакля, переглядывались, кивали. Некоторые откровенно тыкали в невесту пальцами, не считаясь с нормами морали и приличного поведения.

Эти лживые, лицемерные люди… Происходящее их только забавляло, создавая новые темы для сплетен, которые они растаскивали подобно стервятникам.

— Это недопустимо! — теряя всякое терпение, с лавки, украшенной белоснежными цветами, подскочил граф Делакур, отец Элайны. Лицо мужчины покраснело от гнева и унижения. Он метал яростные взгляды на несостоявшегося зятя, но тот в ответ лишь вздернул бровь.

— Согласен, ваше сиятельство! Недопустимо! Недопустимо вместо невесты подсовывать мне… это… безобразие! — мужчина перевел взгляд на Элайну, лицо которой казалось бледнее снега. — Леди… кхм… да, леди, вы правда думали, что я, граф Де Рош, захочу прикасаться к этому? — обвел он взглядом несколько не соответствующую местным стандартам красоты фигуру невесты, понижая голос, ведь теперь его слова предназначались только для ее ушей, но оттого в его замечании появилось еще больше презрения. — Вы — позор для своего рода и посмешище для моего. Наши родители допустили ошибку, договорившись о браке, но я ее исправлю. Свадьба отменяется! — последние слова он произнес громко, так, чтобы все гости услышали.

Мир поплыл перед глазами Элайны, краски смешались в грязное пятно. Золото алтаря, пурпурные одеяния священника, разноцветные наряды гостей — все превратилось в хаотичный вихрь, центром которого был он… Арманд. Отец девушки что-то яростно кричал, но смысл его слов уже не доходил до нее.

Элайна сделала шаг назад… Еще один. Все смешалось в безумный хоровод насмешек. Она видела лица благородных гостей, насмешливые, улыбающиеся.

Видела слезящиеся от сдерживаемого смеха глаза Аниты и ее подружек…

Горло сдавило от оглушительного стыда и сокрушительного унижения.

Дрожащими руками Элайна подхватила пышную юбку, спотыкаясь о подол и лишь чудом удерживаясь на ногах. Небольшой каблучок хрустнул, явно давая понять, что тоже не собирается оставаться на ее стороне.

С трудом сдерживая слезы и боясь разрыдаться на глазах у этой своры веселящихся гиен, которые только и ждали очередного промаха Элайны, она, чуть прихрамывая, рванула прочь.

«Только бы не упасть… Не упасть перед ними!»

Элайна никогда не была стройной, никогда не привлекала внимание мужчин. И пока другие девушки кружили в танцах на балах с кавалерами, бедняжка лишь обрастала коркой из новых комплексов и сомнений. Она годами терпела насмешки тех, кто называл себя ее подругами. Стойко старалась игнорировать их… Но сегодня… Сегодня ее выдержка иссякла, испарилась под лучами всеобщего презрения.

Собор с его высокими сводами закружился над ней в каком-то безумном вихре ужаса и отвращения ко всему этому фарсу. Лица смеющихся гостей расплывались, превращаясь в безликие маски. Элайна больше не слышала смеха, проклятий отца и перешептываний, их заглушал гул в голове.

«Зачем?! Зачем Арманд так поступил с ней?! Он ведь мог раньше отказаться от свадьбы, а не проводить ее через позор!» — ответа Элайна не знала.

Единственным желанием было как можно быстрее выбраться из этого гнусного лицемерного общества. Сердце девушки колотилось где-то в горле бешено и беспомощно. Игнорируя крики матери, которая звала ее, мчась следом, Элайна выскочила на высокое крыльцо собора.