— Ну это же произвол! У меня поручения от королевы…

— Он уже выяснил, что тебе приказали встретиться с Леву и пройтись по магазинам.

Хвала Богам! Беатриче всё же оставила мне пространство для манёвра.

Пока размышляла, принесли вазу для цветов и наши пироги. Они пахли восхитительно, только аппетит окончательно пропал.

— Реджина, позволь личный вопрос, — произнёс Алонзо, едва мы остались одни, — твоя магия… С ней всё в порядке?

— У тебя закончилась пыльца Сумеречных леди? — я усмехнулась, хотя внутри всё заледенело.

Блеф не помог, Алонзо ещё в саду заподозрил, что я не могу нормально колдовать. И, похоже, проблема имела непосредственное отношение к убийству.

— Ты же понимаешь, о чём я, — взгляд мага стал цепким и напряжённым, он ждал ответа и просто отшутиться не получится.

— Аша-а-а-а! — мысленно взвыла.

— Не мешай, думаю!

— Реджина, я понимаю твой страх и уязвимость, — неожиданно добавил Алонзо. — Лишиться магии — кошмар для любого. Но я смогу защитить тебя и помогу вернуть украденное.

Я промолчала. И даже удержала лицо. С большим трудом, но получилось скрыть панику и удивление. Хотя мысли стремительно разбегались и поймать ни одну не удалось. Я понятия не имела, как реагировать и что отвечать.

Ложь могла стоить мне слишком дорого. Даже Лиса не сумеет подделать сумеречное плетение. Придётся звать на подмогу настоящую Альтис, а я не хотела подпускать её к уликам.

Она — главная подозреваемая и только напакостит. А без неё мне не поддержать иллюзию Силы.

Но признание… Я ступала на скользкую дорожку, расписываясь в собственной беззащитности. А с другой стороны — это снимало с меня многие подозрения и развязывало руки.

— Признавайся, — Лиса пришла к тем же выводам, что и я. — Сумеречный Дар — один из трёх Великих талантов, которые можно украсть. Для Реджины такой поворот подобен смертному приговору, но для нас — шанс уцелеть. Я позже расскажу подробности. Появилась идея.

— Я вообще без магии? Или могла что-то сохранить?

— Второй вариант.

— Я настолько плохая актриса? — подняла взгляд на Алонзо.

Голос прозвучал обречённо и глухо, словно я готовилась к этой роли всю жизнь.

Маг облегчённо выдохнул и я вместе с ним. Видимо, мы с Лисой приняли единственно верное решение.

— Ты великолепная актриса, Реджина, но Сумеречный поиск показал, что сейчас и ночью в столице находились только два обладателя такого Дара. А это значит, что убийца сильнее Леона и может скрыть от него свою истинную мощь…

— Это невозможно, — отрезала я, вспомнив оригинальный сюжет. — Но в таком случае, остаюсь я и пересмешники. Только у меня абсолютное алиби…

— Зато его нет у того, кто забрал твою магию. И теперь он главный подозреваемый, — закончил за меня Алонзо.

Если бы он знал, как близок к правде…

— Спрашивать, кто это был, я так понимаю, бесполезно?

— Ты не в курсе, подозреваемых пока нет. Всё случилось по пути в столицу и ты едва выжила, — подсказала Лиса.

Я повторила за ней, старательно отыгрывая роль раненой, но несломленной магички. Ещё и добавила, что не совсем беззащитна и кое-что по-прежнему могу.

— Леон уже…

— Догадывается, — кивнул Алонзо и потянулся за ещё одной булочкой.

Он тоже играл, изображая беззаботного влюблённого. Зато я едва сдержалась, чтобы не вырвать у него из рук заветный пакет. Боялась, что ещё несколько булочек — и мой жених лишится зубов.

Но импровизированное свидание — идеальное прикрытие. Лиса предупредила, что полог тишины спасает не только от прослушки, но и не даёт возможности читать по губам.

— Я никому не позволю навредить тебе и буду защищать даже ценой собственной жизни, — горячо заверил Алонзо и наклонился ко мне, накрывая мою ладонь своей. — Но мы должны найти настоящего убийцу. И нельзя, чтобы о твоей слабости узнали другие. Леон единственный может поделиться с тобой сумеречной магией, чтобы обмануть Каина. Тебе придётся рассказать ему обо всём.

В хриплом голосе мага звенело напряжение, и изумрудные глаза потемнели. Решение подпустить ко мне Леона далось ему нелегко.

Да что там, я и сама была в шоке! После его вспышек ревности меньше всего ожидала таких слов. Но теперь зауважала ещё сильнее. Однако неловкость и горечь вины тоже вышли на новый уровень…

Я чувствовала себя воровкой, подло прикарманившей заботу и нежность, которая должна принадлежать другой. Но самое страшное заключалось в том, что я не готова была отказаться от этого и сознаться.

Я слишком сильно хотела жить.

— Реджина, если ты не захочешь принимать его помощь и магию, я найду способ сделать так, чтобы тебя не привлекали к расследованию, — Алонзо насторожился, неверно расценив моё молчание. — Видят Сумеречные Боги, я буду только рад. Но… рассказать правду всё равно придётся. Мы должны найти преступника и предотвратить новые убийства.

Верно. Дело сейчас превыше эмоций. Но далеко не каждый сумел бы проявить подобное благородство.

— Меня лишили магии, но не знаний. Я всё ещё могу и хочу помочь.

Алонзо тяжело вздохнул.

— Больше всего мне хочется выкрасть тебя и спрятать от всего мира в своей башне. Но ты ведь никогда не простишь…

— Не прощу, — улыбнулась в ответ.

От его слов на душе потеплело. А ещё Лиса вдруг заворочалась, от неё повеяло… ревностью?

— Аша…

— Заканчивайте миловаться, — буркнули из глубины сознания, — союз заключили, пирогами закусили, а теперь булки в руки и к Мангусту, живо! Он вечно среди чулок и панталон даже ради меня бродить не станет.

— Я благодарна за помощь, ты даже не представляешь, насколько, — обратилась к Алонзо, — и особенно за то, что ты поставил долг и расследование выше драконьих инстинктов. Найти убийцу для меня — дело чести…

— Понимаю и разделяю твои чувства, — на его лице заходили желваки, — знать, что твою магию используют…

Он не договорил. Явно хотел выругаться, но сдержался, чтобы не смущать меня.

— Мне нужно осмотреть тело, есть пара идей, — неожиданно отозвалась Лиса. — Но без Каина.

— Нужно выяснить, какое плетение убийца пытался замаскировать, — произнесла я. — Когда мне позволят осмотреть тело? И можно ли будет сделать это не в присутствии Каина?

В том, что Аша может помочь, я не сомневалась. В конце концов, кто знает об убийствах лучше неё? Самой знаменитой и неуловимой наёмной убийцы в королевстве?

— Попытаюсь организовать, но не уверен в последнем, — покачал головой Алонзо. — Принц в бешенстве и готов перевернуть столицу, лишь бы найти убийцу Лили, иначе всё могут повесить на него.

— А есть улики против кронпринца?

— Прямых нет. Но у него нет алиби, а следы сумеречной магии мог оставить пересмешник.

Понятно… Такой себе принц Шрёдингера. Виновен и невиновен одновременно до тех пор, пока не найдём коробку с уликами.

— Но мы с генералом уверены, что принц ни при чём, — продолжил Алонзо. — У него нет мотива, Каин — бешеный пёс, но не маньяк. Слепому видно, что его подставляют и стравливают с нами и королевой.

Угу… И кому это выгодно?

— Практически всем, — мрачно отозвалась Лиса. — И мы реально рискуем опоздать…

— Мне нужно подумать. Слишком много мыслей и версий, — вздохнула, покосившись на настенные часы. — И…

— Задание от королевы, — догадался архимаг. — Я могу сопровождать тебя?

— Нет, прости. Клянусь, что в этом нет ничего опасного или противозаконного.

— Верю, — он нехотя отстранился.

Только сейчас до меня дошло, что всё это время мы продолжали держаться за руки…

— Хоть до кареты позволь проводить, — усмехнулся Алонзо.

Я молча кивнула. Смущение накрыло с головой, переплетаясь с недовольным сопением Аши.

Вот уж точно, Лиса на сене. Ни себе, ни людям. Но теперь я задумалась: а точно ли браслет не принял её? Или эта зараза приврала, чтобы слинять от истинного?

Спрашивать сейчас бесполезно, но позже попытаюсь разобраться и с этим.