‒ Ничего особенного, ‒ беспечно отозвался Гира, ‒ просто пообещал ему оторвать те же части тела, которых он коснется у тебя.

День был воистину жарким, и улыбка Гира была мягкая и добрая ‒ но по моей спине пробежал холодок. Я ни мгновения не сомневалась в том, что Гира так и сделает: я прекрасно помнила, что он сделал с Дереком Ланделлом.

‒ Можешь, ‒ сказал Гира, когда наша прогулка подошла к концу и он довел меня обратно до особняка, ‒ выходить в город, когда захочешь. Самайла будет тебя сопровождать.

‒ Спасибо, ‒ кивнула я, ‒ ты очень любезен.

Он усмехнулся ‒ немного не в своей обычной манере ‒ и, наконец, ушел. Вечером, перед сном, я вдруг обнаружила на прикроватной тумбе маленький сверток.

‒ Что это? ‒ спросила я Самайлу.

‒ Это вам оставил господин, ‒ ответила она.

Я осторожно развернула сверток. Мне на руки выпал браслет с зелеными камнями. Тот, на котором мой взгляд задержался чуть дольше, чем на всем остальном. Я задумчиво убрала браслет в ящик комода и легла, гадая, в какую игру со мной играет Гира.

47

Гира зачастил.

Если вначале не приходил полмесяца, то теперь навещал меня минимум раз в пару дней. Я не спрашивала его о причинах его визитов, полагая, что это часть его игры, и просто приняла ее условия. Мы ходили на рынок, в порт, встречали корабли, чужеземцев ‒ и он рассказал мне о той или иной стране. Я слушала жадно: для меня эти чужие страны были как белые пятна на неисследованной карте, и при знакомстве с ними, пусть и таком мимолетном, я чувствовала волнение. Гира, видя это, рассказывал мне все больше и больше. Дошло до того, что он познакомил меня с одним из капитанов, который только-только вернулся из далекого края.

‒ Это правда, ‒ жадно спросила я, ‒ что там, откуда вы прибыли, у местных есть странные обычаи?

‒ К примеру? ‒ спросил капитан. Был он уже немолод, но все равно бодр. ‒ У них там много странных обычаев.

‒ К примеру, во время праздника урожая девушки участвуют в гонках на козьих упряжках, и победительница может сама выбрать себе мужа, а он не имеет права ей отказать?

‒ На козьих? ‒ капитан расхохотался так задорно, что я мигом почувствовала себя обманутой.

‒ Лжец! ‒ я обернулась к Гира и возмущенно ткнула его пальцем в плечо. ‒ Ты меня одурачил!

‒ Вовсе нет, ‒ Гира уставился на капитана, ‒ почему ты меня перед ней позоришь?

‒ Ты сказал ей про козьи упряжки, ‒ капитан широко улыбался, ‒ но девушки не соревнуются там на козьих упряжках. Они запрягают в них кабанов.

Гира торжествующе улыбнулся. Я беспомощно покачала головой.

‒ Ну? ‒ сказал он. ‒ Разве я тебя одурачил? Просто немного перепутал факты. Теперь забери свои обвинения обратно.

‒ Признаю, ‒ я прищурилась, ‒ что намеренного обмана как такового не было. Но в твоих словах все равно была доля лжи, так что обвинение остается в силе.

‒ Дикарка, ‒ бросил мне Гира.

‒ Обманщик, ‒ не осталась я в долгу.

Капитан молчал, лишь смотрел на нас долго и странно. Я извиняюще улыбнулась и снова вовлекла его в разговор об обычаях.

Гира показал мне каждый уголок города. Я никогда не отказывалась ни от какой авантюры. Зайти в таверну, известную своей сомнительной репутацией? Легко! Подняться по бесконечным лестницам на самый верх сигнальной башни? Непременно! Заглянуть в торговую станцию, продающую контрафакты? Без вопросов! Посмотреть, как живут отбросы из разных слоев? Сотню раз да!

Гира словно испытывал меня на прочность. Проверял, где границы. Но границ не было. Я, соскучившаяся за полгода во дворце Рока, была абсолютно за любое приключение. Мне все было интересно. Я впитывала в себя новые культуры и новый быт как губка. К моему немалому удивлению, спустя время я узнала, что вылазки Гира носили также и практический характер.

‒ «Срезы», ‒ задумчиво заметила я, ‒ исчезли.

«Срезами» порядочные граждане называли отбросов, которые не гнушались зарабатывать на жизнь ни попрошайничеством, ни открытым грабежом. Они сбивались в шайки, контролируя определенные районы и терроризируя местных жителей, и Гира научил меня определять их с одного взгляда по походке, взгляду и движениям.

Гира довольно улыбнулся.

‒ Твоих рук дело? ‒ догадалась я. ‒ Ходишь, вынюхиваешь, высматриваешь ‒ а затем идешь к Ганну и подсказываешь, что нужно исправить?

‒ Как грубо, ‒ протянул Гира. ‒ И… мне нет нужды подсказывать. У меня здесь достаточно власти, чтобы исправить это самому.

‒ Даже так? ‒ насмешливо отозвалась я.

Мы сидели за столиком в нескольких метрах от моря. Одна предприимчивая вдова, потерявшая мужа во время шторма и вынужденная поднимать в одиночку четырех детей, открыла несколько лет назад таверну прямо на линии причалов, чтобы оголодавшие по выпивке матросы ломились именно к ней. Ее расчет оправдался. В самой таверне всегда было шумно, но за уличными столиками почти никто не сидел, и теперь мы с Гирой занимали один из них и попивали холодный лимонад.

‒ Можешь не верить, ‒ разрешил Гира, ‒ но так и есть.

Я перевела на него задумчивый взгляд:

‒ Судя по твоему довольному и процветающему виду, ‒ сказала я, ‒ дела у тебя при новом дворе идут неплохо.

Гира издал смешок:

‒ Я стану королем, Амелия, и стану им очень скоро.

‒ В уверенности тебе не откажешь.

Гира помолчал, затем добавил:

‒ Ты тоже.

Я вопросительно склонила голову.

‒ Тоже выглядишь довольной и цветущей, ‒ сказал он.

Я хмыкнула:

‒ Свежий воздух, красивый вид, долгие прогулки, вкусная пища, отсутствие работы и забот. Отчего бы не расцвести?

‒ Не скучаешь? По глажке, шитью и… что ты там делала еще?

‒ Нет, ‒ я засмеялась, ‒ только по друзьям. И по Джеймсу.

Что-то изменилось после этих слов. Будто похолодало. Наступила пауза. Я бездумно взяла стакан с лимонадом и сделала глоток.

‒ Он женился.

Холодно.

‒ На Вивиан Лотус.

Я осторожно поставила стакан на стол.

‒ Вот как? ‒ спросила безразлично. ‒ Ожидаемо.

Да, наверное, это холодный ветер с моря. Я поежилась.

‒ Вернемся? ‒ предложила я. ‒ Уже темнеет.

Мы вернулись обратно в особняк. По пути я задумчиво смотрела по сторонам, отмечая, как красив вечерний город. Добавить иллюминацию, и будет совсем сказка. Надо подать идею Гира, пусть займется. Уверена, за ним дело не станет.

‒ Несколько дней, ‒ сказал мне на прощание Гира, ‒ меня не будет.

‒ Хорошо, ‒ я кивнула, ‒ буду гулять с Самайлой.

Я улыбнулась Гира и ушла в дом. В ту ночь я так и не смогла заснуть.

48

‒ Что там происходит? ‒ спросила я, глядя на суматоху за окном.

Прошло почти три недели с момента нашего последнего разговора с Гира. Первые дни я заставляла себя жить по-прежнему: продолжать дышать, есть, двигаться, а сердце ‒ стучать дальше. Не желая тонуть в пучине отчаяния, я возобновила прогулки, но без Гира они уже были не те. Самайла сопровождала меня молча, не лезла в разговоры, не подсказывала, куда идти и просто напоминала охранника. С ней было тяжело, и после пары попыток я бросила прогулки, предпочитая просто наблюдать за городом из внутреннего двора, как и раньше.

‒ Ярмарка, ‒ ответила Самайла.

‒ Ярмарка?

‒ Прибывает корабль из Боско. Они везут редкий товар, ‒ скупо пояснила Самайла, ‒ и в каждом порту устраивают праздник.

Ярмарка ‒ это хорошо. Ярмарка позволит мне развеяться.

‒ Давай сходим, ‒ предложила я.

Самайла молча пошла за нарядом для выхода.

Ярмарка оказалась большой и красочной. Центр городской площади оказался заставлен яркими шатрами и палатками, украшенными флагами Боско. Тут и там зазывалы громко завлекали покупателей. Через толпу покупателей и зевак было не протолкнуться. Самайла упорно тащилась за мною вслед, но вскоре, обернувшись назад, я увидела, что она потеряла меня в толпе. Я не испытала по этому поводу никаких торжествующих эмоций: уже успела прикипеть к ее молчаливой и упорной манере услужения, поэтому решила выйти на свободный от людей участок и дождаться, когда она найдет меня сама. Главное было не покидать ярмарку: за ее пределами без сопровождения для меня было опасно, тут же ходила стража и внимательно следила за порядком.