- Лея хорошо поёт, - сдал меня Стомиан, который хоть и не одобрял моего внимания к гостю, отнёсся ко всему философски и не опустился до едких замечаний и попыток в чём-либо уличить мужчину.

- Правда? – спросил лорд Сарим заинтересованно. – Тогда, может, подпоёте? Я отлично играю на рояле.

Предложение было неожиданным. Но я, как хозяйка, должна была сделать всё, чтоб развлечь и уважить гостей. Мне мягко напомнили об обязанностях и правилах.

- Хорошо, лорд Сарим, - нашлась я. – Я тоже умею играть. Может, не идеально, но вполне приемлемо. Как насчет того, чтобы сыграть в четыре руки?

Красный дракон улыбнулся мне и встал, протягивая руку.

- С превеликим удовольствием, леди Хардин, - обрадовался он.

- Можете называть меня по имени, - разрешила я и услышала, как поперхнулся Тирел.

Пока мы устраивались на скамейке за роялем, краем глаза заметила, как лорд Саар ди Ханарат подходит к Стомиану для разговора. Определенно, этот дракон привык вести дела, не откладывая что-то в долгий ящик, и обладал политической хваткой.

- Вы родственники с лордом ди Ханаратом? – спросила я своего партнёра за инструментом, пока он ловко перебирал клавиши, прислушиваясь к звучанию.

- Я – младший брат лорда Саара, - ответил дракон. – Мне будет очень приятно, если вы тоже будете обращаться ко мне по имени, герцогиня.

Что ж, родственные связи между двумя драконами я предполагала. Имя рода «Хан» было сокращением от «Ханарат», соответственно, означало младшую ветвь.

- Поможете разобраться, леди Лейяна? – задал вопрос дракон, имея ввиду артефакт, вделанный в рояль, усиливающий звучание и добавляющий сопровождение другими инструментами. – Я слышал, что вы очень хороший артефактор.

- Положите руку на кристалл и подумайте, что хотите играть, - подсказала я, не собираясь комментировать последний комплимент.

Когда ладонь дракона скользнула на золотистый кристалл, положила руку сверху и направила в него свою магию. При моём прикосновении мужчина вздрогнул, и я надеялась, что не от отвращения ко мне или моей магии, не став заострять на этом внимания. Инструментом давно не пользовались, от моей силы камень засветился, а на пюпитре заполнилась нотами и текстом партитура[2].

В четыре руки на рояле я играла в последний раз со своей преподавательницей по музыке. Для этого нужно было чувствовать партнёра и уметь договариваться, уступать и, дополняя, брать инициативу. Интересно было посмотреть, как мы справимся, и насколько у нас получится. Это было как испытание для самих себя.

Пальцы дракона были длинными и грубыми, но как только зазвучали первые ноты, с удовлетворением отметила, что они легко и изящно порхают по клавишам, будто крылья бабочки. С особым изяществом. Ему я отдала право начинать, присматриваясь к игре и мастерству. Дракон не соврал, когда говорил, что хорошо играет. Я бы даже оценила его умения выше. Песню он выбрал в два голоса, и логично было подождать своей партии, прислушиваясь и настраиваясь на его тональность и ритм. Зазвучало сопровождение струнных инструментов от кристалла, и дракон запел.

Голос лорда Герарда был глухим и уступал тому же Элдрину, который пел гораздо приятнее и лучше, но он не фальшивил и отлично чувствовал музыку, что уже было хорошо и не портило немного печальную песню[3].

Я подыгрывала, сидя со своей стороны. Это помогло настроиться на ритм, и пальцы застучали по клавишам смелее. Партитура вспыхнула, и я поняла, что теперь солировать предстоит мне. Перехватив инициативу, запела второй куплет. Теперь уже Герард помогал мне.

Закончили мы вместе. Умелую игру дракона я дополнила своим голосом. Вышло так, что в том, где я была не идеальна, он умело дополнял, и наоборот – его грубый голос тонул в моём, более совершенном и изящном. Мы уравновесили друг друга.

- Спасибо за прекрасную игру, - поцеловал мне руку дракон в конце, что я позволила, поднимаясь со скамейки.

- И вам, лорд Герард, - ответила на вежливость. – Сыграйте, пожалуйста, ещё. Вы прекрасный пианист.

- Как пожелает леди, - склонил голову гость, оставшись за роялем.

И пока дракон играл, а Саар ди Ханарат разговаривал о чём-то своём со Стомианом, я присоединилась к леди Салер и Тирелу на диване.

- От слащавости и правильности не тошнит? – прошипел мне друг, на что я не стала отвечать.

Маркиза недоуменно посмотрела на нас.

- Что вы делаете, Лейяна? – в свою очередь тихо возмутилась она. – Ведь этот лорд открыто оказывает вам знаки внимания!

- Я заметила, - довольно спокойно дала ответ, разглаживая складки на платье. – И не против.

От возмущения у тёмной целительницы спёрло дыхание, и она шумно выдохнула.

- Без разрешения лорда Сореля? – продолжила она. – Так не поступают!

- Правда? – повернулась я к ней, вопросительно приподняв бровь.

Полуэльфийка снова задохнулась.

- Почему вы постоянно переводите пример на меня? – продолжала она возмущаться. – Если у меня в судьбе случилось всё не так идеально как должно было быть, это не означает, что я хочу, чтоб всё происходило так же у вас!

- А я сейчас не на вас намекала, а на вашего кузена, - сдержанно ответила ей. На что невеста моего дядюшки гневно и как-то по-детски засопела. Оказывается, и её можно было вывести на эмоции. Мне она показалась поначалу весьма сдержанной и хладнокровной. На деле это оказалось не так. Видеть истинные чувства было почему-то приятно, хоть они и были негативными. Ну вот не мог увлечься мой дядя холодной рыбиной или бездушной аристократкой.

Мои спокойные ответы не нравились ни маркизе, ни Тирелу, но они, слава богам, замолчали. Продолжать препираться не стоило. В конце концов, это станет заметно гостям и поставит всех в неловкое положение.

Через час мы проводили красных драконов восвояси.

Стоя на крыльце парадного входа, я ёжилась от пронизывающих порывов ветра и раскатов грома, что доносились уже совсем рядом. Стомиану пришлось понизить давление и призвать циклон, который сейчас постепенно формировался над замком. Сколько сил он на это потратил, сложно было представить. Управление глобальными природными явлениями было одним из сложнейших умений стихийной магии.

Спускаясь по ступеням, лорд Саар ди Ханарат остановился, оценивая перемены погоды и недовольно поморщился, взглянув на Тома.

- И охота вам, лорд Гохре, тратить силу на такое ненастье? Надеюсь, это не прощальный подарок нам? – дракон явно шутил, смотря на моего друга искоса.

Пока карета не отъехала от подъезда, мы все сохраняли доброжелательные улыбки. Но как только ворота закрылись, моих близких «прорвало».

- Эти драконы наглые, как демоны. Успели многое разузнать о нас! – возмутился Стомиан.

- Ты что, флиртовала?! Не могу поверить! – возмутился Тирел.

- Лея, Эштон будет крайне недоволен! Это противоречит правилам! – прозвучало от маркизы.

Заговорили они практически одновременно. Я повернулась и молча выразительно посмотрела в глаза каждого. От моего взгляда стушевались все.

- Встреча была очень ценной для меня и информативной. Да, я позволила за собой ухаживать, и считаю очень правильным, что глава клана сначала спросил на это разрешения у меня, а не решил действовать «нахрапом». Правилам это не противоречит, и драконы понимают, что ещё очень рано для официального разговора с моим опекуном, - ответила я обстоятельно на каждый вопрос и недомолвку. Наступило молчание, во время которого все смотрели на меня настороженно, но все остальные вопросы сразу отпали. Моя тактика прямых ответов работала.

Договорившись тайно встретиться чуть позже в лаборатории с друзьями, я пожелала всем спокойной ночи и отправилась к себе.

Горничные наполнили мне ванную, после чего я выставила их из своих апартаментов, объяснив, что хочу побыть одна.

Тёплая вода расслабила меня, и я позволила наконец-то эмоциям и страданиям выплеснуться горькими и отчаянными рыданиями. Грудь снова давила тяжесть и боль. Магия больше не причиняла неудобств, но агония, сжигающая меня изнутри, никуда не делась, а будто засела мерзким червём и постоянно жгла. Меня терзало предательство и попытка избавиться от любви. Я всеми силами пыталась искоренить в себе это, и никак не могла. Делая шаг в этом направлении, причиняла сама себе нестерпимую боль.