- Джастаматур, нужно провести ритуал кровосмешения и единения магий для лорда Сореля и леди Салер.

На высеченном рунами камне материализовалась ритуальная чаша и кинжалы.

- Как прикажете, глава рода, - ответил дух-нежить.

Я откупорил взятую с собой бутыль сладкого красного вина, и наполнил чашу. Раньше ритуал кровосмешения, или магический брачный ритуал, совершался без него, но женщинам было трудно пить чистую кровь, потому её теперь было принято смешивать с вином.

Когда Джастаматур произнес первые слова, призывая силы этого мира и родовую магию для освидетельствования ритуала, а родовой камень наполнился сиянием, и ярче проступили символы древних рун, герцог Сорель первым подал свою руку.

Дух сделал разрез, после чего тёмная кровь полилась в чашу. Собственной кровью герцог нарисовал символ единения на лбу будущей супруги. Теперь значение древнедруидского символа «стори» приобрело для меня иное значение, и я легко распознал его. Настала очередь Элинэ, которая волновалась и дрожала, но стойко вынесла эту часть ритуала. Мне пришлось помочь ей правильно начертать символ на лбу лорда Эштона, который опустился для этого на колено.

Кровь и вино смешались в чаше вместе с магией моего древнего, монархического рода.

- Произнесите слова связывающей клятвы, - пророкотал глухим голосом лич. – И помните, что то, что связала магия, – не разрушить смертным. Ваше соединение будет длиться вечно – до смерти, и будет притягивать ваши души после неё.

Лорд Сорель приложил руку Элинэ к своей груди, туда, где находилась магическая искра, а свою положил на солнечное сплетение невесты.

- Вечность, Смерть, Хаос, Мрак, Свет, Тень… Услышьте клятвы и примите обет единения, – хором повторяющиеся на древнем, уже забытом языке слова разносились по всему залу, отражаясь от стен и усиливаясь вибрирующей в воздухе магией, что стала тягучей и всполохами сверкала вокруг нас.

Источники магов проступили свечением прямо сквозь тела, разгораясь всё ярче и становясь видимыми.

– На все года, на все века, навечно свяжите души и судьбы… Объедините магии и ауры: от меня к ней… (от меня к нему…) Навечно!

Завихрения магии обоих искр окутали тела и проявили ауры. Дух рода соединил руки двух людей между собой, и кровь, смешиваясь, потекла на алтарный камень. Лич начал плести вокруг соединённых кистей магическую нить. Чем больше плёл, тем сильней проступали ауры магов, и ярче становились символы на лбу.

Магия Элинэ выглядела как тёмное облако с лавандово-сиреневыми переливами. У Сореля это была подавляющая грозовая аура со всполохами пурпурного и кобальтового оттенков, затмившая половину зала и грозно клубящаяся позади, будто нечто материальное. Магические оболочки соприкоснулись, и огромная аура Сореля начала поглощать ауру Элинэ. Девушка пошатнулась.

Соприкосновение и борьба двух магий была неравной. Сейчас магия Сореля доминировала и могла поглотить магию маркизы, уничтожив или ослабив искру, но не делала этого, а проникала внутрь ауры и источника, становясь ее частью, по желанию владельца.

В древние времена было принято забирать магию жены. Считалось, что так усиливался род мужа. Позже признали ошибочность этого мнения. Выяснилось, что женщина не может выносить ребенка-мага с большим потенциалом, сама не имея магии. Естественно сильные аристократические дома были заинтересованы в том, чтобы магия в их семьях не вырождалась, а усиливалась, поэтому так больше не поступали, а ритуал проводили в надежде, что появятся сильные потомки.

Но ритуал магического брака мог быть и опасен. Соприкосновение несовместимых между собой магий, могло закончиться иссушением и смертью одного из будущих супругов. Потому присутствие родственников со стороны невесты и жениха было нужно, чтобы не допустить такого исхода и в самом плохом случае убедиться, что в несчастье виновата сама магия, а не кто-то из них. Были и такие семьи, которые отказывались идти на риск и совершать полный обряд из опасений за жизнь своих дочерей и сестёр.

Однако древние семьи, знающие все особенности, магический брак заключали, ибо то, что объединила магия, было нерушимо и навсегда. Церемонии проводимые в храмах, ни в какое в сравнение с магическим браком не шли. И скорее предназначалась для возвеличивания самих храмовников, а так же внушения трепета народу. Там не соединялись ауры, потому риска не было, и будущие супруги оставались живы. Такой брак был единственным вариантом для народа не обладающим магическим потенциалом.

Сорель не просто так попросил меня провести ритуал на камне рода. Элинэ возьмет часть силы супруга. Так он увеличил продолжительность жизни сестры и обеспечил возможность благополучно выносить и родить ребёнка с большим магическим потенциалом.

Процесс слияния аур был почти интимным, и я отвел глаза, убедившись, что с Элине всё будет в порядке, а Сорель действительно позаботился о ней. Право решать, как поступить со своей женой, в момент слияния магий оставалось за мужчиной. Женщинам не рассказывали о нём, чтоб они не знали своих перспектив: лишатся ли они магии, или их магический потенциал будет изменен в большую сторону, если будущий муж сильней супруги, или меньшую, если более слаб.

- Магия готова соединить воедино. Вы теперь связаны магией, она приняла ваши клятвы и вашу кровь, - сообщил лич. – Теперь вкусите кровь друг друга.

Лич подал Сорелю кубок, и он поднёс его к губам Элинэ, давая возможность отпить. С трудом и, преодолевая отвращение, кузине пришлось сделать глоток. Остальное Сорель допил сам. Магия, бушевавшая вокруг обоих, разошлась и закрутилась единым вихрем, будто взбесившись, а потом всё неожиданно закончилось.

Элинэ едва стояла на ногах и была очень бледной. Да, ритуал был не самым приятным. Ей пришлось ощутить и принять силу и магию Сореля, а он был намного сильней многих кого я знал. Видя, как плохо моей сестре, фельдмаршал подхватил её на руки, и она сжалась в комок.

- Единение практически завершено, - объявил Джастаматур. – Теперь вы одно целое. Потеряете свою пару – потеряете часть собственной магии. Но пока вы вместе – вы усиливаете друг друга. Таков мировой порядок.

Лич исчез, растворившись в пространстве, а руны родового камня погасли.

- Поздравляю вас, лорд Сорель, - склонил я голову перед несущим Элинэ к выходу герцогом.

С этого момента считать ее маркизой Салер уже было нельзя, она больше не принадлежала моему роду. Магический брак аристократией признавался законней совершенного в храме.

- До утра еще несколько часов. Ждите меня, лорд Тенебрей, в кабинете, - распорядился он, ненадолго останавливаясь рядом со мной.

Я усмехнулся, прощая фельдмаршалу командное поведение в своем замке, и отдал молчаливый приказ духу показать герцогу путь в гостевые покои леди Салер. Сам он об этом не подумал.

Несколько часов я занимался текущими делами с управляющим. Лорд Сорель появился когда горизонт сменил цвет с красного на белый, а небо осветило поднимающееся солнце. Сев напротив меня, фельдмаршал подождал, пока я не закончу писать письмо.

- Спасибо, - произнес он, как только я поднялся. – Думал, что вы, лорд Тенебрей, все же попытаетесь воспротивиться нашему магическому браку.

- Не вижу смысла, - ответил ему. – Ваши магии полностью слились, а значит, в королевстве в будущем появятся ещё Тёмные лорды.

- Вы ко всему относитесь с выгодной и рациональной позиции?

- Раньше, да, - согласился я. – Мой отец говорил, что решения, основанные на эмоциях, – не решения, а инстинкты. Я привык доверять его мнению.

Сорель усмехнулся мне.

- А вот я привык доверять интуиции, и она редко меня подводила. Когда пытался руководствоваться только логическим расчётом, это оборачивалось ошибками. Совокупность рационального и иррационального дополняет друг друга. В отдельности они не так сильны. – И, вздохнув, продолжил: – Нужно поторопиться. Пока Элинэ спит, мы посетим форт, потом вернемся вместе в Сарнгейт.

В форт Шанденклар мы полетели на грифонах. Я успел послать весть коменданту, поэтому нас встретили со всеми почестями и полным построением офицерского и гарнизонного состава.