В моих руках девочка на удивление быстро успокоилась. Когда каша остыла до приемлемой температуры, я сунул насадку в рот ребёнка, и девчонка тут же ухватила ёмкость ручками, принявшись высасывать пищу.

К своему удивлению, обнаружил, что наблюдение за кормлением доставляет некое удовольствие, и даже испытал гордость за то, что смог во всём разобраться сам и справился с возложенной на меня ответственностью.

Когда Лейяна наелась и удовлетворённо улыбнулась мне, я всё же нашёл в себе силы обтереть её руки и лицо от пыли, а так же переодеть пелёнки и надеть платье, найденное в сумке. Пока ребёнок развлекал себя, теребя шуршащую бумажку от сыра, я закончил завтрак и завернул остатки обратно в котомку.

Хотелось сходить на разведку и посмотреть, что происходит во дворце. Но снова тащить на себе девчонку было утомительно. В потайных переходах вроде как было безопасно, и можно было ненадолго оставить её тут одну, при условии, что она либо заснёт, либо сделать что-то вроде загородки и оставить ребёнка в ней. Но ничего подходящего для загона рядом не было. Поэтому решил дождаться, пока она заснёт. Ночь была для нас беспокойной, и мне самому хотелось сейчас вздремнуть.

Улёгшись на софу и устроив графиню между своим телом и спинкой, я стал ждать. В итоге уснул прежде, чем она.

Когда проснулся, вокруг было тихо. Девочка спала рядом, повернувшись ко мне и засунув палец в рот. Встав потихоньку и подложив вместо себя сумку, я решил не терять времени и пойти на разведку, собираясь вернуться раньше, чем проснётся графиня. Судя по спокойному колыханию груди и мирному сопению, её сон был ещё глубок.

Дойдя до первой попавшейся «двери», обнаружил пустую комнату. Я уже успел подумать о том, что не плохо бы разжиться хоть каким-то оружием. Но комната принадлежала даме, и надеяться на что-либо подобное тут было нечего.

Во втором дверном проеме я увидел слуг в форменной одежде, связанных и сидящих на полу дружной толпой. Судя по всему, их не собирались убивать, а лишь заперли, чтобы обезопасить и разобраться, кто они: предатели или случайные участники событий. Это означало, что ведомство внутренней безопасности продолжает «зачистку» дворца. Теперь мне нужно было узнать, где отец, и на какой стадии вышло противостояние.

Проходя мимо выхода в один из залов для приёмов, я застал сражающихся, а дальше обнаружил комнату, где, кроме тел убитых, никого не было. Разжиться оружием можно было здесь. У двоих никакого боевого вооружения не наблюдалось. Хопеш[1] мертвого орка мне не подходил, он был слишком длинным и тяжёлым, поэтому я выбрал короткий меч стражника-гнома. Выйдя через тайный проход, переступая через тела, я забрал меч у мертвеца, едва вынув его из окоченевшей руки. И тут меня заметил проходящий мимо комнаты вампир. Судя по тому, какой хищный взгляд он приобрёл, увидев меня, ничего хорошего от него ждать не приходилось. Вампир моментально принял полутрансформацию и встал в угрожающую стойку, собираясь напасть.

Щит создал, подчиняясь рефлексам, и тут же в него ударилось тело, мгновенно кинувшееся на меня противника. Магическая защита не только удержала вампира, но и откинула его назад.

Направление моей магии к этому возрасту у меня уже было определено. Я происходил из королевской семьи потомственных тёмных магов, у которых преобладала некромантия. Её унаследовал и я, несмотря на то, что отец был проклятийником. Поэтому герцог Тенебрей направил моё обучение на изучение тактик военного искусства и боевой магии. В том числе настаивал, чтобы учителя учили не только защищаться, но и атаковать.

Вообще, у нас в королевстве был запрет на преподавание боевой магии детям не достигшим определенного возраста, но моему отцу – Главе внутренней безопасности – не отказывали. Поэтому боевые заклинания я знал, хоть их до этого и не приходилось применять по-настоящему. Сейчас знания пригодились.

В «эрозию тела» я вложил все силы, так как это было единственным некромантским заклинанием, которое я хорошо освоил, и которое могло остановить вампира.

Щит рухнул от натиска вампирской силы, и я зажмурился, ожидая смерти. Но шли секунды, а ничего плохого со мной не происходило. Открыв глаза, я увидел бесформенные гниющие останки перед собой, от которых фиолетовой дымкой уходили излишки моей силы. Моей магии хватило, чтобы развоплотить вампира. А тот, объятый жаждой крови и самонадеянностью, даже не поставил против меня – ребёнка – щит. Мне скорее повезло. Но я одержал победу и не погиб.

Испуганный нападением, крепко сжав меч в руках, я побежал обратно к тайному входу, перепрыгивая мёртвые тела. От страха сердце колотилось словно бешеное. Во дворце все ещё было опасно, и не стоило высовываться из тайных переходов. Я сильно рискнул, ослушавшись.

Когда я вернулся в зал, где оставил графскую наследницу, понял, что наше убежище обнаружили. Затаившись за углом, оценил ситуацию.

Двое мужчин-магов стояли в центре зала у стола, орк и тёмный эльф – у софы, на котором ворочалась просыпающаяся девочка. Видимо, про тайные переходы дворца знали и враги.

- Убить её? – спросил орк у одного из людей, направляя лезвие меча на малышку.

Мужчина, к которому обращался облаченный в латы воин, был мне знаком. Он состоял в свите королевы и был каким-то её родственником, толи дядей, то ли одним из двоюродных-троюродных братьев. У рода Форн было многочисленное семейство сильных магов.

«Родственник» подошел ближе к дивану и внимательно посмотрел на ребёнка.

- Надо же! Это дочь Нориса Хардин, - злобно усмехнувшись, сообщил он соратникам и взял ребёнка на руки. – Убить? А что?! И принести потом её труп папаше-артефактору!

- Не смей её трогать! – я не на шутку испугался, выскакивая из своего укрытия и направляя меч на представителя дома Форн.

Наверное, я снова поступил глупо, но мне доверили эту девочку, и я не мог допустить, чтобы её убили.

- А это уже интересней, - оскалился мне мужчина. – Выродок Тенебрея. Схватить его! – приказал он своим единомышленникам.

Огромный орк пошёл на меня, злобно рыча и скалясь. Я ударил заклинанием «воздушная алебарда». От страха мои атакующие заклинания выходили сильными, не то, что на тренировках. Орка отбросило, и я увидел, как его доспех рассекло пополам, а из раны брызнула кровь.

- Ах, ты ж гаденыш! – прокомментировал это родич королевы и приставил кинжал к спине сидящей на его руках графини, которая обернувшись корпусом, смотрела на меня большими голубыми глазами. – Шевельнёшься – я прирежу эту девчонку, - пригрозил он мне.

Ко мне подошел второй человек и приставил меч к горлу.

Маркиза динэ Эрвиля с той ночи я запомнил надолго. Именно он был ещё одним участником той четверки и единственным из них, кто выжил. Мне до сих пор не дает покоя его участие в дворцовом перевороте. Обвинения в соучастии с него были сняты из-за того, что он не применял боевой магии и никого не убил. Это подтвердил артефакт правды. Сам маркиз заявил, что к нему было применено внушение, и действовал он не по своей воле.

- Ригориз, посмотри, что там со Строшем, - приказал дроу Форн.

- Малец убил его, - сообщил тёмный эльф, осмотрев орка, и выдал своё заключение: – Хороший магический потенциал всё-таки, а Строш всегда плохо понимал, с кем имеет дело. Сам виноват…

- Убей его, - потребовал Форн у маркиза Эрвиля, кивнув на меня.

Я во второй раз за короткий период приготовился к смерти, посмотрев в глаза своему будущему убийце. В голове успела проскочить мысль «Наверное, умирать будет больно».

Меч коснулся основания шеи, и я ощутил давление. Кровь теплой струйкой засочилась по коже. Но на этом всё закончилось. Маркиз вдруг округлил глаза, и из его рта потекла тёмная густая кровь. Звякнул, падая на пол, его меч, а сам он опустился на колени и, завалившись вперед, упал на камни. Пока остальные соображали, что происходит, я поднял свой короткий гномий меч и резким движением снизу вверх вонзил его в живот Форну. Теперь глаза округлились и у него. Мужчина посмотрел вниз, будто не веря, что я посмел применить оружие. Красное пятно быстро начало проступать на одежде. Я же выхватил у пошатнувшегося придворного девочку, отступив назад.