Четвертой парой были Риф и светлый эльф. Даже удивительно, что светлые эльфы, которых в боях участвовало двое, согласились на этот «концерт». Их раса отличалась снобизмом и брезгливостью к подобным контактным развлечениям. Однако перспектива «повышения» видимо, победила высокомерие. Конечно, новичков-легионеров такими привилегиями не баловали; им полагалась всего лишь бутылка чачи, и почести, соответствующие победителю, а также уважение команды. А вот курсантам давали возможность отличиться, поэтому желающих было довольно много.

Риф не стал медлить и быстро кинулся на эльфа.

Я ничего не понимала в кулачных боях, однако то, насколько легко, быстро и без лишних движений перемещался Риф, его короткие, точные атаки, ложные выпады и блоки, говорило о многом даже мне. Конкретнее, я видела очень мало существ, которые так хорошо дрались в рукопашном бою. Риф не получил ни одного удара от противника и закончил бой очень быстро, нанеся точный удар по внешней стороне ноги. Хруст коленного сустава был слышен даже мне на баке, и эльф взвыл, падая на доски. Не имея возможности подняться и вести дальнейший бой, он катался по полу, держась за ногу, вывернутую под неестественным углом. Оборотень в это время спокойно отошел в сторону, не собираясь дальше издеваться над противником и уверенный в своей победе.

Легионеры издали уважительные возгласы. Команда корабля была впечатлена.

- Ну что, продолжим? Похоже, «личинки» отсеялись, и остались «куколки»? – подзадоривал всех боцман. – Давай, пацанва, доказывайте, что пиписьки у вас не только для того, чтобы мочить штанишки. Покажите, что вы – мужчины с железными яйцами!

Ржание солдафонов на этот монолог было одобряющим. Если кто-то из курсантов, увидев стиль соперников и их возможности, передумал участвовать в дальнейшем развлечении и пожалел о своей наивности, то отказаться после этих слов они уже не могли. Никто не хотел стать мишенью для насмешек легионеров.

Матросский юмор и жаргон были за гранью всяких приличий, отчего уши сворачивались в трубочку, и мне стоило больших усилий не покраснеть. Я не могу сказать, что не ожидала чего-то подобного. Я знала, как принято выражаться в гарнизоне, и уже слышала подобное раньше. Однако мое воспитание не принимало такого общения, и злосчастное чувство стыда, вызванное необходимостью стоять и делать вид, что я ничуть не смущена, весьма тяготило. Правда, Элдрин закрыл мне уши руками с двух сторон, как только понял, что боцман не станет елейничать. Это несколько спасло мое высокородное положение от позора.

- Ну! Вперед «куколки»!

Солдаты услужливо подтолкнули в центр круга эльфа, который победил в первом поединке. Тифлинг вышел сам, не прибегая к помощи услужливых матросов.

Было очевидно, что эльф сильно боялся, хотя и пытался не показывать этого. Он больше уходил в защиту, поэтому полудемону победить было несложно. Тифлинг отправил противника в нокаут одним хуком, завершив бой.

- Эх! Слабоват оказался курсант, - посетовал кто-то рядом.

А в круг уже вышли Риф и «носатый». Человеку без магии было не выстоять против оборотня, и это понимали все окружающие. Ладно бы, если бы «носатый» обладал крепким телосложением. Некоторые мужчины имели такие внушительныеи мускулы, что могли посоперничать конституцией даже со степными орками. Но этот курсант из Иллагера ничем таким не выделялся. Возможно, он и был одним из лучших бойцов в своей академии, но против оборотня (даже не в полутрансформации) ему было нечего противопоставить. В общем, бой вышел ожидаемым и завершился без необходимости тащить очередного бойца в лазарет. Тирел вероятно, ругался на свой лад, получив нежданных пациентов. Зато ему теперь не было скучно сидеть одному в четырех стенах.

Остались Риф и тифлинг.

— Похоже, Риф не хочет быть стюардом, — пробормотал Элдрин позади меня. И продолжил: - Ему кастрюли мыть, чистить лук и морковку на камбузе не хочется. А есть их тем более…

Тем временем Конвель уклонился от удара полудемона и ответил ударом по печени. Вот только печень у тифлингов располагалась иначе. По-видимому, оборотень об этом не знал. Хитрый тифлинг согнулся, а затем резко разогнувшись, боднул Рифа в живот.

Нужно признать, рога этого представителя полудемонов были впечатляющими: круглыми, с завитками и мощным, крепким роговым слоем. В общем, это были как раз такие рога, которым позавидовали бы и горные бараны, обитавшие на вершинах гор Глан. Я прямо представила, как при столкновении с другим тифлингом из них высекаются искры. Брюху Рифа тоже, видимо, пришлось несладко.

В общем, растущий и набирающий силу альфа получил знатно. Элдрин аж взвыл, сочувствуя своему другу, с которым за последнее время крепко сдружился. Однако мы не сильно переживали: оборотни отличались выносливостью и отличной регенерацией, сравнимой даже с вампирской.

Риф отступил назад, выпрямился, резко присел и подсек противника, свалив его и временно дезориентировав. Когда оба снова поднялись на ноги, сцепились с удвоенной силой, разъяренные друг другом.

Благодаря своей магической природе, тифлинг, несмотря на более щуплое телосложение, мог соперничать с перевертышем. К большому удивлению, удары полудемона были мощными, не хуже ударов Конвеля, который, казалось, вот-вот должен был перейти к обороту. Его торс уже был усеян огромными темно-красными синяками и кровоподтеками. На красном, испещренном руническими татуировками, теле тифлинга таких побоев не было видно.

Полудемон ринулся на оборотня справа. Риф нырнул вниз, резко выпрямился и, угодив локтем, нанес удар точно в солнечное сплетение. Вся масса тела перевертыша и сила удара были направлены навстречу инерции противника, попав в средоточие магии. Все услышали выдох краснокожего, который упал на колени. Его глаза расширились от шока, но он все равно попытался подняться. Однако Риф уже был сзади и открытой ладонью нанёс ему удар по основанию черепа.

Клянусь богами, если бы полудемон не был магическим существом, этот удар мог бы быть для него смертельным. Голова курсанта мотнулась вперед, а Риф не щадя противника, добил ударом локтя в спину, одержав победу в этом сражении.

Схватка вышла жестокой. В результате тело потерявшего сознание курсанта из Рхага распростерлось на животе.

Однако на этом, как оказалось, ничего ещё не закончилось. Пока толпа легионеров и матросов ревела от азарта, откуда ни возьмись появилась Эрин и носком ботинка пнула руку тифлинга. Кулак разжался, и на палубу покатился металлический кастет. Во второй руке обнаружился такой же.

«Амулет-усилитель», - сразу поняла я, как и все, кто имел больше чем одну извилину в голове. Мошенников в армии не любили. Стало понятно, откуда у Рифа появились такие сильные кровоподтеки. Все же досталось ему изрядно.

Толпа взорвалась возмущением.

- Вот гнида! – выругался кто-то.

«Повесить на штанцы его!» – услышали мы приказ с мостика.

На бои вышли посмотреть все корабельные лейтенанты и оба пехотных офицера. Команду отдал лейтенант Миторис.

- Пусть повисит до утра, чтобы ума набраться.

Это означало, что побитого и беспомощного тифлинга привяжут к такелажным канатам и оставят висеть до утра в наказание за хитрость. Ночь в пустыне не сильно приятное время, как и день. В пустыне почти не было растительности и воды, которые задерживали бы тепло, поэтому ночи были холоднее, чем в Сарнгейте. Поэтому тифлингу ночью придётся сильно помучиться не только от побоев. Ну да помереть ему не дадут в любом случае. В армии «учили» строго и наказывали жестоко, если кто не усваивал науку.

Матросы тут же подхватили обомлевшего курсанта и потащили к канатам, удерживающим мачты. Его привязали ремнями по рукам и ногам, оставив висеть с поникшей головой.

Все молча наблюдали за этим.

- Ну, так что? Могу ли я теперь стать легионером? – спросил Риф у боцмана.

- Это решит капитан, - буркнул офицер в ответ.

- А как же я? – вдруг подал голос кок, показавшись из недр кватердека. – Мне нужен помощник…