- Есть, окститься, лорд-каптенармус! - тут же вытянулся в струнку лейтенант, отдавая честь.

- Вольно! Угомонись… Нештатная вышла ситуация, - махнул одной из рук лорд Лооп снисходительно. – Это действительно капитан «Миража» и «кара короля».

Офицер и все вокруг вперились в меня взглядами, притихнув. Я же развеял меч и взял поводья своей лошади.

- Лорд-главнокомандующий, прошу прощения, не признал, - растерянно протянул офицер. – Мы думали, лорд Тенебрей… во! – и он неопределённо развёл руками, смотря на меня немного шальными глазами. - Страшней фельдмаршала Сореля…

Я запрыгнул в седло, не став отвечать на неопределённость своей характеристики. Зато разговор поддержал шокан.

- Этот? – посмотрел на меня косо Лооп и снова перевёл взгляд на офицера. – Пожалуй, действительно «во!» и в чём-то пострашней… - согласился он, усмехнувшись. – Едем?

Я кивнул и ударил лошадь шенкелем[3] в бока.

- Лорд-главнокомандующий, разрешите уточнить! - услышал я себе в спину окрик офицера и натянул поводья, снова останавливаясь.

- А «этих» куда прикажете? – спросил офицер, имея ввиду мою «горе-команду».

- В казармы отсыпаться, - решил я.– Лейтенант, проследите, чтоб они попали к месту назначения. А вы, - обратился я к неодетому и всё ещё пьяному личному составу. – Чтоб завтра утром все были в доке «как стекло» и приступили к ремонту!

Пришпорив лошадь, я поехал догонять лорда Лоопа.

…

Тёмная комната, что была мне выделена в резиденции герцога Сореля, встретила меня одинокой пустотой и спокойствием. Вещи разложили слуги, сундуков и котомок уже не наблюдалось. После купания я переоделся в привычную для себя одежду и завалился на низкую кровать в нише.

Делать было нечего, а спать не хотелось, успел выспаться в тюрьме. Поэтому просто лёг, закрыв глаза локтем, и наслаждаясь тишиной.

Перед глазами тут же возник образ Леи, и воспоминания захватили меня снова. Я вспоминал её улыбку и счастливый, весёлый смех. Задумчивое выражение, когда сосредоточенно работала или думала над трудным заданием. Озадаченно округлённые глаза, когда над ней шутили, а шутки она не понимала. Упрямо надутые губы и нахмуренные брови, когда спорила. Озорные искры в глазах, когда задумывала нечто каверзное. Кроткий смущённый взгляд, когда я обнимал её, и мягкий, робкий изгиб улыбки при этом.

Всё это я мечтал увидеть снова. Но больше всего ощутить те непередаваемые и ни с чем несравнимые эмоции, которые испытывал сам когда она смотрела на меня влюбленными глазами. Тот сладкий, вкусный и пока только едва уловимый запах страсти и желания, которых она пока не понимала, а потому стеснялась и боялась.

Через ментальный артефакт попытался дотянуться до своей возлюбленной и снова наткнулся на глухую стену её защиты, будто из ваты, через которую мало что можно было почувствовать. Удалось лишь ощутить, что она не спит, и услышать отголоски эмоций, передаваемых артефактом через вкус во рту. Плохих эмоций, как я понял. Страх отдавал острым привкусом горчицы и перца. Сожаление было похоже на варёный лук. Разочарование по ощущениям напоминало сырой фенхель, и было ещё что-то, что ощущалось как копчёный чернослив, но распознать я так и не смог.

Отвлёк меня от терзаний и догадок стук. Открыв глаза и сев на кровати, увидел в темноте силуэт за дверью. За раздвижной створкой стояла девушка в лекарской форме с карими глазами, светло-каштановыми волосами и сундучком в руках.

- Вы не пришли в лазарет снять швы, лорд Тенебрей, - поклонившись, сообщила она мне.

Раны после боя с Сорелем у меня уже зажили, и нитки действительно тянули кожу. Не скажу, что мне сильно нужна была помощь целителя, но так настоял лорд Сорель в тот момент.

- Можно было просто прислать кого-то за мной, - заметил я, но лекаршу пустил. Не прогонять же, коли девчонка уже пришла сама? Судя по всему, в её чемоданчике было всё необходимое для процедуры.

Активировав светящие артефакты и сняв рубашку через голову, устроился на кровати. Девчонка села передо мной прямо на пол и вынула из чемоданчика ножницы и пинцет, принявшись снимать швы на руке. Пока она неторопливо работала, я смотрел через проём двери во внутренний двор.

Через широкую террасу, сада было практически не видно, лишь кроны и стволы необычных, местных деревьев. Но обратил внимание, что внутренний двор был подсвечен.

Неожиданное, мягкое и скользящее прикосновение пальцев к торсу вывело меня из оцепенения, и тело непроизвольно дёрнулось, а я перехватил руку, посмевшую до меня дотронуться в столь интимном касании.

Взгляд целительницы был немного смущённым, но решительным и призывно глубоким. О-о! Сколько раз я видел похожие, поэтому мигом распознал цель касания.

- Пошла вон! – прошипел я.

- Лорд, не сочтите за наглость, но я могла бы вам помочь…

- Чем?

- Я не буду навязываться потом, лишь помогу забыться и снять напряжение сейчас…

Подозрения закрались мне в голову.

- Тебя кто-то подослал? – задал я вопрос, всё ещё держа девчонку и не позволяя ей двигаться. Она промолчала. Значит, моя догадка была верна. – Сорель! – прошипел я и, поднявшись, отпихнул девицу. – Собирай инструмент и вон отсюда!

Тьма сама взбунтовалась во мне, а на задворках сознания я снова ощутил гнев своего тёмного, который вёл себя до этого тихо. Девушка, увидев клубки тьмы, испуганно пискнула и быстро ретировалась. Я же, надев рубаху, пошёл искать герцога.

Ментальный артефакт помог определить место положения генерала. Спустившись по лестнице во внутренний двор с фонтаном, уютным уголком со столиком, имеющими плетёные диваны и кресла, увидел фельдмаршала. Лорд наслаждался тихим вечером за бутылкой бурбона и пыхтел толстой сигарой, развлекаясь пусканием колец в воздух.

Присев в кресло напротив, я требовательно посмотрел на герцога. Сорель сидел в кресле, одетый в королевскую военную форму, и вытянув ноги в сапогах на соседний диван. На моё появление он отреагировал весьма отстранённо, делая вид, что не заметил.

- Ну и зачем вы подослали в мою постель эту лекаршу? – требовательно спросил я.

- Я не понял, - через минуту молчания обратился ко мне герцог. – Ты зачем ко мне припёрся? – вопрос был риторическим, и Сорель сразу же продолжил: – Если хотел, чтобы я тебе помог, то почему отказываешься от помощи?

Вот как! Предложить для постельных утех девицу – это, оказывается, теперь называется помощью. Я возмущённо посмотрел в наглые чёрные зрачки, чтобы герцог проникся моим несогласием с таким ходом дел.

- Да ты не зыркай так грозно… - расслабленно протянул он. – Тебе бы не помешало. И мне было бы легче…

- Я в состоянии понять, что мне нужно. И не на такую помощь рассчитывал!

- Мне всё же видней…

- Тогда я отказываюсь от вашей помощи, - сказал я, вставая.

Вмиг моё горло сжали сильные пальцы, а взгляд встретился с затопленными тьмой глазами. И опять артефакт предвидения не сработал с Сорелем.

- Что, «полегчало» и уверенней себя почувствовал?!

Я мог бы оттолкнуть герцога, но отчего-то его взгляд сейчас мне напомнил отцовский. И я вспомнил, как родитель точно также гневался, когда был недоволен тем, что возражаю его решениям.

- Сядь! – приказал он мне, отпустив и возвращаясь на свое место.

К моей зависти, Сорель успокаивался не менее быстро, чем «вспыхивал». Его взгляд стал прежним, и белки очистились от тьмы. Он налил в чистый бокал, взятый с серебряного подноса, порцию бурбона, и подпихнул в мою сторону.

- Выпей, может, хоть это поможет, - отсалютовав своим, сказал герцог.

Отказываться не стал. Почему-то чувствовал, что сейчас спорить с лордом по мелочам не стоит.

- И всё же я надеялся, что не всё ещё так плохо, - будто размышляя, пробормотал он. – Твой тёмный сказал об астори. Это Лея?

Термин, который лорд Сорель упомянул, я впервые встретил в книге, взятой из библиотеки Нориса Хардин. Целитель, который её начал писать, вёл наблюдения за несколькими высшими лордами древности и записывал свои мысли по этому поводу. Он сделал заключение, что магия «высших» чужеродна для этого мира, потому нестабильна и разрушает своего носителя. Долго прожить и не потерять свою сущность удавалось лишь тем из них, кто смог себя «связать» с ведьмой. Такую привязку врачеватель назвал термином «стора», что в переводе с друидского означало магические узы. Хардин же предположил, что она помогает чужеродной магии стабилизироваться и закрепиться в теле носителя. Соответственно, термин «астори» относился к самой ведьме, которую выбирала якобы магия высшего лорда.