– Сейчас.

– Ага! – обрадовалась Алиса. – Эрик, а пусти меня, я покувыркаюсь.

Эркин встал и зашлёпал к комоду, привычными, почти машинальными движениями достал чистые трусы и оделся. Женя ещё лежала. Он подошёл к двери и открыл её. Алиса влетела в спальню и с ходу запрыгнула на кровать, кувыркнулась, налетела на Женю и удивилась.

– Ой, мама! А Эрик где?

– Я здесь, – засмеялся Эркин, раздвигая шторы.

За окном шёл дождь, всё было серым и мокрым.

– Гулять, значит, не пойдём, – глубокомысленно заключила Алиса, сидя на кровати. – В кино тоже, да? – и сама ответила: – Ну да, чего мокнуть. А чего тогда делать будем? Андрюху ждать?

– Сегодня он не придёт, – спокойно ответила Женя. – Ты же тянуться хотела, ну, так иди, переоденься.

– Ага!

Алиса спрыгнула с кровати и убежала, а Женя встала и подошла к Эркину.

Он стоял у окна, где его застали слова Алисы об Андрее, и глядел на улицу, хотя любоваться там было нечем. Женя сзади обняла его, коснулась щекой его спины между лопатками.

– Всё будет хорошо, Эркин.

Он кивнул.

– Спасибо, Женя, – откашлялся, прочищая горло. – Ты ложись, поспи ещё.

– Нет, – Женя, привстав на цыпочки, поцеловала его в шею, в корни волос на затылке. – Утро так утро.

В спальню опять влетела Алиса, уже в трусиках и маечке.

– Эрик, я уже! Пошли!

– И я уже, – засмеялся Эркин. – Женя, мы пошли.

Алиса уцепилась за его руку, и они ушли в большую комнату. Женя оделась и захлопотала, наводя порядок в спальне.

За окном по-прежнему шёл дождь. Конечно, никуда они сегодня не пойдут, проведут воскресенье дома. А вечером, может, в гости к кому-нибудь в доме пойдут, или к ним придут, или ещё что-нибудь придумают. А придумать надо, а то Эркин ведь изведётся от ожидания.

Как обычно, быстро всё сделав, Женя пришла в большую комнату к Эркину и Алисе, немного позанималась с ними и увела Алису, чтобы Эркин мог спокойно в одиночестве закончить свою гимнастику.

Потом завтракали, а впереди было ещё всё воскресенье.

Гостиный Двор потряс Андрея. Таких толкотни, многолюдья, обилия товаров и высоких цен он ещё нигде и никогда не видел.

– Цены здесь…

– Столичные, – улыбнулся Бурлаков.

Они сидели в маленьком кафе на галерее второго этажа, за столиком у самых перил.

– И это всегда здесь такое?

– В будни народу больше.

– Надо же, – покрутил головой Андрей и повторил: – Себя потеряешь и не заметишь, когда.

Бурлаков кивнул.

– Да, но можно привыкнуть. Человек ко всему привыкает.

Лицо Андрея помрачнело.

– Это ты точно сказал, ко всему, – зло вскинул глаза. – А я привыкать не собираюсь. Из Загорья не уеду, понял, нет?

– Мы об этом уже говорили, – внешне спокойно ответил Бурлаков. – Раз тебе там нравится…

– Там моя семья, запомни, – перебил его Андрей.

– Да, я знаю. Но это теперь и моя семья. Тоже запомни.

Андрей усмехнулся.

– Хорошо отбиваешься. Ладно. Так что, может, ты к нам переедешь?

– Здесь у меня университет, лекции, ещё семинар буду вести, комитет.

– Это понятно, и всё? – глаза у Андрея насмешливо блестели. – Больше ничего и никого?

Бурлаков пожал плечами.

– Есть друзья, есть сотрудники.

– И всё? – Андрей нахально подмигнул. – Я ж помню, – и пропищал: – Гаря, не волнуйся. – И своим голосом с подчёркнутой деловитостью: – Ты всё ещё с ней или заменил?

– Это тебя не касается, – твёрдо ответил Бурлаков. – Не твоё дело. Запомни.

Андрей зло сощурил глаза, но промолчал и наконец принуждённо улыбнулся.

– Ладно, бери себе это сокровище, не претендую.

– В это не лезь, – глухо сказал Бурлаков. – Больше предупреждать не буду.

– Понял, не глухой, – буркнул Андрей.

Под ними море голов, шарканье ног по полу и гул голосов, в котором неразличимы слова. Андрей смотрел на эту суету, явно думая о своём, лицо его стало усталым и даже не взрослым, а старым. Бурлаков также молча смотрел на него. Если бы он мог…

– Ладно, – Андрей тряхнул головой. – Ладно, замнём для ясности. Так, когда тебя ждать?

– Недели через две. Сегодня седьмое…

– Ещё две недели, и как раз двадцать первое. Впритык хочешь:

– Постараюсь пораньше. Я дам телеграмму.

– Замётано, – кивнул Андрей и посмотрел на часы.

– Успеешь, – заметил его движение Бурлаков.

– Да, успею. Слушай, а вот бельё, сразу полудюжину брать не дорого? Ну, не чересчур это тебе?

– Есть у меня деньги, – успокоил его Бурлаков. – А у тебя…

– У меня ссуда за спиной, – усмехнулся Андрей. – На обзаведение. И зарабатываю я прилично.

– Это рабочим в цеху?

– Ну, – Андрей широко ухмыльнулся, – если с умом тратить. А то вот ещё если на дороге валяется, то не грех и подобрать.

Бурлаков невольно напрягся.

– И всё, что лежит, хватаешь?

Лицо Андрея стало демонстративно простодушным до идиотской наивности.

– Мина если, так пусть себе и лежит, дурака ждёт.

Бурлаков чувствовал, что Андрей чего-то недоговаривает, но настаивать не рискнул. И, боже мой, о каких незначащих глупостях они говорят, но о главном… язык не поворачивается. Да и что сейчас самое главное?

Андрей допил свой чай, улыбнулся уже по-другому.

– Давай теперь на вокзал. Мне ещё билет брать.

Бурлаков невольно вздохнул. Время не остановить. А они и не поговорили толком. И вот… уже пора.

– Да, пойдём.

Бурлаков подозвал официанта и расплатился. Андрей взял свою потяжелевшую сумку, ещё раз сверху вниз оглядел суетящуюся внизу толпу и встал.

Они, не спеша, неся на руке – Андрей свою куртку, а Бурлаков пальто – прошли между столиками к выходу и дальше по галерее.

– Тебе хватит на дорогу?

– Вполне, – Андрей насмешливо хмыкнул. – Я ж тебе сказал, что кой-чего на дороге подобрал. Так что на всё хватит и ещё останется. Не боись, всё нормально будет.

Бурлаков кивнул так спокойно, будто все эти выпады и закидоны совсем не смущали его. И Андрей решил попробовать добавить.

– Могу и тебе подкинуть.

И услышал насмешливое:

– Я и сам неплохо зарабатываю.

Андрей посмотрел на него с насмешливым удивлением.

– Ты чего, псих? Кто ж от денег отказывается. Или, – он зло сощурил глаза, – брезгуешь?

– Не дури.

– Я от тебя со вчера только это и слышу, – огрызнулся Андрей. – Ничего другого придумать не можешь?

– А ты веди себя по-другому, – немедленно отпарировал Бурлаков.

Андрей хмыкнул, но промолчал. У лестницы они оделись и спустились вниз.

– Ещё что-нибудь посмотришь?

– Нет, лучше пройдёмся. До вокзала пешком можно?

– Да, вполне.

После Гостиного Двора на улице было просторно и даже вроде тише. Андрей с удовольствием огляделся.

– Жалко, Крепость не успел посмотреть.

– Ничего страшного, в другой раз туда пойдём, – очень спокойно, даже небрежно ответил Бурлаков.

Андрей покосился на него и улыбнулся.

– Замётано. В другой раз сразу туда.

Улыбнулся и Бурлаков.

До Северного вокзала дошли до обидного быстро. Вокзальная площадь, как и положено, забита автобусами и людьми, лавируют, покрикивая короткими резкими гудками, юркие машины такси, кричат, проталкиваясь в толпе, разносчики, толчея, суматоха… похлеще, чем в Гостином.

Но у касс дальнего следования стало заметно свободнее. На Ижорск билеты были.

– Купейный или общий?

Андрей залихватски тряхнул шевелюрой.

– Где наша не пропадала! Давайте общий.

– Чего ж не в мягком? – попробовал пошутить Бурлаков.

Андрей улыбнулся, но ответил серьёзно.

– В мягком я сюда ехал. Не мой класс, выделяюсь сильно. Моя плацкарта общая.

– Нижний боковой возьмёте?

– Да, – сразу, не задумываясь, ответил Андрей.

– Четырнадцать семьдесят.

Андрей расплатился и спрятал билет в бумажник. Поглядел на часы.

– Полчаса осталось. Пошли, закину сумку, и попрощаемся.

Бурлаков кивнул.