Лея задумчиво смотрела в стол.
- Да, взлом сокровищницы действительно факт, который немыслимо осознать. Но я всегда в таких случаях вспоминаю слова отца, который говорил, что нет ничего невозможного. Поэтому примем это как необъяснимый факт.
Что касается высших артефактов и их применения могу сказать лишь одно: они обладают подобием разума. Если похититель рассчитывал стать их новым хозяином после смерти короля Итистеля, он явно просчитался. Похититель не смог их «пробудить», поэтому они не фонят и, скорее всего, лежат у него как музейные экспонаты.
Лея замолчала, давая мне возможность обдумать ее доводы, а спустя некоторое время спросила:
- С королевством Итилиен разлад начался после того, как пропали королевские артефакты?
- С эльфами у нас был очень давний конфликт за территории, Лея, — начал пояснять я. - Мы заняли независимые, но весьма плодородные территории между лесами Итилиена и пустыней. Раньше демоны не позволяли эльфам осваивать эти земли. Тогда гораздо важнее было удержать собственные территории, поэтому эльфы нас поначалу не трогали. Но как только демоны ушли, земли едва возникшего королевства снова привлекли их внимание. А нам пришлось отражать эльфийские набеги в течение почти восьми столетий.
Во время Темного века, когда между вампирами и оборотнями, орками и эльфами вспыхнула взаимная междоусобица, грозящая искоренить эти расы, наше королевство стало первым и единственным, принявшим всех перебежцев и позволившим тем, кто бежал от войн, строить независимые поселения на своей территории. Мы окрепли за счет разнообразия рас, и эльфам пришлось отступить, иначе другие расы объединились бы против них в едином противостоянии. С тех пор и до последних событий эльфы были нашими соседями, с которыми выгодно торговать.
Однако ты права, именно после событий того периода старые противоречия вспыхнули и породили конфликт. Это всегда связывали именно с Истедами и сменой королевской власти. Король Неллас по характеру более воинственный и непримиримый чем король Итистель. Всем известно, что он придерживается политики чистоты крови и не приемлет межрасовых браков, а в Итилиене другие народы находятся на второстепенных ролях.
Лея при этом нахмурилась, но все равно слушала меня внимательно. Хотя история нашего королевства и соседних земель, должна была быть ей известна не хуже чем мне.
- Судя по рассказу лорда Зандара, артефакты были похищены после присоединения герцогства Истед к Риордании. Поскольку сами эльфы насчет артефактов молчат, то точный и однозначный ответ на вопрос о том, что на самом деле породило конфликт, сейчас дать сложно.
- Отец многое знал о древних артефактах. Я помню, как он говорил о «скрижале рассеивания» — одном из сильнейших и древнейших артефактов светлой эльфийской магии. Артефакт разрушал всё живое и неживое в области своего действия, рассеивая вспышкой света…
Лея задумчиво замолчала и посмотрела на меня.
- Корин, то заклинание, что применили на день коронации… Это же тоже заклинание дисперсии… Верно?
Голубые глаза смотрели прямо и испытующе. У меня даже возникло такое ощущение, будто Лея в чем-то проверяет меня. Глядя в эти умные, проницательные глаза, я раскрыл информацию, которую не должен был говорить.
- Да, Лея, это был артефакт Шакрала, или его аналог, - подумав, добавил я. - Лорду Сенье и мне удалось задержать лорда Кассиаса, который признался в изготовлении оружия для злоумышленников.
Любимая печально опустила взгляд и сжала пальцы в замок.
Я думал, она снова пустится в оправдания для бывшего мастера своего отца, но девушка снова удивила меня, не останавливаясь на мелочи, ненужной сейчас.
- Если бы это был аналог древнего артефакта эльфов, то копию должны были сделать, имея оригинал. И если его действительно похитил кто-то из нашего королевства… — она замялась и замолчала в неуверенности.
- О чем ты хочешь сказать, Лея? – спросил я прямо и внимательно, всем нутром ощущая привкус разгадки тайны.
Девушка поджала губы, не решаясь говорить дальше.
- Лея, ты как никто другой знаешь об артефактах лучше всех и умеешь анализировать. Умоляю, не заставляй вытягивать из тебя догадки!
И она решилась:
- После смены власти в Итилиене, новый король Неллас Даэрин не получил доступ к сокровищнице свергнутого Итистэля Великолепного, поскольку не являлся его прямым родственником по крови. Именно поэтому он оставил в живых хоть и дальнего, но последнего оставшегося в Итилиене потомка королевского рода. Скорее всего, он надеялся, что граф Армарель рано или поздно сдастся под гнетом новой власти, откроет доступ в сокровищницу и передаст королевское наследие королю Нелласу. Но сокровищница была ограблена, артефакты надолго пропали, а на их след, судя по всему, не удавалось выйти, так как применить их никто не мог. И вот получается, совсем недавно артефакт, похожий на один из похищенных, был использован в нашем королевстве…
Я внимательно слушал, пытаясь уловить суть.
- Учитывая участие герцога Миллёра в тех событиях и использование артефакта в Изрегейте, эльфы должны были понять, что артефакты находятся в нашем королевстве и были похищены кем-то из наших подданных. Думаю, они захотят вернуть свои древние реликвии. Ведь мы не знаем, что еще у них было похищено тогда. Вдруг там было похищено что-то еще весьма ценное?
Девушка снова замолчала, глядя на меня с полувопросом и ожидая моего мнения об этом размышлении.
- Это могут знать только сами эльфы, - ответил я.
- Да, - кивнула любимая. – Но, Корин, копье Света также принадлежало королевской семье Итилиена и фактически является символом власти эльфов. Разве король Фрель не захотел бы вернуть Разящий, если бы его украли?
Наконец-то я понял, к чему вела Лея.
- Ты хочешь сказать, что копье Света где-то в нашем королевстве? – спросил я удивленно. И меня вдруг озарила догадка: - Точно! Вот почему лорд Гринн-Драммар прибыл в Изрегейт тайно. Он искал королевский артефакт, - я даже хлопнул себя по лбу и застонал от этой мысли. – Демоны!
- Кто такой лорд Гринн-Драммар? – спросила герцогиня тут же нахмурившись с таким выражением лица, будто хотела что-то вспомнить.
- Один из высших светлых лордов Итилиена, – машинально ответил я на вопрос, выдав тем самым еще одну тайну. Очнувшись, я поднял взгляд и посмотрел на артефактора. Она сидела, зажав руки между коленями и закусив губу.
- Значит, я права? – удивилась она.
Глядя на эту удивительную девушку, вдруг я подумал: а что, если бы она знала всё? Что, если ей обо всём рассказать? Смогла бы она соединить воедино все те обрывки фактов, что у меня имелись, и восстановить единую сеть интриг, связав их между собой?
Нет! — ответил я сам себе. Это слишком рискованно. И прежде всего для меня самого. Она не поймет того, что мне, Истеду и королю пришлось сделать нехорошего, чтобы добиться хоть каких-то результатов. Она не поймет, что ещё предстоит сделать, чтобы окончательно разобраться со всем и покончить с интригами и заговорами.
Однако, обдумав произошедшее, я всё же решил поделиться частью своих мыслей.
– Не сходится, Лея. Эльфы замешаны в нападении на Изрегейт и короля. Я обнаружил Лорда Кассиаса у эльфийского подданного. Атака была совершена именно с их неприкосновенных территорий в столице.
Лейяна тяжело вздохнула. Сбросив туфли, она подтянула ноги к туловищу, обхватила их руками и свернулась калачиком на массивном стуле, положив подбородок на колени. Она выглядела задумчивой. Затем, выпрямившись и словно что-то поняв, она уставилась в точку на стене и усомнилась в моих выводах:
- И все-таки я теперь уверена, что права. Ведь прибытие высшего мага в наше королевство, тем более тайно, является серьезным происшествием, которое повлечет за собой другие проблемы… — задумчиво пробормотала она. – Этот лорд должен прежде всего подумать, что артефакты находятся либо у герцога Миллёра, либо у последнего потомка короля Итистеля, либо у самого короля. И заинтересоваться ими.
