— Раз уж мы все согласны, что Астерия не присоединится к этому обсуждению, нам следует двигаться вперед без нее, — сказала Морана, подзывая Рода, чтобы он передал ей стакан.
Он уставился, прежде чем поднять его в воздух и осторожно отправить к ее протянутой руке.
— Согласен. Я хочу начать с того, что мне не по душе, как закончилась та встреча. Вы обе знаете Нена и Зефира — они не соберутся на очередную совместную встречу для дальнейшего обсуждения дел.
Даника и Морана согласно промычали. Морана запрокинула голову, сделав глоток обжигающей жидкости, и зажмурилась. Мысленно она поблагодарила Небеса за людей, создавших этот восхитительный напиток.
— После Астерии и ее Сирианцев именно Нен и Зефир со своими Лемурийцами имеют на нас наибольшее влияние, — мрачно качая головой, объяснил Род. — Они начнут нашептывать всякую ерунду тем монархам, которые поклоняются им первыми. Самый верный способ провернуть такое дело, как порабощение людей, — начать с высшей власти в стране.
— Нен и Зефир недостаточно мудры, чтобы думать настолько стратегически, — возразила Даника, садясь в кресло рядом с Родом. — Они начнут с полного хаоса, даже не подумав о королевских особах.
— Не если Галлус действительно на их стороне. — Род погрозил пальцем Данике, потягивая свой напиток, пока подходил к середине комнаты. — Галлус — вот кто умен и стратегичен. Астерия хочет верить, что он пошутил, предложив геноцид, но Галлус может быть бесчувственным и таким же скучающим от практических вопросов, как и Астерия. Он быстро строит козни и может начать войну просто потому, что ему нужно развлечение.
— Верно, — задумчиво произнесла Даника.
Морана допила остаток своего напитка.
Именно слабости между Лиранцами и столкнут этот мир в настоящий хаос.
Галлус был слабостью Даники, а Астерия — его слабостью. Астерия, как назло, также была слабостью Рода — наряду с людьми.
Нен и Зефир прекрасно осознавали эти факты, что делало их двоих опаснее, чем кто-либо был готов признать.
То, что Даника и Галлус оказались по разные стороны раздора — не говоря уже о Роде — с Астерией посередине, ставило всех в шаткое положение.
— Независимо от того, как Нен и Зефир будут продвигать свою повестку, мы должны действовать крайне осторожно, — вклинилась Морана, ставя свой стакан на журнальный столик у ног Даники. — Если мы попытаемся собрать союзников на нашей стороне так, что это будет выглядеть, как подготовка к войне, другие ответят и заявят о самообороне. Мы должны сначала поговорить с королевствами, которые, как мы знаем, будут с нами, и сделать это тихо, осторожно.
— Значит, играть по их правилам? — Род обдумывал идею, вращая стакан. — Если мы не заключаем союз с королевствами, на которые имеем влияние, то что мы с ними делаем?
— Предупреждаем их, — сказала Морана, пожимая плечами. — Готовим. Мы призываем их действовать дипломатически, а не военными методами. Убеждаем не вводить политику, вредную для людей, что бы ни делали их соседи.
— Когда наше участие превратится из советников в военачальников? — сузил глаза Род, отставляя пустой стакан в сторону.
— Когда мы поймем, что это необходимо. — Морана села в кресло рядом с Даникой, поглядывая на нее краешком глаза.
Даника была пленена танцующими языками пламени в камине.
— По множеству причин именно поэтому нам нужна Астерия. Она может помочь в переговорах с монархами, ведь знает их лучше нас. Они видятся с ней каждый год на Гале Покровительства, когда приходит время представлять ей старший класс Сирианских Воинов и Целителей.
— До тех пор мы внимательно следим за действиями Нена, Зефира, Валерии и Галлуса. — Род сел напротив Даники и Мораны, уперев предплечья в свои позолоченные ноги. — Это должно остаться между королевскими особами. Мы не можем вмешиваться в дела любых граждан этих стран.
— Что ты имеешь в виду? — Даника подняла взгляд на Рода, склонив голову.
— Если мы обратимся к Существам, это вызовет раскол среди них, а не среди королевств, — объяснил Род, разводя руками. Морана внимательно наблюдала за ним, следя за ходом его мыслей. — Хотя Астерия и является Богиней Сирианцев, ты, Даника, все еще отвечаешь за тех, кто унаследовал Энергию, равно как и Галлус отвечает за тех, кто владеет Эфиром.
— Свет и Тьма, — беззвучно пробормотала Морана, но Род услышал и кивнул в знак согласия.
— Если мы посеем раздор среди Сирианцев, мы не только гарантированно потеряем поддержку Астерии, но и оттолкнем Лемурийцев к Зефиру. — Род вздохнул, покачал головой и откинулся в кресле. — Люди окажутся беспомощны в такой войне. У них нет средств сражаться против половины Сирианцев и всех Лемурийцев. Им придется лишь наблюдать, как Существа сражаются друг с другом. Если мы успешно защитим людей, они навеки будут страшиться Сирианцев, владеющих Эфиром, и Лемурийцев.
— Путь к исчезновению, — прошептала Морана, ее лицо обмякло. — Вот почему Дола впала в панику. Та встреча открыла больше Путей к гибели, равно как и больше Путей к спасению.
— Нам нужно действовать быстро, — сказал Род, поднимаясь с места. Он подлетел к столу в углу комнаты, схватил перо из пустой чернильницы и выдернул лист пергамента из ящика. — Я поговорю со своим сыном. Как основатель Дома Немеи, те, кто правит, могут хранить большую верность Гаруде, чем Зефиру.
— То же самое можно сказать и о Ехидне, — добавила Даника, глядя на Морану.
Та покачала головой.
— Ехидна неуправляема — они всегда такими были. Сибил никогда не вела их так, как Гаруда и Бригид вовлекались в жизнь своего народа. Она была просто покровительницей для них. Можно утверждать, что Ехидна и Немея могут даже чувствовать обязательства перед Валерией из-за использования ими зелий для исцеления.
— Какие королевства имеют на троне представителей Немеи или Ехидны? — нахмурившись, спросила Даника Рода. — Не могу вспомнить.
— В настоящее время Алланис и Силван. — Род продолжал строчить, пока говорил: — Ротерхэмы из Алланиса — змеи, а Мариандцы из Силвана — ликаны5.
— Я думала, наоборот. — Даника поджала губы, бровь дернулась.
— Так и было, но это было более века назад, — объяснил Род, но Морана прочистила горло.
— Это не меняет того факта, что одно королевство — Немея, а другое — Ехидна, — Морана бросила на Данику сердитый взгляд, и та лишь скопировала ее выражение. — Есть еще два королевства с Домом Арго на троне.
— Ну, одно королевство — Таласса, — сказал Род, складывая свой пергамент с покачиванием головой. — Это страна Нена. Они сделают все, что он попросит.
— Другая — Тэслин? — предположила Даника, и Морана просто кивнула. — Я знаю, что мои сыновья все еще имеют сирианцев на своих тронах в Риддлинге и Северном Пизи. Мы все явно знаем, кто правит Эфирией. В Эльдамайне все еще есть Сирианцы?
Снова Морана кивнула.
— Это четыре Сирианских страны, не считая Селестию.
— Опять же, еще больше причин, по которым Астерия должна быть на нашей стороне, — повторила Даника, ее голос повысился от раздражения. — Скажи мне еще раз, почему позволять Астерии закатывать истерику…
— Астерия не станет отвечать ни тебе, ни мне, — перебил Род, его голос прогремел по комнате. Даника уступила, ее сила померкла. — Нам нужно подойти к ней осторожно. До тех пор мы делаем, что можем, без нее.
— Мои сыновья послушают свою мать, — беспечно сказала Даника, размахивая рукой. — Мы легко обеспечим поддержку Северного Пизи и Риддлинга с Астерией или без. Хотя с ней, конечно, было бы лучше. Ее отношения с ними крепче моих, поскольку она общается с ними часто.
Морана бесстрастно смотрела на Данику, размышляя, как эта женщина может быть настолько слепа к своим поступкам и их последствиям. Она жалуется на своих детей, но даже не пытается узнать их.
— Что оставляет Эльдамайн, Эфирию и Селестию, — прошептал Род, встречаясь взглядом с Мораной. — У Сибил довольно глубоко укоренившиеся отношения с Эльдамайном, не так ли?
— Да, — подтвердила Морана, сужая глаза. — Хотя я не знаю, каким может быть ее участие, учитывая, что это ее пророчество, с которым мы играем.
