- Полагаю всё дело в воспитании. – ответил Гарденер на вопрос, который не был задан напрямую. – Ну и смерть весьма сильно бьёт по самомнению, если уж быть до конца откровенным. – не совсем весело усмехнулся вместе с этими словами Эдмунд.
- Кхм. – отреагировал на это лорд Тамблтон немного неловко. – Полагаю, после сегодняшней ночи я даже при всём своём желании не смогу уличить вас во лжи. Будем считать, что я частично верю в вашу историю. – заметил лорд Корвин что-то неуловимое в глазах Эдмунда, появившееся всего на миг после его слов о смерти.
- О больше я пока что не смею вас просить, лорд Корвин. – принял подобный ответ и невысказанные извинения последний Гарденер. – Надеюсь, что к моему отъезду из вашего города мы сможет назвать друг друга если не друзьями, то хотя бы близкими союзниками.
- Как ни странно, сейчас мои надежды совпадают с вашими, милорд Эдмунд. – кивнул Корвин в ответ.
Глава 28. Возрождение Тамблтона и Горящий фитиль.
292 г. от З.Э.
Простор. «Новый» Тамблтон.
С наступлением нового года по летоисчислению завоевания Семи Королевств Гарденер и его соратники готовились покидать, ставшие родными стены Малых Шипов, родовой крепости дома Футли. Пребывание Эдмунда и остальных затянулось по меньшей мере на несколько месяцев и не без причины. Хотя по факту работа последнего Гарденера по восстановлению и облагораживанию земель Тамблтона закончилась по расписанию, это не значило, что у избранника Семерых не было других дел на территории Шиповых холмов.
Для того, чтобы Марвин не сидел без дела на дармовых харчах лорда Корвина, Эдмунд отправил архимейстера в Цитадель собирать информацию и различные слухи, а также, возможно, найти полезные сведения по магическим практикам его семьи, если такие, конечно, имелись. Плюсом ко всему Маг должен был попытаться найти точки соприкосновения или давления с лордами Простора, пока наследник Дубового трона выполняет иные важные для себя задачи.
Конечно, Гарденеру было некомфортно отсылать от себя очень полезного во всех смыслах приближённого, но поскольку тот был единственным кто способен свободно перемещаться по территории Вестероса из их компании, то держать его рядом с собой всё время было верхом расточительства. С одной стороны времени на подготовку к его возвращению на Дубовый трон было более чем достаточно, с другой же следовало по максимуму использовать доступные на данный момент ресурсы, ибо с его появлением в этот времени с Семью Королевствами стали происходить неуловимые изменения.
Конфликт между короной и церковью всё больше разгорался и достиг даже самых отдалённых провинций, исповедующих веру Семерых. Погасить данный пожар было уже невозможно, набожные адепты под предводительством местных септонов стали собираться в небольшие вооруженные кто чем придётся банды, ратующие за благостность мирской жизни. Проповеди верховного септона в септе Бейлора становились всё обличительнее и яростнее, а на улицах Королевской гавани стали учащаться случаи нападения на золотых плащей, уже почти полностью коррумпированной организации. К этому времени никому неизвестный лорд Перстов уже занял пост мастера над монетой и начал расставлять свои сети по всей столице.
Похоже в этом отрезке времени Семи Королевств никаких воробьёв и их лидера не понадобиться, чтобы расшатать стабильность между церковью и короной, это уже и так произошло, причём при воздействии вполне официальных лиц, имеющих утвержденный верой сан. Казалось бы, ещё недавно простой плевался при виде зажравшихся септонов, а теперь в открытую поддерживает стоило тем только вернуться хотя бы к малому образцу праведной жизни – ещё одно доказательство ветрености любви толпы. Также и блистательные лорды ещё недавно с усмешками кидали презрительные взгляды на жрецов, а сегодня вынуждены делать уступки и договариваться с теми, кого ещё вчера ни в грош не ставили.
Единственным, что могло бы решить возникшую проблему в долгосрочной перспективе, было жёсткое и кровавое подавление поднявшей голову церкви, как и во времена Мейгора, о чём ни раз и не два шептались между собой королевские приближённые и иные лорды. Однако, в данный период времени страной управлял Старый Сокол Джон Аррен, что не желал кровопролития и был очень набожным человеком, а потому упреждал любые попытки короля Роберта решить проблемы на корню. Пока десницей короля оставался грандлорд Долины, то любая не санкционированная королевским двором расправа над представителями духовенства могло привести к немедленной казни и изъятию титулов у любого посягнувшего на благополучие жречества рода. Не зря всё же король на Железном троне именовался Защитником Веры.
В общем атмосфера в Вестеросе с каждым новым витком этого конфликта становилась всё беспокойнее, даже в закрытом и весьма толерантном к религии Дорне могли быть услышаны подобного рода призывы. Только Север и Железные острова оставались не затронутыми бурей вызванной жреческим недовольством, по вполне понятным причинам. Эдмунд же смотрел на это всё сквозь пальцы, пока корона занята иными проблемами для него это только в плюс.
Вмешиваться или как-либо поддерживать церковь избранник Семерых не собирался. Прекрасно осведомлённый о религиозных войнах и властолюбивости церкви на Земле, он не желал её усиления в Вестеросе. В данный момент духовенство ослабляло и отвлекало его заочных противников Тиреллов, Баратеонов и Ланнистеров, в чьих землях было абсолютное давление андальской веры, а о большем и мечтать было нельзя. Когда же придёт время его царствования с сильной церковью придётся договариваться, не смотря на статус избранника Семерых, а вот церковь с умеренной силой можно вполне себе использовать для закрепления его положения в глазах жителей вечнозеленого края и остальных частей Семи Королевств.
Фитиль конфликта уже был подожжен и было только вопросом времени, когда же рванёт подложенную Семерыми пороховую бочку. В остальном же Гарденер продолжал вести переписку со своими немногочисленными, пока что, союзниками и выжидать, создавая вокруг себя ближний круг будущего восстания. На этом поприще успехи Гарденера были куда более весомыми благодаря активной деятельности лорда Роллена Кидвелла и Аллана Олдфлауэрса, а также подключившегося к ним не так давно, с подобающей ему осторожностью, Корвина Футли.
После возрождения большей части земель «старого» Тамблтона, где уже активно велись различные работы по восстановлению и созданию новых торговых и ремесленных предприятий, хозяин Шиповых холмов сделал несколько весомых шагов на встречу последнему Гарденеру. Да и отношения между Корвином и Эдмундом заметно потеплели. В основном, конечно, благодаря многочисленным встречам и разговорам, которые происходили меж ними на всём протяжении пребывания просторского принца в Малых Шипах. Да и семьёй самого хозяина Тамблтона Гарденер сумел найти общий язык.
С сыновьями лорда Футли, Гавеном и Корвином младшим, Гарденер сблизился во время тренировок с Корбреем и рыцарями семьи Флан. Имеющий славу известного рыцаря и фехтовальщика, выходец из Дома Сердец смог в кратчайшие сроки заинтересовать и впечатлить ещё молодых наследников лорда Корвина, Эдмунд же, участвовавший во всём этом, имел не последнюю роль, как сюзерен рыцаря Долины. К мальчикам просторский принц относился с заботой, всё же в его новой, но такой иной, жизни он сам был отцом, а потому активно помогал им с тренировками и рассказывал истории о своей далекой юности три столетия назад, естественно без лишних уточнений. О проказах учиняемыми братьями Осгреями и о необычном чувстве юмора близкого по духу Флорента. Молодые наследники, не привыкшие к подобному отношению и воспитанные в строгости своего отца, весьма быстро прониклись к гостям симпатией.
С молодой леди Футли, будущей Хэйфорд, было ещё легче. Та уже была в возрасте, когда никакого рода отеческая забота была ей не нужна, ведь девочки вырастают раньше мальчишек, особенно в средневековье. И всё же Гарденеру нужно было только проявить к девочке заслуживаемое ей внимание. Лишённая сверстников подобающего ей статуса, найти первую девичью любовь в лице Эдмунда ей не составило труда. Просторскому принцу нужно было только уделить девочке немного времени и подарить в одном из разговоров выращенный с помощью магии цветок, чтобы в оставшееся время девочка только и делала, что ходила за наследником Дубового трона хвостиком.