Память услужливо оживляла наши с Льюисом разговоры, когда я еще была совсем малышкой. Он рассказывал о своем дворце, о его величии. Так желал вернуться сюда...

Неужели для него все это так важно?

Подойдя к картине, я коснулась ее тяжелой позолоченной рамы и не ощутила ничего: ни восторга, ни трепета.

— Этим ты похожа на свою маму, Юниль. Золотом тебя не проймешь, — вздрогнув, я обернулась.

— Генерал Ярвен, вы очень тихо ходите.

— Конечно, милая, положение обязывает. Не нравится тебе в замке? Скучаешь и даже не можешь этого скрыть.

— Здесь не так, как дома, — призналась я понурившись.

— Просто у этих стен нет хозяйки. Женской руки. Много ли мужчина в уюте понимает?

Немного подумав, я кивнула, соглашаясь с ним.

— Девочки в саду. Вдвоем. Комир не разговаривает с Дарой. Он словно не видит ее. Такое случилось между ними впервые. И это тревожит.

Взгляд генерала стал острым. Он явно пытался понять, что происходит с его детьми.

— Этим вы похожи на моего папу, — не осталась я в долгу. — Комир сказал Даре держаться меня, а она ослушалась. Мы поспорили с ориной Сабриной, заключили плохое пари, и она его уже проиграла. Дара заняла ее сторону. Но... Все это такие глупости, генерал Ярвен.

Он покачал головой и тяжело вздохнул.

— Когда станешь мамой, то поймешь, что в делах детей глупостей не бывает. Дара будет сопровождать меня во время дипломатических миссий. Это не одна и не две поездки. Я надеялся, что Комир станет ей надежным охранником.

— Он подарил ей меч пустынников и велел разучивать их танцы.

— Зачем? — кажется, генерал удивился.

— Так перед мужем отплясывать, — я укусила щеку с внутренней стороны, чтобы не рассмеяться, но не помогло.

Я хохотнула, а через мгновение ко мне присоединился и генерал Ярвен.

— А я думаю, что она все фыркает на него, — он коснулся кулаком груди, пытаясь успокоиться. — Ну, парень! Никогда не угадаешь, чего от него ждать.

— Он любит сестру. И Комир всегда знает, что делать и как быть. Не переживайте, — я положила ладонь на его плечо. — Наше пари — глупое. Проигравших не будет. Я никогда не сделаю ничего такого, чтобы хоть как-то унизило вашу семью. Комир всегда рядом. Он мне что брат.

— Да, — он кивнул. — Парень у меня с головой. Ну да ладно, разберетесь. Но я тебя не поэтому искал. Пришло сообщение от твоего отца, Юниль.

— Он возвращается? — спросила и сама не поняла, то ли обрадовалась, а то ли огорчилась.

— Нет, боюсь, что нет.

— Что-то случилось дома? Или с ним? — я сжала ткань его сюртука на плече. — Мама? Ей скоро рожать. Мама... Мне нужно домой... Нужно.

— Спокойно, — генерал поймал меня за руки. — Руньярд. Он отправился кое-кого искать. А генерал Вегарт вынужден был заместить его в Рэдкаиме.

— Руни... дядюшка... — я выдохнула. — Ищет... эту девушку? Орину Касандру?

Генерал Ярвен приложил палец к губам и кивнул.

— Тайна, — поняла я.

И снова кивок.

— Истинная, — уголки моих губ приподнялись. — Она, да?

И снова кивок.

— Но, Юниль, никому. Но тебе придется задержаться здесь. Ты полностью под ответственностью императора Льюиса.

Я поморщилась.

— Как только пропажа обнаружится и ханым Руньярд вернется в Рэдкаим, твой отец появится здесь. А пока танцуй и веселись.

Я кивнула. Выходит, Руни нашел свою истинную. Вот молодец, не то что некоторые, которым ведьму подавай.

— И прошу, все же наладьте отношения с Дарой. Столько лет дружили...

— Да, генерал.

...Как только эта Сабрина извинится, — а это я уже добавила про себя. — И ведь теперь не забудешь про эту орину.

Сестра же истинной Руни.

Да что же все так сложно.

Я с улыбкой проводила взглядом удаляющегося генерала.

Наладить отношения... А вот пусть эта орина узнает, в чью семью она теперь вхожа, и подумает над тем, кому стоило хамить, а кому нет.

Фыркнув, я направилась в сад. Ну а что еще делать...

Лучше бы отослали домой...

...Обед пропустила. Есть совершенно не хотелось. Сказывалась бессонная ночь. Я бродила вокруг красивых пышных клумб. Идею найти Аделию отмела, спит, поди, орина.

Мысли вернулись к Комиру. Где искать медведя, долго гадать не пришлось. Подобрав подол, я направилась к тренировочной площадке. Издалека заметила скопление молодых мужчин. А вот дам среди них почти не наблюдалось.

Да и ладно, я не из стеснительных. Приблизившись к месту поединков, громко прокашлялась, и орины расступились. Я прошла вперед и нашла взглядом пропажу.

Комир стоял у невысокой колонны и наблюдал за рукопашной схваткой двух феров, имен которых, правда, не помнила. Еще несколько покашливаний, и я стояла, окруженная мужским вниманием, у своего медведя.

— Ты намерен участвовать?

Услышав вопрос, он, не поворачивая головы, пожал плечами. Выглядел наш всевидящий перевертыш странно встревоженным.

— Комир?

Он поднялся и скинул сначала сюртук, впихнув мне его в руки, а затем и рубашку.

Уставившись на полуобнаженного друга, похвалила себя, что челюсть не уронила. Вот это мускулатура! Одним словом — медведь.

Вот теперь я уверовала, что такой и дракона в обороте упокоит.

Он подошел к веревкам, разграничивающим ринг, и осмотрелся.

— Может, со мной?

Услышав еще один знакомый голос, оглянулась.

И точно, Киан снимал одежду.

Бровь моя все же поползла вверх. Ты смотри, как тут у них все любопытно и бесстыдно.

Хотя... Я с другом. Ничего не знаю и все прилично.

...Сжимая вещи, кусала губу от напряжения.

Киан и Комир кружили по площадке. Высокие, крепко сложенные. Один захват, и Киан был отброшен. При равном росте медведь был шире в плечах. Еще захват, — ладони дракона вспыхнули... Комир вдруг замер и зарычал так, что от веревок отшатнулись. Его мелко затрясло. Выпрямившись, он уставился на небо, как будто ожидая нападения оттуда.

— Друг, — Киан кинулся к нему. — Что? Комир...

Он тряс его.

Испугавшись не на шутку, я задрала платье и легко перебралась через веревку.

— Комир, — подбежав к другу, обняла его за плечи, пытаясь сдвинуть. — Комир!

Обхватив лицо, повернула к себе. Из его кроваво-красных глаз медленно вытекала слеза.

— Ольно, — его губы кривились. — Ольно...

Зажмурившись, я бросила вещи и обняла его, прижимая голову провидца к плечу.

— Тихо, — медленно погладила волосы. — Все будет хорошо.

Он стиснул меня и прижал к себе. В этот момент я поняла, что никогда не смогу оставить этого здоровяка одного. Темные ведьмы привязываются быстро и навечно.

— Я разделю твою боль, когда придет время, никогда не оставлю.

Он сжал меня в объятьях.

— Ольно... — повторил уже тише.

Я впервые слышала его голос.

— Юниль, что делать? — в голосе Киана я чувствовала тревогу.

— Генерал Ярвен, зови его.

Орин кивнул и, быстро перемахнув через ограждение, побежал в сторону замка. Остальные расходились, чтобы не задерживать его.

— Комир! Боги, Комир! — с другой стороны площадки к нам стремительно пробиралась Аделия. — А ну, расступились!

Она бойко распихивала здоровенных молодых мужчин. Подойдя к рингу, зыркнула на веревку, преграждающую ей путь... Нет, платье, как я, задирать не стала.

Щелчок — и по периметру сгорело все.

Фыркнув, она через мгновение уже стояла рядом со мной.

— Что ждать генерала, к лекарю его нужно, — присев, она с нежностью пригладила светлые волосы медведю. — Его ранили? Что произошло?

— Видение, — шепнула я, глядя, как расширяются ее глаза. — Ему больно, Аделия. Что бы он ни увидел, ему там будет мучительно больно.

Ее нижняя губа дрогнула. Потянувшись, она обняла нашего провидца со спины.

— Бедный ты мой. Это не дар, это проклятие, — она легонько коснулась губами щеки медведя. Он вздрогнул и выдохнул. — Я внешне орина, но кровь мамы во мне сильна. А леры почти не чувствуют истинных. Мне бы за счастье было - найди во мне пару такой сильный фер, как ты. Все у тебя, Комир, будет хорошо. Знать бы, где и когда тебе будет больно. Я бы примчалась туда и своими руками удушила всех твоих врагов.