— Юниль, уж прости за дерзость, но держи удар. Соберись и улыбайся так, словно это все вокруг явились на твой бал. Высшее общество не терпит слабости. Сгрызет, разжует и выплюнет. Подними подбородок, пройдем со мной к напиткам так, словно туда и шли, а после - к друзьям.

Я снова обернулась и поняла, что Льюис отошел к своим советникам и внимательно следит за мной.

Оно и понятно, ему покидать этот зал статус не велит.

А я... Желание сбежать исчезло.

— Спасибо, орин Киан, — выдохнула куда спокойнее. — Мы с императором были дружны, когда я еще была совсем маленькой девочкой. А теперь нам сложно друг с другом. Отсюда и...

— Тебе ничего не нужно мне объяснять, Юниль, надеюсь, ты не против, что я так по-простому. Все же наши отцы воевали вместе. Они дружны, и это даже странно, что мы не бегали вместе в поле и не запускали змея. Та же Аделия в моих глазах, что сестрица.

Мне стало совсем совестно вот так исчезать.

Так что я позволила взять себя осторожно под руку и повести в сторону.

Стол ломился от угощений. Отдельно стояли толстостенные стеклянные емкости под пунш.

— Вот этот точно помню, безобидный, специально для женщин, — Киан взял бокалы и аккуратно налил мне и себе напитки.

— Мне казалось, вы очень вспыльчивы и эмоциональны, — не удержалась я. — Даже странно, что именно вы остановили меня.

— Ты, Юниль, на ты. Не дело нам выкать. Станешь Олсену невестой, будем родней, а нет, так — друзьями. Все одно, одна тропинка по жизни.

— Так ты брату помогаешь, — смекнула я.

— Хм... нет, иначе я бы отвлек его от разговора и отправил вслед за тобой. Он бы непременно вызвался проводить до комнаты, но где-нибудь в коридоре незаметно свернул в сторону сада. Ночь, романтика, цветочки цветут. Ты на эмоциях, а в таком состоянии очень легко наделать глупостей, Юниль. Ты дочь генерала Вегарта, мне было бы потом мучительно стыдно перед ним. Я действительно порой несдержан. Горячая кровь, чего уж. Но не настолько, чтобы навредить молоденькой леди.

— Приятно слышать, — я взяла из его рук бокал. — Но танцев на сегодня с меня хватит.

— Зря. Парочка моих друзей еще ждут очереди покружить вас. Чего отказывать себе в удовольствии? А вообще, ничего так не злит мужчину, как полный игнор. Что он есть, что его нет, — задумчиво протянул орин и улыбнулся. Я же, приподняв бровь, не удержалась и мельком глянула в ту сторону зала, где стоял император.

Очень злой, хмурый, я бы даже сказала, взбешённый.

... Мы вернулись к диванчикам, Киан помог мне присесть рядом с Комиром и направился к Олсену. Светловолосый Орин что-то объяснял генералу Ярвену. Я с интересом рассматривала его. Сдержан, собран, холоден. Эмоции в узде. Наверное, любить такого очень легко. Он не накричит, не станет гневно что-то выговаривать. Ведьма во мне с интересом рассматривала дракона и... чего скрывать, сравнивала. И вроде все в нем было прекрасно, но сердце тянулось совсем к другому мужчине.

К тому, для кого я удобна. И если от того же Олсена я готова была принять такое отношение, то от Льюиса — нет.

Почему — сама не понимала. И от этого становилось только больнее.

Я росла в любви и доверии. Отец слова грубого за всю жизнь не сказал, мама уверяла, что когда-нибудь в мою жизнь войдет мужчина, для которого я стану единственной и горячо любимой.

Но никак не удобной и легкой добычей для уставшего ждать императора.

Нет, такой судьбы для себя я не желала.

Пригубив коктейль, сделала глоток.

Взгляд упал на улыбающегося Комира. Никогда до этого я не расспрашивала его о своей судьбе, о мужчине, что станет моим мужем, но сейчас...

— У меня не будет истинного, да? — прошептала с затаенной болью в голосе.

Он быстро написал ответ и показал мне:

«Он у тебя уже есть, ведьмочка. Просто путь не всегда легок и прост. Все мы совершаем горькие ошибки, за которые потом расплачиваемся слезами. Так что улыбайся и будь собой».

Прочитав, я действительно улыбнулась. Лезть с дальнейшими расспросами не стала. Все равно фер не скажет, уж слишком хорошо его знала.

Музыка стихала. Гости расходились по своим комнатам. Зал покидали компаниями, все еще продолжая беседовать... Вернее сказать, сплетничать.

Эмоции меня отпустили, и стало даже немного стыдно за то, что позволила себе поссориться с Льюисом во время вальса. Я резко отвернулась, сложив руки на груди. Сделав несколько шагов в сторону от танцующих пар, прижалась спиной к прохладной колонне, стараясь унять легкую дрожь в пальцах. Взгляд сам устремился к высоким окнам, за которыми мерцали ночные садовые фонари. Я хоть куда готова была таращиться, лишь бы не видеть его фигуру, замершую с другой стороны зала.

С одной стороны, он не мой правитель.

С другой, я — дочь первого генерала императора Айдана Свирепого, и по статусу не мне подчиняться. Я гордо распрямила плечи и подняла подбородок. Нет, не дело это ронять себя в глазах аристократов... Я невольно покосилась на ближайшие группы гостей. Уловила быстро отведенные косые взгляды, едва заметные улыбки — зеркала в стенах отражали слишком много любопытных взглядов, в мою сторону.

Горький привкус стыда стал еще острее.

Зла не хватало ни на себя, ни на Льюиса.

— Юниль, позволь проводить тебя до комнаты, — вздрогнув, я подняла взгляд на Олсена.

Первый порыв отказать подавила.

Оглянулась. Из знакомых лиц в зале оставались Дара и Сабрина. Выглядели они совсем уж невесело.

— Пожалуй, проводите, — пробормотала, заметив, что Комир под руку ведет Аделию.

— Ты грустишь, — Олсен нежно взял меня под руку. — Интересно узнать твои мысли.

— Да все покоя не дает драконья лень. Нет бы истинную искать, от нашего провидца правды добиваться, вы себе жизнь мною упрощаете.

Он выслушал, но вместо того чтобы смутиться, вдруг рассмеялся.

— Юниль, а тебе не приходило в голову, что ты не первая ведьма, которую я встретил на своем пути? Я некоторое время жил здесь в Драгонесте. Потом перебрался к вам на Север. Меня долгое время интересовало целительство. Но я маг стихийник, и от себя не уйдешь. Так что моя жизнь тесно связана с войском императора.

— Быть и тебе генералом, — улыбнулась.

Мы вышли в коридор и направились к западной лестнице. Я устала и едва перебирала ногами. Сбоку послышались громкие голоса, и, повернув голову, я натолкнулась на советников и... императора.

Льюис совершенно не слушал, что ему рассказывают, прожигая меня взглядом.

На мгновение даже подумалось, что ревнует.

Хотя скорее злится, что я не принялась прыгать на месте от счастья. Ведь сам император соизволил пожелать заткнуть мною брешь в своей личной жизни.

Злость снова захлестнула волной.

— Нет, Юниль, генералом быть не желаю. Войны хватило и на долю нашим родителям. А именно битвы и пестуют военачальников. Уж лучше пусть будет мирное небо над головами и поля, засеянные пшеницей. А я... напросился наглым образом в делегацию к оталам в пустыни. Генерал Ярвен поворчал, но добро дал, мне отказать сложно.

— И зачем тебе в пески? — я усилием воли просто заставила себя отвернуться от Льюиса и вернуть свое внимание Олсену.

— Как я сказал, звание императорского генерала меня мало волнует. А вот дипломата... — Он улыбнулся так, что я смутилась.

Окинув взглядом, я вполне представила его на важных переговорах: хладнокровный, наглый и целеустремленный.

Кивнула одобрительно.

— Главное, чтобы меня в те пустыни на показ правителям не погнали, — скривилась.

— Это вряд ли. Ваш отец и к границам близко вас не подпустит. Еще не хватало. Так-то это твой дядюшка, Юниль, ханым Руньярд обдирает оталов как липку, переманивая ведьм целыми родами. Те скоро хвост от досады кусать начнут.

— Или, наконец, оторвутся от своих удобных кресел и соизволят затруднить себя поиском истинных и их завоеванием. А то хорошо все вокруг за счет несчастных ведьм живут.