В дом графа вернулась в наилучшем настроении. Тучи, хоть и висели над головой, но дождь так и не пролился. Хоть у меня и болела спина, зато появился свой собственный дом. А ещё предстоял разговор с герцогом, после которого я смогу вздохнуть с облегчением. Эдвард, верный своим повадкам, как охотничий пёс хозяину, явился ровно к двум часам. Практически в одно время со мной. Что меня спасло, так желание герцога сначала увидеть Ареса. Мой хороший мальчик действительно заслуживал звания защитника и спасителя — даже одним своим присутствием он меня спасал. Благодаря этому я смогла незамеченной проникнуть в дом, а после выйти, как ни в чём не бывало. Сидела себе весь день, книжки читала, а вовсе не по фабрикам носилась с саксами договариваться о шерсти. — Ваша Светлость! — приветственно пропела, впорхнув в гостиную — А я Вас ждала! Идёмте скорее! Лицо Его Мерзости, конечно, в этот момент было непередаваемым. Может, мне почаще ему радоваться? А то вон как перекорёжило, одно удовольствие для глаз. — Кхм... Здравствуй, Шарлотта. — прокашлялся Крастесс — Ты сегодня неожиданно... весела. — Да-да! У меня прекрасное настроение, сэр! Пойдёмте! Пойдёмте скорее! — подхватила я его под руку — Мне интересно, что на сегодня Вы для меня придумали. — Хорошо. — с опаской согласился мерзавец — Шарлотта, насчёт вчерашнего... — О! Даже не напоминайте! — так же сладко пропела, вцепившись в его руку до побеления костяшек. Надеюсь ему больно — Если посмеете об этом заговорить, я Вас ударю. Так и знайте! На этот раз был снова какой-то ресторан. Или это чайная? Да плевать! Главное, мне нужно было обсудить с ним моё дальнейшее существование. — Вот! — стремительно шлёпнула перед ним бумагу я — Я всё узнала, сэр! Узнала, что Вам от меня нужно! — Что это? — недоумённо уставился на лист герцог. — Это наш с Вами договор, сэр. — деловым тоном, насколько могла, произнесла я — Вчера я была у поверенного и всё выяснила. Вы хотите жениться именно на мне, потому что Вам нужно моё приданое, что оставил мне мой дедушка, не так ли? Эдвард поднял растерянный взгляд на меня. Что, не ожидал, что я догадаюсь, подлец? Ха! — Конечно, я искренне считаю подобное свинством, но готова пойти Вам на встречу. — продолжила, полюбовно разглаживая договор — Заметьте, совершенно искренне и без всяких притензий! Итак, вот что я придумала — мы с Вами заключим договор, по которому мы поженимся в кратчайшие сроки, а после Вы обязуетесь инсценировать мою смерть. Это будет несчастный случай. Допустим, карета сорвалась с обрыва или утонула в реке. Не важно! И так все остаются при своём — Вы с моим приданым и без ненавистной жены, сможете со спокойной душой жениться на своей Люсиль. Хотя, наверное, придётся отходить траур, ну уж потерпите. Я же получаю свободу от Вас и живу себе тихо и спокойно в своё удовольствие. Обещаю раствориться в небытие и никогда Вас не тревожить своей персоной. Ну как? — Нет. — жёстко отрезал мерзавец после целой минуты тишины. И всё, больше ничего, никаких пояснений. — Но почему?! — требовательно воскликнула я. — Потому что более красочного бреда я ещё никогда не слышал, Шарлотта. — припечатал Крастесс — Какое, к чёрту, приданое?! Какая, к чёрту, инсценировка смерти?! Что происходит у тебя в голове?!Да что ему не нравится-то?! Я над этим планом, между прочим, очень долго корпела! — Что не так?! Это же идеальный вариант! — взвилась я — Не нужно мучиться никакими дурацкими свиданиями, а потом терпеть друг друга в чёртовом браке! Я же не сопротивляюсь даже, отдаю Вам всё на тарелочке! И поместье, и земли, и деньги. Всё Ваше, пожалуйста! И договор составила, чтобы всё точно было! — Господи! — остервенело потёр лицо Эдвард — Не знаю, что ты ещё придумала, но ответ один — нет! Плевать мне на твоё приданое с высокой колокольни! Ты за кого меня принимаешь, Шарлотта?! — Вам повторить? — прошипела злобно — Вы — эгоистичный, самовлюблённый, бессовестный мерзавец! Последний подлец и страшный бабник! Кабель и потаскун, лезущий под любую юбку! Недочеловек, что ради своего удовольствия мучает других! Бесстыдный нахал и тиран, что... — Хватит! — грозно рявкнул гад. Тарелочки на столе жалобно лязгнули. Или это официант взвизгнул? — Кто ты, чёрт возьми, такая чтобы всё это мне выговаривать?! Ты, которая одним своим существованием загрязняет воздух! Настолько грязная, злобная и мерзкая, что аж тошнит! Да тебя придушить хочется! Это единственное желание, что ты вызываешь, тварь! В тебе нет ничего ни от леди, ни вообще от нормальной женщины! Я чуть не задохнулась от такого. Вот как — значит, я вот такая. Больно. Чёрт возьми, я думала, что ничего уже не способна почувствовать к этому человеку, но сейчас мне очень больно. Пора бы уже привыкнуть к подобному, пора уже понять, отринуть и его, и его мнение. А меня всё ещё волнует и так сильно задевает. Как перестать это чувствовать? Как выбраться из этой петли? За что он так со мной?! — Никакого договора, с твоими дурацкими предложениями. — порвал тем временем лист герцог, а мне показалось, что это рвётся моё сердце. Надо же, как всё просто и сложно одновременно. Я то надеялась, что нашла адекватную причину, а меня просто ненавидят за то, что я дышу. Будто я это всё выбирала, будто не он ворвался в мою жизнь. Обидно. И так больно. Я просто поднялась из-за стола и медленно направилась на выход. Перед глазами всё расплывалось, щёки покрылись непрошеной влагой. Чёрт! Не хотела показывать своих слёз, но сдерживать их было выше моих сил. Нужно поскорее уйти отсюда. — Шарлотта. — услышала за спиной, но даже не остановилась. Прочь! Прочь отсюда! Стремительно спустилась на первый этаж и покинула ресторан, ни разу не обернувшись. Мне было всё равно идёт ли он за мной или остался. Ничего не хотелось, только закрыться от всех, забиться в угол и уткнуться в подушку.

Следующие дни потянулись цепочкой однообразия для Шарлотты и свершений для Амелии. Чёртовы свидания продолжились, и я решила придерживаться курса полного игнорирования герцога. На следующий день после моего позорного бегства со слезами, Его Мерзость изволил даже извиниться. Естественно, скомканно и неправдоподобно. Я же предпочла молчать и даже на него не смотреть. Пожалуй, единственной неожиданностью для меня, как Шарлотты, было появление в доме графа виконта Розенанта Бергенса. Однажды он просто предстал передо мной в конюшне вместе со своим конём и попросил посмотреть рану последнего.

— Эдвард сказал, что у Вас есть какая-то особая мазь, которой Вы лечите его Ареса. — удивил меня мужчина — Я бы хотел попросить её для моего Брана. Если, конечно, она поможет и, если, конечно, Вы не откажете.

Я бы отказала. Ему. А вот конь ни в чём не виноват.

— Давайте посмотрим. — тихо согласилась, глядя на гордого гнедого жеребца. Этот тоже был из боевых — Что с ним случилось?

— Задели на учениях. — отрапортовал виконт, показывая мне рану на передней ноге Брана — Неприятная рана, может и плохо закончится. А Бран мне родной.

— Понимаю. — кивнула, подходя к коню — Ну-ка, красавчик, покажи мне свою ножку. Больно тебе, хороший?

Конь занервничал, взбрыкнул, но я лишь шутливо похлопала его раненную ногу.

— Ну-ну! Чего ты капризничаешь? Не бойся, красавчик, я же помочь хочу.

Бран всё равно не успокоился — хоть и стал покладистей, но яростно раздувал ноздри. А стоило мне нагнуться, боднул меня так, что я плюхнулась на пятую точку.

— Бран! — поспешил мне на помощь Розенант — Простите...

Его прервало яростное ржание и стук из стойла. Аресу не понравилось, что меня обижают.

— Сейчас. — быстро подскочила на ноги и открыла перегородку — Переживаешь за меня? Хороший мальчик!

— Не волнуйтесь, сэр, я прекрасно понимаю, что он нервничает. — повернулась я к виконту — Бран меня не знает. К тому же ему больно. Кто бы захотел, чтобы к нему лишний раз лезли?

— Ну давай, мальчик, не бойся! — снова потянулась я к ране коня, а мне на плечо легла лошадиная морда, недовольно всхрапывая мне в ухо. Арес, видимо, угрожал знакомому расправой, если меня обидит. Почему я так подумала? Потому что Бран перестал сопротивляться. Рана оказалась неприятной, но такой, с которой способна справиться моя мазь. Должно зажить даже быстрее, чем у Ареса. Я тщательно её промыла, замазала хорошим слоем мази, а потом достала из кармана платочек и аккуратно перевязала.