Шарлотта. Очнулась в своей кровати далеко за полдень. Меня била лихорадка. Всё тело болело и саднило, любое шевеление давалось с трудом. Кто-то обмыл и обработал мои раны, но помогало это слабо. На подушке рядом красовался кровавый след — то ли из носа кровь шла, то ли я кашляла кровью, а может и всё сразу. Не сказать, что полностью пришла в себя — находилась в тягостном полубреду. Мне было очень плохо. Кто-то периодически заходил, давал мне воды и какое-то ещё питьё, проверял температуру. Сил не было совершенно. Думала, что умру, и меня это даже не волновало и не расстраивало. Чаще проваливалась в черноту небытия, иногда выплывала, и так по кругу. Полностью пришла в себя на следующее утро. Не знаю, чем меня поили и лечили, но даже смогла подняться с кровати. Вот только всё тело болело так, что выть хотелось. Плохо! Всё это совершенно не вписывалось в мои планы. Сейчас аристократы побегут к Амелии с заказами для Джулиана, а я... И так пропустила целый день. И теперь сложно шевелиться. Не успела хоть как-то оклематься и подумать, что делать, как ко мне ввалилась мадам. — Ты! Живучая тварь! Какая жалость. — презрительно фыркнула она — За тобой приехал герцог. Так что сейчас ты выпьешь лекарство, соберёшься, поедешь с ним и будешь самым послушным и милым цветочком. Поняла? И только попробуй пикнуть! Если герцог хоть сколько-нибудь заподозрит неладное, твоё нынешнее состояние покажется тебе благодатью. Она со стуком водрузила передо мной какой-то пузырёк. — Пей всё, полностью. — грозно велела Николетт — И не дай бог сделаешь что-то не так. Тебе всё ясно? — Ясно. — тихо отозвалась я и при ней выпила непонятное лекарство. Странно, но оно мне даже немного помогло. Я смогла нормально двигаться — не бегать и прыгать, конечно, но держать лицо удавалось. — Здравствуй, Шарлотта. — встретил меня строгим взглядом Эдвард. Окинул меня с головы до ног и недобро усмехнулся — Решила снова изображать из себя старую деву в трауре? И что мне на это ответить? Мне пришлось надеть полностью закрытое платье под горло, чтобы скрыть все следы. — Иди переоденься, поедем верхом. — припечатал он, не дождавшись ответа. — В-верхом? — внутри пробежала леденящая изморозь — Сэр, зачем верхом? — Я так решил. — сурово отрезал Крастесс — Это не обсуждается. Иди переоденься и собери всё нужное для твоей планировки сада. Даю тебе пятнадцать минут. Пошла. — Сэр, я... так поеду. — опустила глаза в пол, панически соображая, что делать — Мне так удобнее. — Тц! Лишь бы поспорить! — недовольно цыкнул герцог — Ладно, без разницы. Тогда у тебя пять минут. Время пошло. Я, как могла, быстро вернулась в комнату и ещё быстрее побросала в сумку свои зарисовки. И так было тяжело, а Эдвард, похоже, ещё и решил отыграться. Почему проблемы валятся на меня с таким старанием? Хотя, не надо было так себя вести на балу. Захотела показать себя, получай последствия в виде хорошеньких пинков судьбы. На конюшне долго смотрела на Вьюгу и собиралась с силами, чтобы на неё залезть. И не смогла — даже когда моя хорошая девочка опустилась немного, чтобы мне помочь. — Тц! А говорила, что сама можешь залезть на лошадь. — недовольно констатировал Крастесс, обхватив меня за талию и закидывая в седло. Я еле удержалась от того, чтоб взвыть раненной выдрой. Как мне пережить сегодняшний день? А после Эдвард пустил Ареса в галоп. А я не смогла. Направила Вьюгу плестись за ними, со всей старательностью пытаясь не выпасть из седла. — И что это, Шарлотта? Очередной протест? — вернулся ко мне Эдвард — Очередные наигранные капризы? И что мне на это сказать? Я и так еле держусь, мне ужасно больно и тяжело. — Я не могу, сэр. Простите. — тихо отозвалась, стараясь сохранить непринуждённый вид — Я доеду, куда Вы скажете, но не могу ехать быстро. — И почему же? — изогнул бровь герцог. Я промолчала. Совершенно не представляла, как из этого выкрутиться. Нельзя было, чтобы Эдвард что-то заподозрил — во-первых, мне действительно было страшно от угрозы мадам, во-вторых, мне было слишком стыдно, если он узнает, как на самом деле ко мне относится отец. — Ускоряйся, Шарлотта. — безапелляционно велел Крастесс — Мне надоели твои закидоны. Больше у тебя на поводу я не пойду. — Ладно. — тяжело вздохнула я, готовясь к титаническому рывку, и пустила лошадь рысцой. Это далось тяжело, хотя через какое-то время поняла, что особой разницы в моём состоянии нет — и так, и так плохо. Около гостиницы, слезая с лошади, чуть не свалилась на землю кулем. Хорошо, Арес поставил морду, смогла устоять на ногах. Молодец, хороший мальчик! — Не понимаю, что за очередную игру ты затеяла, Шарлотта? — скептически глянул на меня Эдвард. А мне вот совсем было не до игр. Хорошо ещё, что он притащил меня в свой отель, а не заставил носиться по паркам или ещё где. На диван в номере опустилась, как на спасительное небесное облако. Всё тело ломило нещадно, даже глубоко вдохнуть не получалось. Но я изо всех сил держала лицо. Надеюсь, Эдвард скоро от меня отстанет. — Ты завтракала? — поинтересовался он. — Нет, сэр. Не успела. — ответила, пытаясь ровно склониться над чертежом. — Тц! Опять ничего не ешь! — прилетело очередное обвинение — Почему не сказала? — Вы и не спрашивали, сэр. — пожала плечами. Зря, конечно — У меня было пять минут на сборы. — Естественно! Это я виноват! — огрызнулся гад — Тогда будешь есть здесь. И только попробуй отказаться. — Как пожелаете. — отмахнулась я. Есть и правда очень хотелось. Вопрос — смогу ли? Пока Крастесс ушёл заказывать завтрак, я разложила на столе свои наброски и попыталась принять более менее сносное положение. И тут меня постигла одна проблема — дрожащие руки. А ведь мне надо рисовать, хотя бы попытаться изобразить это действо. Я зависла над планом в глубоких раздумьях решения проблемы, когда моё плечо неожиданно сжала рука. — Откуда у тебя это, Шарлотта? — заморозил меня льдом угрожающий голос на ухо. И тут я ещё больше похолодела, потому что вместе с моими набросками на столе лежал проклятый план городской школы. Решила забрать его в дом графа для доработки в свободные вечера, а теперь в спешке случайно прихватила с собой. Какая же я дура! Что же теперь делать? — Отвечай! — рявкнул герцог, сильнее сжимая моё бедное плечо. Как же больно! — Я-я, я над этим работаю. — кое-как выдавила из себя. — Не ври! Ты украла его у Амелии? — встряхнул меня Крастесс, из меня против воли вырвался болезненный стон — И не прикидывайся, что я делаю тебе больно! Отвечай! — Я не крала. — прошелестела, пытаясь вернуть себе дыхание — Отпустите, пожалуйста. Я не крала! Амелия попросила меня перерисовать детали. Это мой чертёж! — Твой?! Только не ври мне, что сама могла придумать подобное! Это план школы Амелии! — ни разу не успокоился Эдвард и не отпустил. Я снова застонала, но он лишь сильнее меня встряхнул — Хватит выть! Говори правду! — Я говорю правду! Отпустите, пожалуйста! — господи, ещё чуть-чуть и я разревусь — Мы с Амели мечтали создать школу для всех ж-желающих ещё в пансионе. Вместе делали. Я не крала! Клянусь! Отпустите! — Хм. — задумчиво хмыкнул герцог и наконец-то меня отпустил. Только следом за этим вздёрнул меня вверх, обхватив за талию. Я даже пискнуть не успела, как он начал расстёгивать пуговицы моего платья на спине. — Что Вы делаете?! — в панике дёрнулась я. — Не дёргайся! — велел мне Эдвард и бросил на диван вниз лицом, вдавив сверху рукой в спину. И не сбежать. — Прекратите немедленно! — завопила я, срываясь на очередное завывание. Потому что это было очень больно. Перед глазами всё поплыло. — Лежать! — прибил меня ледяным приказом Крастесс, продолжая расстёгивать пуговки. Чёрт! Он увидит! Увидит! Нет! Нельзя! Нельзя! — Твой мать! — выругался он и яростно рявкнул — Кто?!Я вся сжалась от страха и стыда. Это было самое худшее, что могло случиться. — Кто это сделал, Шарлотта?! — прорычал Эдвард, не дождавшись ответа. — Это... Это обычное дело, ничего страшного. — пролепетала я — Не обращайте внимания. — Обычное дело?! Не обращать внимания?! — взорвался герцог — Как я могу не обращать на это внимание?! Скажи мне, Шарлотта! Это твой отец с тобой такое сотворил?! — Видимо да. — прорычал он снова не дождавшись ответа, а мне сквозь землю провалиться хотелось — С каких пор это происходит, раз стало обычным делом?! Как часто этот урод позволяет себе такое, а, Шарлотта? Почему ты ничего не сказала мне?! — Отпустите меня, пожалуйста. Мне больно, сэр. — попросила я, вышло противно жалобно. Крастесс тут же убрал руки, но следом же продолжил расстёгивать платье. Я попыталась извернуться и сесть — не хочу, чтобы он увидел больше. — Пожалуйста, сделайте вид, что ничего не видели и ничего не произошло. В этом и правда нет ничего особенного. — попросила осипшим голосом — от этой всей встряски мне стало хуже. — Я сказал тебе лежать, Шарлотта! — уложил меня обратно Эдвард — И нет, я не стану делать никакой вид. Это не в порядке вещей! Это не ничего особенного! Насколько сильно он тебя избил? Сука! Я убью его! Ну вот, теперь он увидел больше, расстегнув платье до конца. Стыд-то какой! Ужасно! — С-сэр, пожалуйста! — прошептала я, спрятав лицо в обивку дивана — Мне... Мне неловко. Позвольте сесть и одеться. — Нет, Лотти! Мы поступим иначе. — рыкнул Крастесс и вдруг аккуратно поднял меня на руки — Ты сейчас ляжешь и будешь лежать! И только попробуй куда-нибудь дёрнуться, урою! Поняла меня? — Да. — удручённо согласилась я. При всём желании не смогла бы сейчас сбежать. — Вот и умница. — констатировал Эдвард, смягчившись. Он отнёс меня в спальню и всё так же аккуратно уложил на кровать — Лежи, отдыхай. А я сейчас пошлю за доктором. Чёрт! Да у тебя жар! Ты должна была мне сразу во всём сознаться. А я ещё заставил тебя сесть на лошадь. Тц! Ну почему ты такая упёртая, Лотти? Эдвард ушёл, а я уставилась в потолок, пытаясь сконцентрировать расплывающийся взгляд. Кажется, лекарство перестало действовать — мне стало гораздо хуже. А ещё я попалась! Ужас! Что теперь будет? Вскоре Крастесс вернулся, а за ним и доктор. Та самая женщина. — Вы решили ещё раз провести проверку, сэр? — усмехнулась я — На всякий случай, оно не лишнее. — Помолчи, Лотти! — рыкнул Эдвард — Доктор, осмотрите её. У Шарлотты жар и, мне кажется, повреждений куда больше, чем я увидел. Доктор велела герцогу выйти, раздела меня и принялась за осмотр со всей строгостью. — Мать честная! — воскликнула она — Девочка, да на Вас живого места нет! Что за живодёры могли такое сотворить?! Ужасно! Ужасно! Ничего, мы Вас обязательно вылечим. Она прощупала каждый сантиметр моего тела, беспрестанно кривясь и хмурясь, заглянула мне в рот, осмотрела глаза. Даже кровь взяла, ткнув какой-то иголкой в палец, а потом эту иголку поболтала в какой-то пробирке. — Вам давали какое-то лекарство, да, леди? — задумчиво рассматривала она жидкость в пробирке — Сможете его описать? — Ммм... Пузырёк круглый, пузатый такой. — попыталась припомнить — А жидкость вязкая, тёмная, как земля. Ммм... Вкус... Вкус, как у ромашки, но с чем-то горьким и пряным. Ещё меня чем-то поили, пока я была в полубреду, не знаю. — Отвратительно! — сделала вердикт доктор — Просто отвратительно! Что ж, мы Вас такой дрянью поить не будем, леди. Мне действительно дали другое лекарство, а ещё обмазали мазью, и рёбра плотно замотали зачем-то. Подробно о моих травмах мне не рассказали, доктор пошла рассказывать об этом герцогу. Я не настаивала, меня вообще потянуло в сон. И даже не поняла, как в него полностью провалилась.