Главврач пробила данные и подтвердила:

— Мы действительно делали анализ крови для Гамова и Сафарова. Но результаты я тебе не покажу.

— Спасибо, Ольга Ивановна, — поблагодарила следователь.

Стало ясно, что Ксения Онопко могла поставлять образцы крови многих людей Булатникову, чтобы тот во время убийства оставлял их на жертве. Несколько лет назад она выбрала Гамова, так как он работал в миграционном центре. Но Гамов попал в аварию накануне убийства. Тогда протокол исправила Токарева. Они обе сироты и подруги Окуловой с детства. Обе обязаны фонду имени ее отца.

Значит, вполне правдоподобна версия: при убийстве Барановского, чтобы не было сомнений, каким образом кровь Сафарова оказалась на жертве, Онопко разбила Сафарову нос.

Никита Березин свернул с тротуара, зашел за куст, отогнул сетчатый забор и позвал подружек:

— Сюда!

Настя, Алсу и Вера, пригнувшись, пролезли на стройку жилого комплекса «Венский квартал». Парень юркнул вслед за девушками и приладил сетку на место. Прямо перед студентами возвышался корпус жилого дома без дверей и окон. Откуда-то слева доносились ритмы восточной музыки и оживленные неразборчивые голоса.

— Нас не выгонят? — пугливо озиралась Вера.

— Кто? На стройке никого нет. Рабочие около бытовок празднуют.

— Сегодня Курбан-байрам, — подтвердила Алсу.

— Идите за мной, — махнул рукой Никита.

По наклонной закрученной дорожке четверо студентов спускались в подземный паркинг будущего жилого дома. Освещения не было, дневной свет угасал за их спинами. Никита включил фонарик, девушки подсвечивали путь мобильными телефонами.

Оказавшись в темном подвале с чередой бетонных столбов, Никита изрек пугающим голосом:

— Самый страшный квест начинается. Если кто струсил, еще не поздно уйти.

Девушки молча сгрудились вокруг парня. Лучи света в их руках хаотично дергались, отталкивая темноту на несколько метров.

— Что дальше? — спросила Настя.

Никита осторожно двинулся вдоль бетонной стены, девушки семенили за ним. Через десяток метров луч фонарика уперся в железную коробку распределительного щита. На дверце помимо стандартного желтого треугольника с символической молнией был нарисован мелом оскалившийся череп.

— Макс оставил нам знак. Здесь старт, — пояснил Никита и зашипел: — Готовы к очень страшному квесту?

— Говори нормально, — одернула его Настя.

Никита открыл распределительный щит. Под рубильниками с толстыми проводами лежал конверт. Никита взял его и прочел указание на конверте:

— Отключите телефоны и оставьте здесь.

Девушки пугливо переглянулись.

— А как же мы без связи и света? — забеспокоилась Вера.

— Макс не хотел, чтобы мы пользовались подсказками, — пояснил Никита. — Мы должны играть по правилам. Моего фонарика достаточно.

Девушки переминались, им не хотелось расставаться с любимыми гаджетами. Никита первым выключил телефон, положил в ящик и приободрил девчонок:

— Макс намекнул, что путь идет снизу вверх. Закончить мы должны на крыше. Мы первыми пройдем улетный квест! Будет чем похвастаться.

Девушки одна за другой отключили телефоны. Темнота сгустилась.

Никита захлопнул щиток, подсветил лицо снизу и скорчил страшную рожицу. Для пущего эффекта он зашипел хриплым басом:

— Вы не уйдете отсюда живыми! — и выключил фонарик.

Девчонки взвизгнули. Настя выхватила фонарик у парня и включила свет.

— Дурак!

— Ну ладно, проехали, — извинился Никита и раскрыл конверт. — Посвети.

Внутри конверта находилась открытка, напечатанная на цветном принтере. На ней были изображены фигурки танцующих скелетов. Их руки и ноги были согнуты под разными углами.

— «Скелеты подземелья», — прочел заголовок Никита. — Это первое задание квеста.

— Жуть, — прошептала Алсу. — Что это значит?

— Надо угадать, что здесь зашифровано.

— Смотри, как они изогнуты. Похоже не буквы. Вот это «Л», — показала Настя.

— Тогда первая «Н», — добавила Вера.

— Следующая «А»!

— Окей, — согласился Никита. — У вас хорошо получается. Думайте дальше.

— После двух скелетов интервал больше. Это отдельное слово «НА».

— В центре следующего еще одно «Н».

— Вот эти два скелета тоже одинаковы. Слегка напоминают «Е».

После недолгого обсуждения ребята в одном из изогнутых скелетов узнали букву «С», и Настя разгадала шифр:

— НА ЛЕСТНИЦЕ!

— Точно! — поддержали девочки.

— Это следующий этап, — согласился Никита и посветил фонариком по сторонам. — Ищем выход на лестницу, там что-то спрятано.

— Побыстрее из этой темноты, — приободрилась Алсу.

Воодушевленные студенты двинулись на поиски следующего задания.

— Вот дверь! — указал Никита.

— Не так и страшно, — приободрила всех Вера, когда Никита распахнул дверь, и в подвал проник тусклый свет.

Однако в следующее мгновение Никита, шагнувший вперед, взвыл от боли и выронил фонарик.

Петелина вышла из клиники «ГлобалДок» и села в машину. С минуту смотрела в телефон на фотографию трех улыбающихся подружек со свадьбы. Сиротское детство, жизнь в чужих семьях сблизили их и сплотили. Взрослая жизнь повела девчонок разными путями, но они сохраняли почти родственную связь и взаимопомощь. Неужели их дружба помогает скрывать серийного убийцу?

Глядя на свадебную фотографию, верилось в это с трудом, хотя факты говорили об обратном. Токарева подделала документ, чтобы не пересматривали старое уголовное дело и следствие не вышло на настоящего убийцу. Онопко использовала чужую кровь, чтобы в убийстве заподозрили невиновного. А Лариса Окулова, старшая по возрасту и положению, не только хорошо знала маньяка Булатникова, но родила от него дочь и не могла не догадываться о его психическом расстройстве.

Возможно, она защищала Булатникова в память о первой любви и как отца своей дочери. А когда дочь с внуком погибли, Окулова стала манипулировать раздвоением личности Булатникова в своих целях. Чего она добивается?

Елена включила заднюю передачу, чтобы выехать с парковки. В камере заднего вида вдруг показалось препятствие, запищали датчики, нога автоматически вдавила педаль тормоза. Столкновения чудом удалось избежать, но препятствие не исчезло.

Сзади стояла знакомая Елене «шкода» оперативников с распахнутой дверцей, а в окошко заглядывала настороженная ТТ в черной расстегнутой куртке, под которой виднелся пистолет.

— Проезжала мимо, заметила вашу битую «тойоту», — объяснила Токарева свое появление.

— Вот и проезжай мимо, — огрызнулась Петелина.

— С вами все в порядке? — Татьяна скосила многозначительный взгляд на клинику.

У Петелиной прокручивались в голове недавние рассуждения. Версию о манипулировании Булатниковым, как и махинации с кровью еще предстояло проверить. Подделка же протокола о ДТП с участием Гамова доказана. Нужно принимать меры!

— Старший лейтенант, с этого момента вы отстранены от расследования, — объявила майор юстиции.

Оперативница прищурилась и нагло усмехнулась:

— Ревность все-таки перевесила. Хотите оградить своего жеребца от молоденьких самочек?

Елена проигнорировала болезненный выпад и гнула свою линию на этот раз уже без официальной вежливости:

— Токарева, ты совершила подлог, подделала протокол с участием Гамова. Дятлов признался в неверной дате.

— Чья там подпись? Это вина Дятла. С него и спрашивайте.

— Не увиливай! Ты сделала так, что твой любовник не смог отказать.

— Мало ли что шепчут девушки на ушко в минуты страсти. Глупый мужик меня не так понял.

— В деталях потом разберемся.

— Потом будет поздно, — со скрытой издевкой выпалила ТТ.

В холодном высокомерном голосе Петелина почувствовала угрозу, которую не могла игнорировать.

— В чем дело? — спросила она.

ТТ манерно защебетала:

— И все то у вас хорошо, и всегда так было. Родители расстались, но оба рядом с внуками возятся. Первый муж бросил, нашелся другой получше, покрепче. И каждый ребенка от вас получил. Два заботливых любящих папочки во всем готовы помогать успешной мамочке.