Значит, завертелось. Не зря они с Ручкиным залегли на дно. Колокол в курсе пропавших денег и предпринял какие-то шаги. Это опасно. Что ему рассказал Бахлин? Как далеко они продвинулись в поисках? Наверняка люди Колокола прочесали ряды уголовников, включая залетных. И не нашли виновных. Что теперь предпримет Колокол?

Из ворот дома Бахлина выехала еще одна машина. На этот раз «тойота». А в ней, кто бы мог подумать, — та самая Петля, имя которой они использовали! Какого черта она здесь делает? Петелину тоже привлекли к поискам? Или попытались привлечь, но она отказалась. Надо проверить.

Орлик выждал минуту, дал «тойоте» свернуть в сторону Москвы и поехал следом. Он видел, что за рулем машины не банкир Бахлин, а кто-то другой. Есть шанс, что Петелина отшила вора в законе. Она майор юстиции, а об ограблении, судя по прессе, официально не заявлено.

«Тойота» въехала в Москву. Орлик продолжал слежку. Чем дальше они продвигались по московским улицам, тем больше он убеждался, что его волнения не напрасны. В конце концов «тойота» остановилась у банка «Партнерство». Из машины вышли трое: водитель, Петелина и Бахлин, которого он сразу не заметил.

Банкир и следователь вместе. Это плохо.

Бахлин открыл двери банка. Старший следователь Петелина, имевшая репутацию отменной ищейки, отстранила банкира и деловито вошла внутрь первой. Ее взгляд был профессионально сосредоточен. У Орлика не осталось сомнений, что Петелина приступила к расследованию.

Это уже не просто плохо, а очень плохо!

Находясь в своей машине в качестве пассажира, Елена ощущала себя скованно. Обстоятельства изменились, теперь она зависела от людей, которых всегда считала противниками. Она сидела в машине сзади, рядом с ней сжался Бахлин, а управлял «тойотой» невозмутимый и предусмотрительный Денис Лоськов. Спокойствие сочеталось в нем с собранностью. Казалось, он не делает ни одного лишнего движения.

Когда Петелина покинула дом Бахлина и подошла к своему автомобилю, Лоськов распахнул перед ней заднюю дверцу. Следователь только вскинула бровь, как он сообщил ответил:

— Поведу я, а вы сядете за моей спиной. Так безопаснее.

После того как машина тронулась, Лоськов отчитался:

— Я заправил полный бак и бачок омывателя. Проверил запаску и инструмент. Домкрат у вас механический, лучше заменить на гидравлику.

— Я никогда не пользовалась домкратом.

— Елена Павловна, во всех кармашках — бутылки с водой. Вам сегодня надо больше пить.

Как только он это сказал, Елена почувствовала жажду и потянулась к бутылке. Она в несколько глотков опустошила первую поллитровку, согласившись, что вода пришлась весьма кстати.

— Спасибо, — поблагодарила она Дениса, перехватив его взгляд в зеркале заднего вида.

Этот человек пока не сделал ей ничего плохого, а вот школьный дружок Бахлин…

— Чем меня опоил, гад? — пихнула она локтем одноклассника.

— Снотворное, — буднично ответил Андрей и поспешил заверить: — Доза большая, но я прочел инструкцию, учел твой вес — никакого риска! Ты пойми, Лена, у меня не осталось вариантов, ты ведь отказалась помочь.

— Сволочь, — тихо, без эмоций, выругалась Петелина. Она сотни раз слышала подобные оправдания преступников.

Как бы не был противен ей Бахлин, он потерпевший, без него не раскрыть преступление. Он единственный видел грабителей. По пути он ответил на ее вопросы, рассказал подробности ограбления, описал дерзких преступников:

— Старшему под шестьдесят. Представился полковником Орловым из уголовного розыска.

— Удостоверение видел?

— Он его раскрыл, но очень быстро. Прикрывал пальцем.

— Известная уловка. Как он выглядел?

— Ростом с меня, но крепче. Волосы седые, усы черные, и еще пятно на виске, как крупная родинка. Кажется, на правом.

— Волосы седые, а усы черные — тебе не показалось это странным? Еще и родинка.

— А что?

— Характерные приметы прямо бросаются в глаза. Это подозрительно. У второго тоже было что-нибудь типа бороды или шрама?

— Как ты угадала? Бороды не было, но… Второй моложе, ему лет тридцать. Он все время стоял сзади, и я его не разглядел. Но на щеке у него шрам. Это точно!

— Точнее не бывает, — передразнила следователь и решила подключить к разговору Лоськова. Ей хотелось понять, какого уровня исполнителя приставил к ней Колокол:

— Что думаете, Денис?

— Грабители заранее подготовили бросающиеся в глаза приметы, на которые клюнул неопытный в таких делах банкир.

— Коротко и по существу, — согласилась Петелина. — Они хорошо подготовились. Вспомни, Бахлин, они касались чего-нибудь у тебя в кабинете? Может, ты предложил им попить, или кто-то из них курил, оставил окурок?

— Нет. Они даже не поздоровались за руку. И никто из них не присел.

— В банке ведется видеозапись? Они должны были попасть в поле зрения камер наблюдения.

— Должны, но… Они забрали жесткий диск со всеми записями.

— Отлично! Чем ты еще меня обрадуешь?

— Я растерялся! Они меня огорошили.

— Ладно. Что говорит ночной охранник?

— Понимаешь, он был мертв, когда я его нашел.

— Я не ослышалась? Мертв?! И ты не заявил об убийстве?

— Охранник лежал и не дышал. Крови и ран я не видел. Он пожилой человек, мог сам скончаться.

— Где тело?

— Я сделал так, как мне сказали.

— Кто сказал? — строго спросила Петелина.

Бахлин замялся, следователь перевела взгляд на Дениса Лоськова. Тот ответил:

— В субботу утром охранника банка нашли мертвым в его машине, на Комсомольском проспекте. Полиция пришла к заключению, что он покончил жизнь самоубийством. Выстрелил себе в ухо из собственного травматического пистолета.

Петелина не могла сдержать возмущения:

— Вот как вы заметаете следы!

— Я не виноват. Сделал, как сказали, выстрелил в мертвого, — оправдывался Бахлин.

— Как звали охранника?

— Митин Федор Николаевич.

— Дайте мне мой телефон, — потребовала следователь.

Бахлин забеспокоился:

— Лена, не надо поднимать шум. Застрелился человек — и слава богу.

— Бахлин, не надо в грязное дело впутывать бога. — Петелина ткнула в спину Лоськова. — Или я буду вести следствие так, как считаю нужным, или никак!

— Елена Павловна, кому вы собрались звонить?

— Знакомому судмедэксперту. Если труп Митина сочли криминальным, он может получить доступ к телу.

— Завтра Митина кремируют, — сообщил Лоськов.

— Тем более надо успеть! Способ убийства может вывести на преступников.

— Хорошо, звоните, — согласился Лоськов и протянул телефон.

Елена позвонила Ивану Ивановичу Лопахину и изложила свою просьбу: установить причину смерти Митина Федора Николаевича. Она прямо высказала свои опасения:

— Тело Митина нашли утром в личном автомобиле на Комсомольском проспекте. Выстрел в голову из травматики. Определили как суицид. Но у меня есть серьезные подозрения, что Митин умер до выстрела. От чего? Вот главный вопрос.

— Леночка, вы же с понедельника в отпуске, — напомнил патологоанатом, много лет сотрудничавший с следователем Петелиной.

— Сегодня воскресенье, Иван Иванович.

— Я сделаю все, что смогу. Только помните, наша работа угробит любые семейные отношения. Не берите пример с меня.

Петелина знала о семейном крахе Лопахина, и, хотя, только что грубо рассталась с Валеевым, заверила сердобольного коллегу:

— Я стараюсь. Мои руки копаются только в бумажках.

Когда она закончила разговор по телефону, Бахлин поинтересовался:

— Что ты имела в виду, говоря про руки?

— Патологоанатом дважды разведен. Представь его работу. Он тщательно перебирает внутренности трупа, а потом приходит домой, и теми же руками ласкает жену. Они не вынесли этого. И первая, и вторая. Бедняжки.

Рассказывая это, Петелина изобразила такую зверскую гримасу и так красочно манипулировала пальцами, что Бахлин брезгливо отодвинулся.

«К чертям собачьим такие встречи! Уехали бы с Леной в отпуск в субботу — и не было бы проблем».