Круглов грохнул кулаки на стол, налил себе вина и выпил.

Петелина продолжила:

— Вы убили ножом Ксению Савину, а улики подбросили дворнику Нурали Джураеву. Это было продуманное, жестокое, умышленное убийство. Осталось уточнить мотив. За что вы убили Савину? Ведь вы собирались пожениться. Самое время раскаяться и сделать признание.

— Самое время? — глумливо переспросил Алекс и снова выпил. — Тут вы правы, время — ночь, а компания подходящая. — Он пьяно пошевелил пальцем, указывая то на Петелину, то на Ручкина. Наконец его палец остановился на Ручкине. — Убей ее. Я заплачу. И этого, как там его, Валеева, тоже.

— Ты правда зарезал свою девушку? — заинтересовался Ручкин. — Вижу, что правда. Так и Петлю зарежь. Раз начал, надо продолжать, а то проиграешь!

— Я заплачу, сколько скажешь.

— А почему сам не можешь? Действуй, Алекс, я посмотрю.

— Я бизнесмен, и политик!

— О да! Это самые святые профессии. Уж кто-кто, а эти никогда ни на что чужое не позарятся. Ангелы во плоти!

— Ты сделаешь это? Я прошу.

Елена чувствовала себя опустошенной. После изматывающих поисков она раскрыла тяжкие преступления, вычислила убийц — вот они, перед ней. Один убил свою подругу, другой охранника в банке, напарника и безвинную старушку. Но радоваться рано. Арестовать убийц у нее нет возможности. Более того, сейчас двое преступников спорят насчет ее смерти. Каждый подталкивает друг друга к новому убийству.

— Ну хорошо, политик. Я сделаю то, что ты просишь, — согласился Максим Ручкин. — Но если ты не заплатишь, сдохнешь вслед за ней.

«О господи! Они договорились», — поняла Петелина, почувствовав приставленный к ее затылку ствол пистолета.

Ночью синий микроавтобус с тонированными стеклами казался непроницаемым черным фургоном. Неизвестность и черный цвет внушают опасность, пассажиры фургона не возражали против такого восприятия собственной миссии. Если их опасаются, они на правильном пути. Страх противника — их помощник. Сами они ничего не боялись. Разве что гнева начальника, полковника Молотова.

Чернявый водитель вел микроавтобус по карте вслед за маячком на мониторе, стараясь не приближаться к объекту слежки. Он выглядел серьезнее расслабленного светловолосого напарника.

— Вообразил себя гонщиком, — с издевкой заметил водитель.

— Пусть почувствует себя героем. Герои теряют бдительность, — согласился светловолосый офицер. — Дурачку-то невдомек, что на Петелиной жучок.

— «Тойота» остановилась. Куда это Петля приехала? — Чернявый припарковал фургон и укрупнил карту на мониторе так, чтобы стал виден каждый дом.

— Ты что, не узнаешь? Это же дом Круглова.

— Ух ты! С чего начали, к тому и вернулись.

— Круг замкнулся. Молотову это понравится.

— Ты пишешь Петелину?

— Конечно. Полезли, послушаем, о чем там болтают.

Мужчины переместились из кабины в отсек, напичканный аппаратурой. Светловолосый офицер нажал кнопку, подкрутил громкость. В фургон проникли звуки чужого разговора.

— Слышишь, Петелина надавила на пуговицу. Наивная, думает, что может включать-выключать. Наш микрофон работает всегда. На трое суток заряда хватит.

— Так… Петелина обвиняет Круглова в убийстве невесты. Это интересно.

— Зачем известному политику марать руки? Надоела девчонка — выгнал, нашел другую.

— Ты забыл, что Савина его шантажировала.

— Чем? Мы так ничего и не нашли.

— Поэтому Молотов сделал ставку на Петелину. Она толковый сыщик, — уважительно сказал чернявый.

— Вот это да! Круглов не возражает против обвинения. Он фактически признался.

— Если Круглов убил Савину, то…

— Вот и компромат! Теперь он будет плясать под нашу дудку, — обрадовался светловолосый.

— Не скажи, Петелина его посадит.

— Хрен ей! Молотов не позволит.

— Петля упертая, — усомнился чернявый.

— Слушай, а кто третий в доме Бахлина? Я думал, Денис Лоськов, но это не его голос.

— Точно, там другой тип.

— Ей угрожают.

— Да ее, кажется, хотят грохнуть!

— Вот и решение проблемы. Мавр сделал свое дело, мавр может уходить.

— А если Молотов думает иначе? Я сообщу ему.

Брюнет дозвонился до начальника и стал объяснять ситуацию. Как только Молотов услышал, что Круглов, судя по записанному разговору, убил Савину, полковник прервал подчиненного:

— Перешли мне запись, — потребовал он. — Я прослушаю и приму решение.

— А если жизнь Петелиной окажется под угрозой?

— Ничего не предпринимать без моей команды. Ясно?

— Так точно.

Чернявый убрал телефон. Он был хмур, а светловолосый улыбался. Блондин толкнул напарника плечом:

— Да расслабься ты. Смерть следователя в прямом эфире — когда еще такое услышишь.

— Веди ее в гостиную, — приказал Ручкин Круглову, продолжая держать Петелину под прицелом.

— Налейте мне вина. Я хочу выпить, — взмолилась Елена.

Она приняла решение тянуть время. Любым способом, раз уж ее прослушивают подчиненные Молотова. Они что, оглохли? Она подняла руку с потайным микрофоном, чтобы наблюдатели слышали каждое слово. Они должны ее спасти, как около дома Бахлина, когда в нее стреляли. Неужели до них не дошло, что ее хотят убить? Слушайте прямым текстом!

— Я попала в ловушку. Вы меня убьете. Дайте хотя бы выпить. Это мое последнее желание. Вы должны…

— Да заткнись ты! — прервал ее Ручкин. — Налей ей, политик.

Бутылка под рукой Круглова оказалась пустой. Алекс взял со стеллажа новую, бросился искать штопор, а когда нашел, долго возился с пробкой. Секунды тикали. На это и рассчитывала Петелина. Каждое выигранное мгновение давало ей шансы на спасение.

— Красное? — скривилась Петелина, будто только что разглядела бутылку. — Я люблю белое вино. Лучше охлажденное. И чистый бокал, пожалуйста.

— Здесь не ресторан, — фыркнул Ручкин.

— Ничего, я сделаю. — Озадаченный Круглов метался по кухне. Мелкие хлопоты давали ему возможность забыть собственный ужас и прийти в себя. — Охлажденного вина нет, но я добавлю лед.

— Два кубика на бокал, — привередливо решила Петелина.

— Французское или итальянское? — Круглов продемонстрировал обе бутылки.

— Я бы попробовала и то и другое.

Алекс Круглов завозился со штопором, потом рылся в холодильнике, гремел льдом. Прошло около пяти минут, прежде чем он поставил перед Петелиной два бокала с кубиками льда и, капая на стол, наполнил их.

Елена пригубила французское вино, насладилась послевкусием, глотнула итальянского. Вот и еще три минуты выигранного времени. Рассмотрела этикетки на бутылках. Чем больше ее отпечатков останется, тем проще будет потом криминалистам.

Черт! Она не о том думает. Она должна выжить!

— Пей и пошли, — не выдержал Ручкин.

— Куда? Я лучше здесь посижу.

— Вставай! — Ручкин выдернул Петелину со стула.

У следователя мелькнула шальная мысль, схватить бутылку и врезать ему. Но вряд ли она одолеет боксера. Да и Круглов, хоть и был любезен, но готов на все, чтобы ее не стало.

«Где же бойцы Молотова? Они понимают, что здесь происходит? Меня планируют убить!»

— Стреляй в меня здесь. — Петелина бесшабашно тряхнула головой. — Только сначала дайте напиться.

— Я же выполнил твою просьбу. Теперь пошла! — Ручкин подталкивал Елену в спину стволом револьвера.

— Куда вы ее? — на этот раз спрашивал Круглов.

— И ты, политик, топай в гостиную, чтобы я тебя видел.

Все трое переместились в просторную гостиную. Там, на полу перед диваном лежал большой ковер.

— Встань на ковер, — указал Ручкин.

Петелина замялась. План Ручкина стал ей очевиден.

«Предусмотрительный гад! Ковер впитает кровь и не оставит следов на полу. Патрон останется в револьвере. Что делать? Попытаться бежать? Запугать? Призвать к разуму?»

— Меня будут искать. Я майор юстиции. По телефону запеленгуют, где я исчезла. Валеев отыщет вас, и вам конец!