— Кто же убил Золотову? Кто убийца?

Последние слова Петелина пробормотала вслух, проходя мимо любопытных мамочек. Те и так смотрели на озабоченную тетку с подозрением, услышали про убийство, подхватили свои коляски и поспешили уйти.

Елена села на освободившуюся скамейку. Проверила, как спит ребенок и набрала номер полковника Шумакова.

— Здравствуйте, Геннадий Александрович. Петелина беспокоит. Вы ведете дело Баринова?

— Ох уж этот Баринов! Попался нам, как заказчик убийства, и пошло-поехало, — ворчал Шумаков. — То хищения ему приплюсовали, а теперь еще и твое дело по убийству Золотовой нам передали.

— И как успехи?

— Да ты пойми, по наемному киллеру у нас с доказательствами полный порядок, хоть сейчас дело в суд передавай. А финансовые махинации дело нудное, не один месяц уйдет, чтобы разобраться.

— Мне больше интересует убийство Золотовой. Баринов сознался?

— Размечталась. Кто на себя будет добровольно труп вешать. Одно дело заказ неисполненный, совсем другое в убийстве сознаться.

— Есть чем прижать?

— Елена Павловна, я ведь как работаю? Появился подозреваемый, подсаживаю его на крючок — организую слежку, прослушку и тайную съемку. Добываю улики и тогда уж подсекаю, беру щучку за жабры. Все, рыбка в сетке — выпотрошу и на сковородку, то бишь в суд! Поняла?

— Я не рыбак, но вы доходчиво объяснили.

— Так и с Бариновым было по делу киллера. Мы основательно подготовились, поэтому улик вагон и маленькая тележка. А к убийству Золотовой меня через полгода подключили. Из твоего дела, извини, Баринову предъявит нечего.

— Я знаю, поэтому и звоню. У Золотовой в момент убийства вырвали из ушей серьги с бриллиантами. Харченко мне рассказал, что вы их нашли.

— Да, мы добыли важную улику, — похвастался полковник. — И доказали, что бриллианты принадлежали убитой. Камушки припрятал Баринов.

— Странно все это. Зачем он их хранил?

— Тщеславие убийцы. Ты бы знала, где мы их нашли? Под колпачком авторучки с золотым пером с дарственной надписью от Золотова!

— Отца убитой?

— Да. Сувенир два в одном — символ победы над прежним владельцем компании и его наследницей. Не удивлюсь, если бы он туда добавил фотографию с трупом Самсонова. Он требовал снимок от киллера.

Петелина продолжала сомневаться:

— А если Баринову подкинули бриллианты?

— Ты все усложняешь.

— Увы! Один раз упростила, теперь расхлебываю. — Елена тяжело вздохнула.

Шумаков поспешил успокоить. Он объяснял:

— На дарственной авторучке есть четкие отпечатки пальчиков Баринова и больше никаких. На бриллиантах остаточный след его ДНК. Он любовался трофеем! Представляешь, сидит в кабинете, достанет авторучку, снимет колпачок, выкатит на ладонь кумушки и гордится своим умом и коварством.

— Он хранил авторучку в служебном кабинете? — удивилась Елена.

— Да. При аресте Баринова мы не обратили на нее внимания, не за тем пришли. А вот когда явились к Самсонову за бухгалтерскими документами компании…

— Самсонов занял кабинет Баринова? — уловила для себя главное Петелина.

— А что такого? Как новый владелец компании. Это Самсонов потребовал расследования хищений.

— Самсонов заинтересованное лицо, он причастен к убийству жены! — всполошилась следователь. — Я же передала заключение криминалистов о его перчатках. Он нанес первый удар!

Шумаков замялся:

— Не хотел говорить, но… Перчатки могут не приобщить к делу.

— Это почему?

— Адвокат Самсонова обжаловал процедуру изъятия улики. Он указывает на насилие со стороны оперативников, да и саму улику теоретически могли подбросить.

— Что за чушь! Есть видео, как Самсонов достает перчатки с крыши гаража. Валеев снимал на телефон, я покажу.

— На личный телефон. Хорошее ли качество? — усомнился Шумаков. — Вот когда мы устанавливали микрокамеру в кабинете Баринова, я выбил самую лучшую аппаратуру, чтобы картинка и звук были идеальными. Меня потом инженеры замучили — когда вернешь? А мы забыли ее в кабинете Баринова! Забрали только, когда изымали документы.

— Уже при Самсонове?

— Ну да.

— И камера все это время писала? — задумалась Петелина.

— Если аккумулятор не сел.

— Можно посмотреть?

— Я сдал ее в технический отдел. Там чистят информацию.

— Позвоните им немедленно! Нужно сохранить запись.

— Ты мне приказываешь, майор? — напомнил о субординации полковник.

— Я вас прошу, Геннадий Александрович, спасите запись, если не поздно.

Елена не заметила, как повысила голос, и малыш проснулся. Сынишка выплюнул соску и закричал. Его писк услышал Шумаков.

— Петелина, ты уж определись, что тебе важнее: воспитывать сына или раскрывать убийства?

Елена копалась в коляске в поисках соски, а сверху стал накрапывать дождь.

— Сашенька, подожди. Да где ж эта соска? И дождь так некстати.

— Значит, все-таки сын, — сделал вывод полковник. — Это правильно.

— Вы еще не позвонили? Это неправильно! — вернулась к разговору Петелина. — Спасите запись, я чувствую, это важно.

— Да звоню уже, неугомонная.

Петелина вернулась домой. В этот день фитнес-браслет насчитал ей полуторную норму шагов. Она расхаживал по квартире, мысленно возвращаясь к разговору с Шумаковым, и поглядывая на смартфон. Дважды порывалась позвонить полковнику, но сдержалась, не хотелось прослыть назойливой. На службе всегда много дел и нервотрепка, а у молодой мамы одна забота — малыш. И что не говори про загруженность и усталость, официально ее времяпровождение называется отпуск.

Поздно вечером Шумаков позвонил сам.

— Ох, Петля, ну у тебя и чутье! — то ли похвалил, то ли ужаснулся полковник.

По его интонации Елена поняла, что ожидания сегодняшнего дня оправдались. Случилось важное, поворотное событие, которое все изменит. Или она излишне оптимистична?

— Вы про запись? — с надеждой спросила Петелина, продолжив телефонный разговор с Шумаковым. — Камера в кабинете работала?

— Техники у нас ленивые, так что я успел спасти карту памяти.

— Что увидели? — не терпелось узнать следователю.

— В кабинете помимо Самсонова знойная дамочка засветилась — Маргарита Сергиенко, твой главный свидетель, — с хитринкой в голосе сообщил Шумаков.

— Она может перейти в разряд подозреваемых. Есть результаты экспертизы по ее шейному платку. Все очень подозрительно.

— Насколько?

— Я могла бы сказать, что убийца — Сергиенко. Но бриллианты, изобличающие Баринова, все путают. Не понимаю, какая между ними связь.

— А я уже знаю.

— Баринов и Сергиенко действовали заодно? — предположила Петелина.

— Ты должна сама это увидеть, — уклончиво ответил полковник.

— Я сейчас приеду. Предупрежу своих и…

— С ума сошла! — упрекнул ее собеседник. — Если бы моя жена на ночь глядя убегала к некоему полковнику, я бы и ей и этому полковнику, ух, что сделал!

— Да, неудобно, — согласилась Елена. — И про малыша забыла.

— За это я бы тоже женушку не похвалил.

— Не сыпьте соль на раны, у меня свой ревнивец имеется.

— Он дома? Спроси, а если я к вам приеду?

Елена взглянула на часы, засомневалась:

— Вопрос до утра не терпит?

— Ты же сама спокойно спать не сможешь.

«Что верно, то верно», — согласилась Елена и ласково улыбнулась мужу, прислушивавшемуся к разговору.

— Приезжайте, товарищ полковник, я Валеева уговорю. А если что, вы старше по званию, он должен подчиниться.

Шумаков приехал быстро. Как опытный папаша он первым делом справился, спит ли малыш, извинился, что без подарка, прошел вслед за хозяйкой на кухню и продемонстрировал флешку:

— Если бы не ты, ее бы не было.

— Это лучший подарок. — Елена в нетерпении выхватила флешку и вставила в приготовленный ноутбук.

Сначала они смотрели тайную видеозапись из кабинета Баринова вместе. Шумаков комментировал: