Странно, но после слов Матиаса его метка вспыхнула, и он слегка поморщился. Кажется, это были не просто слова.

— Ариадет, малыш, просто скажи, чего еще ты желаешь. А лучше проси всё, но после. Сейчас мне нужно либо уйти и не видеть твои сладкие губы, либо сорвать с них стон удовольствия, — почти с мольбой произнес он, наконец взглянув мне в глаза.

Хриплое дыхание и рычащий голос. Меня завораживал его взгляд. И это странное ощущение власти над его инстинктами отзывалось теплой дрожью.

Особенно будоражило осознание того, что выбор остаётся за мной.

По телу побежали мурашки, а предвкушение лишь сильнее разжигало желание.

Видя, как тяжело дышит этот зверь в обличии чародея, я улыбнулась и сама потянулась за поцелуем.

— После, — выдохнула я в губы дракону. — Сейчас я хочу тебя всего и без остатка, мой дракон, — улыбнулась и подалась вперёд, обхватив его шею.

Матиас тихо зарычал, прижал меня к себе и захватил губы жадным поцелуем.

Новая волна страсти сплетала наши тела так же, как и магия.

И было в этом что-то дико неприличное и одновременно естественно правильное.

Ариадет.

— Страшно, — тихо выдохнула я, уткнувшись носом в плечо своего мужа.

Матиас в очередной раз улыбнулся, поправил чёлку, которая снова игриво спадала на лоб, а потом коснулся губами моих волос.

— Брось, малыш. Не каждый день этюданты видят подобное. Ради такого я даже приказал украсить зал для аудиенций цветами и поставить стулья, — издевательски прошептал почти бывший ректор.

Сегодня было наше прощание с Академией.

Наглый дракон не придумал ничего лучше, чем после своей трогательной прощальной речи и представления нового ректора достать тот самый зачарованный сундук.

Как назло, о пакости я узнала уже перед воротами Академии. И без того переживала, ведь намеревалась встретиться с Камиль и Жюльен. А тут ещё и это издевательство с сундуком.

Матиас нарочно не предупредил меня заранее. Знал, как я переживаю из-за встречи с соседками. И специально тянул.

Мол, подумаешь, публичное выступление. Как королеве мне предстоит пройти и не через такое.

Прощальная встреча и пять минут публичного позора — пустяки.

Возможно, для дракона. Но не для меня.

Расставание с соседками, с которыми мы пусть и недолго, но дружили, оказалось слишком волнительным. Я бы, наверное, просто ушла молча, но после слов бывшего ректора не смогла.

Мари активно помогала профессору Жаке и, похоже, вовсе не заметила опустевший стол. А вот Камиль и Жюльен уже утром явились к ректору. После того как Люсьен отвез меня в родовой особняк, они требовали вызвать стражу и начать поиски.

Кассегрен уверил их, что меня просто вызвали домой, и Академия быстро вернулась к привычной жизни.

По крайней мере, для всех остальных.

Я же решила, что непременно попрощаюсь лично.

И вот этот день настал.

Заклинательница вернулась в Академию Одарённых в этот раз не как бедная буржуа. Но и не как будущая королева. Просто я. Ну и немного жена ректора.

Пустой двор заставил насторожиться, а главный корпус показался непривычно большим.

— Вдохни, Ари, это всего лишь этюданты, — успокаивал меня Матиас. — Поверь, по сравнению с приёмами и делегациями это прогулка в саду.

Да, после отдыха, который обещал мой супруг, нас ждёт коронация. А меня вместо трав и настоек — уроки придворного этикета.

Но сейчас всё это казалось далёким, а вот дверь в Зал Аудиенций была реальной.

И, судя по звукам, все этюданты уже собрались.

— Готова? — спросил Матиас, с беспокойством пожимая мою руку.

Всё, что я смогла, едва заметно кивнуть и сжать его ладонь в ответ.

Дракон распахнул огромную дверь магией, и мы вошли в Большой зал.

Шум стоял такой, что вибрировал воздух.

Этюданты переговаривались, смеялись, перешептывались, пытались рассмотреть сцену, друг друга и профессоров. Судя по гулу, они гадали, кто станет новым ректором.

Эта новость так взбудоражила Академию, что никто не заметил ни нас, ни того, как необычно был украшен зал.

Никогда прежде здесь не проводились торжества. Только собрания и строгие официальные мероприятия.

Но сегодня всё было иначе.

Вдоль стен висели огромные цветы, а расставленные рядами стулья усиливали ощущение, что происходит нечто по-настоящему важное.

Немногие в Шалоте знали о том, что случилось во дворце, и никто из Академии даже не подозревал, что сейчас к трибуне направляются их будущие король и королева.

Правители, на которых они не обратили никакого внимания.

От такого поворота мне даже стало легче дышать.

То ли Матиаса не узнали, то ли до бывшего ректора никому не было дела. Подумаешь, ещё один аристократ, которых в этом зале было более чем достаточно.

Наконец Кассегрен Фонтанель постучал по трибуне, и в зале воцарилась тишина.

Матиас направился на сцену, а я замерла сбоку.

Просто жена ректора. Неприметное светлое платье, расшитое цветами, плащ и обычная причёска. Даже украшения были надеты лишь ради приличия. Точнее, артефакты, замаскированные под украшения.

В отличие от меня дракон выглядел по-королевски. Даже без короны он смотрел в зал, словно не замечая никого и в то же время подмечая каждую мелочь.

Впервые перед этюдантами стоял не ректор, а хищник, который больше не прятал клыки.

— Больше сорока лет я занимал пост ректора Академии Одарённых. Настало время передать эту должность достойному преемнику, — громогласно объявил он.

Прямая спина, спокойный взгляд, уверенные движения. Он не повышал голос, не пытался удержать внимание. Ему это было не нужно.

Зал постепенно затих и словно задержал дыхание.

После короткой, сухой речи Матиаса на сцену вышел Гюстав Трюдо.

Новый ректор.

Он держался чуть напряженно, но уверенно. В его голосе не было пафоса, только спокойная твердость. Он говорил об Академии, о дисциплине, о будущем. О том, что знания должны работать как хорошо налаженный артефакт.

В отличие от остальных, для меня это назначение не стало новостью.

Валериан станет первым советником и будет помогать Матиасу искать более надежных союзников. А вот Трюдо…

Он заслужил своё место тем, что сделал практически невозможное. Создал артефакт, способный запечатать слюну дракона. Более того, он добыл остатки крови дракона и проверил действие артефакта на себе.

Матиас оценил поступок артефактора.

За смелость и смекалку он вознаградил его должностью, на которой тот сможет раскрыть все свои навыки.

Академия — большой артефакт, который должен безупречно работать. А этюданты — нестабильные элементы, которые нужно довести до ума.

Но не один главный артефактор получил заслуженную награду. Все, кто помогал ему в поиске и создании противоядия, станут ассистентами профессоров. Спустя несколько лет самые талантливые из них займут профессорские кресла.

В том числе и Люсьен.

Я видела его мельком. Дорогой костюм, короткая стрижка, строгий, пронзительный взгляд. Ни следа от прежней лукавой улыбки и самодовольства. Кажется, подлый гад всё же получил своё повышение и не только за то, что нянчил будущую королеву.

Представляя, как вытянется его лицо, когда он поймет, что продешевил, я впервые улыбнулась. Он даже не подозревал, что должность — лишь малая часть того, что мог бы получить.

Впрочем, эти несколько месяцев многое изменили. Они показали суть и обнажили истинные лица.

Пробегая взглядом по залу, я безошибочно нашла тех, кого искала.

Мари, Жюльен и Камиль.

Бывшая подруга делала вид, что мы незнакомы, а соседки пытались прожечь во мне дыру.

— Я найду вас позже, — прошептала им одними губами.

Камиль холодно кивнула, Жюльен недовольно прищурилась и показала пальцем, что будет за мной следить. Это выглядело даже забавно. Будто я всё ещё их наивная соседка.