Вот это уже прозвучало по-настоящему страшно.

Несмотря на горячие руки, успокаивающе скользящие по спине, по коже пробежал холодок.

Достаточно убрать меня и у Торнвудов не останется наследников. Ни у короля, ни у его кузена.

— Ни королю, ни своим родственникам, никому не говори, что ты моя пара. Это опасно. И не менее опасно ссориться с Юславией, пока мы не уверены, что у Валериана появится наследник, — жестко добавил он.

Да уж. Я и сама понимала: в моих интересах, чтобы о том, что я заклинательница и пара второго претендента на трон, знало как можно меньше людей.

Проверять, насколько жесток может быть Грегорис Драквор в своём стремлении захватить Версалию, совершенно не хотелось.

Но один вопрос всё ещё оставался.

— А как же помолвка с принцессой? Если ты не объявишь о нашей помолвке, тебе придется жениться на ней.

Внутри снова поднималась паника.

Недавно обретённое чувство безопасности грозило рассыпаться под тяжестью обстоятельств и королевских интриг.

Опять.

Как тогда, когда маму заставили выбирать: спокойная жизнь брата или быть рядом со мной.

И я снова оказалась беспомощной из-за спящего дара. По коже побежали мурашки.

Матиас улыбнулся и крепче прижал меня к себе, согревая магией.

— Тебе не о чем беспокоиться, Ари. Если я на ком-то и женюсь, то только на тебе. То, что наше обручение будет тайным, не делает его недействительным. Ты помнишь, что я говорил тебе об обряде? — уже мягче спросил он.

Я отрицательно покачала головой.

— Я дракон, и мои слова перед алтарем – не просто слова. К тому же я кузен короля, — напомнил он. — Подготовка к приему в честь помолвки с Хелиантой займёт не меньше года. То, что Валериан договорится с Грегорисом, ни к чему меня не обязывает. Во-первых, я уже буду обручен с тобой и не смогу дать обещание ей. Во-вторых, это всего лишь отвлекающий манёвр, чтобы выиграть время.

— Но нам нужно два года. Мой дар проснётся только в двадцать, — напомнила я, понимая, что сроки не сходятся.

Создать артефакт я смогу лишь через два года — значит, тянуть время придётся гораздо дольше.

Вряд ли принцесса, внезапно “вспомнившая” о связи, согласится столько ждать. И уж точно не станет откладывать планы её отец, понимая, что новая заклинательница может всё разрушить.

Не просто так они спохватились именно сейчас.

Видимо, прознали, что Валериан Торнвуд выманил меня из посёлка, и решили действовать.

Сердце застучало в ушах.

Матиас ласково улыбнулся, приложил ладонь к моей груди и отпустил силу. От его руки исходило мягкое тепло, и мой дар потянулся навстречу.

— Я думаю, гораздо раньше, — тихо произнёс он.

В его глазах вспыхнули золотые искры, а внутри меня зажегся крохотный огонёк. Я чувствовала, как сила дракона тянется к нему, словно желая коснуться, но отступает, наткнувшись на невидимую преграду.

— Наша связь пробуждает твою магию, — с довольной улыбкой сказал Матиас. — И, кажется, я догадываюсь, как раскрыть её полностью. Но этот способ мы оставим на самый крайний случай.

И снова он всё решил за меня. Я посмотрела на самоуверенного ректора так, что слова не понадобились.

Матиас улыбнулся шире и приложил палец к моим губам.

— К этому секрету ты пока не готова, — спокойно озвучил он ответ на все дальнейшие вопросы.

Самоуверенность дракона раздражала.

Но спорить сейчас действительно не осталось сил.

Слишком много сразу. Слишком многое требовало обдумать. Не на его руках и не под шёпот магии, которая упрямо глушила разум.

А ещё я совсем не представляла, как именно он собирается вести эту игру с принцессой и не выдать того, что уже обрел пару в другой.

Погрузиться в сомнения мне не позволили.

Рука дракона скользнула по моей шее, заставляя утонуть в его взгляде, а затем лицо обдало горячим дыханием.

— Ты моя пара, Ариадет. Это всё, что сейчас важно. Поверь, за столько лет при дворе я научился играть в эти игры. Я со всем разберусь.

— И посвящать меня в подробности ты, конечно, не считаешь нужным? — тихо уточнила я, не отводя взгляда.

— Не потому что не считаю нужным, малыш, — мягко ответил он. — Так будет проще нам обоим. Наш разговор напугал тебя больше, чем успокоил.

— Если бы я узнала о твоей помолвке с принцессой из слухов, вряд ли это было бы спокойнее, — заметила я.

Дракон улыбнулся.

— Моя недоверчивая пара. Я бы не поступил с тобой так. Ты бы узнала всё от меня. Но в более подходящей обстановке и уже в статусе, который не оставит сомнений.

Я не ответила.

Не потому, что поверила безоговорочно.

И не потому, что согласилась.

Просто в голове звучало слишком много вопросов. Мне нужно было время — определиться, понять, что именно смущает меня во всей этой странной игре в тайную магическую пару.

В груди жило странное чувство, будто я что-то упустила. Но поймать его не удавалось — так же, как и поймать хитрого дракона за хвост.

И я отпустила. Прикрыла глаза и позволила сладкому поцелую смыть страхи, хотя бы на время.

Из кабинета ректора мне удалось выбраться, когда в Академии уже мелькали артефакты, напоминая о скором отбое.

Сначала были поцелуи. Потом дракон вспомнил, что я пропустила ужин. А после мы ждали, когда уйдёт его строгий помощник.

Вечером в кабинет ректора я проскользнула, пока старик Кас носил ведомости для утренних испытаний. А вот выходить оттуда ночью было лишним поводом для слухов.

К счастью, мои соседки привыкли к ночным вылазкам в библиотеку с Мари и потому не задавали лишних вопросов.

По крайней мере — пока.

Ариадет.

Уже следующим утром соседки напомнили, что раскрытие дара и возможная помолвка Матиаса с принцессой — не главная моя проблема.

До конца недели предстояло пройти ещё одно испытание — у старухи Бушар. И по уровню сложности это вполне можно было сравнить с играми с королем Юславии.

Судя по сочувствующим взглядам Жюльен и Камиль, день будет непростым.

Как и встреча, которую мне предстояло пережить.

Соседкам я соврала, что провела вечер с Мари, и уже утром, перед первой лекцией, пришлось отвечать на вопросы подружки.

— Ты не пришла в библиотеку, — косясь на мадам Фонтен, спросила она.

— Испытания выматывают. А одна мысль о том, что завтра предстоит встреча со старухой Бушар, повергает меня в панику. Я просто легла спать, прости, — постаралась соврать как можно убедительнее.

Мари прищурилась, а потом обреченно вздохнула.

— Несмотря на то что магической иглой я могу сшить платье с закрытыми глазами, что-то подсказывает: старой карге и этого будет недостаточно. Жаль, что её не выгнали следом за Дювалем. Академия вздохнула бы с облегчением, — бормотала она, нарезая корень женьшеня.

Мне тоже было жаль, но, кроме ректора, никто помочь и образумить старую ведьму не мог.

Вспомнив, что, несмотря на внеплановый ночной визит, сегодня Матиас ждёт меня на обед, я улыбнулась.

Кажется, нас ждёт преинтереснейшая беседа.

Опять.

***

Старый помощник ректора Академии Одарённых ходил на обед строго по расписанию, независимо от того, что происходило вокруг.

Это было единственное условие, которое он поставил Матиасу ещё в самом начале работы.

За все сорок лет Кассегрен Фонтанель ни разу не нарушал это правило.

Нам такая педантичность была только на руку.

Как и в прошлые разы, я проскользнула в ректорский кабинет, пока стол его сурового помощника пустовал.

Обед прошёл непривычно спокойно.

Матиас попросил дать ему время и жевал, просматривая важные королевские ведомости. А я мысленно репетировала свою душещипательную речь.

— Прости, малыш, я буквально утопаю в бумагах из дворца и письмах опекунов. Боюсь, с поцелуями сегодня не выйдет, — улыбаясь, сказал он, когда молчание затянулось.