Мы с женой оказались как бы в разных научных лагерях, между которыми соперничество разгорелось, увы, не только в виде нашивок. Учёные-химики начали ревновать Механикуса к королевским милостям, поскольку его проекты получили щедрое финансирование, а «химические», увы, оказались подрезаны: типа, порох уже изобретён, где-то построены заводы по его производству, поэтому некоторые направления просто прикрыли, а учёным не продлили контракты, отправив их на вольные хлеба. Моя жена занималась проблемами самовоспламеняющихся смесей, а их совершенствовать можно бесконечно… но чувство солидарности в ней не умерло, так как она искренне считала, что тот же порох получается слишком уж дымный, и его нужно улучшать непременно под научным надзором, а заводские балбесы умеют лишь повышать качество самогонки, получаемой перегонкой браги, но никак не взрывчатые смеси. Мол, нет у них оборудования подходящего, а сами они его придумать не смогут. А, если и придумают, то на заводах всё равно не найти спецов высочайшего уровня, чтобы могли его реально создать.

- Но начальству всегда виднее,.. - попробовал я её остудить.

- Вот иди и спи со своим начальством!- последовал быстрый ответ.

«Химики-авиаторы», помимо прочего, пытались создать нечто похожее на «адский огонь», использованный божегорцами в войне с Ледогорией — ту же смесь лёгких фракций земляного масла с дорогущим соком каучукового дерева. Моей жене приказали создать воспламенители для этой дьявольской смеси, но, тем не менее, её лаборатория так и осталась числиться «химической», а не «авиационной», а её подчинённые продолжали воинственно носить нашивки-«колбы» - ну, прямо как дети малые, честное слово. Брюзжание моей супруги сдвинулось в другую сторону:

- Эти ваши авиационные химики-отморозки, ей-богу, когда-нибудь спалят к Нечистому весь наш посёлок! Они реально не понимают, что быстрое и мощное возгорание может породить ударную волну огромной силы! И что температура горения их дряни может быть такой, что низкосортное железо оплавится, как сливочное масло. При этом они себя тоже химиками называют… хотя каждый из них — ошибка природы и нашего несовершенного образования! Ты же ведь там в «авиации» главный по безопасности?- вот и выгони их взашей к матери Нечистого, найди причину! Пусть других найдут — поумнее!!!- и посёлок целее будет… А то ваши ЭТИ не хотят понимать, что могут погибнуть!

- Дорогая, успокойся,..- я примирительно гладил её по плечам, по волосам.- Поверь мне: самый лучший «огненный» химик — тот, кто смерти совсем не боится.

- Ну, я - «огненный» химик. И я боюсь смерти… ты что, меня дурой назвал?!!

Бац, бац!- и мне прилетело два удара женскими кулачками в грудь как в бубен.

Нет, ну вот что у женщин за логика, а?! Как вот теперь объяснить, что под фразой «самый лучший» я имел в виду вовсе не уровень ума, а способность сохранять хладнокровие даже в яростном бою, когда всё кипит от криков, ругани, звона стали и звуков ударов, и во все стороны летят капли пота и крови? Хладнокровие и точность движений, когда ты берёшь хрупкие взрыватели и одним движением загоняешь их в гнёзда керамических бомб с порохом, а потом эти «горшки» ещё и аккуратно укладываешь в чаши метательных машин, хотя рядом иной раз свистит вражеская картечь, а то и стрелы.

- Нет, ты что?! Я же не мальчишка, чтобы обзываться!- возмутился я.- Помнишь, я тебе рассказывал про одного химика из славного 5-го легиона приснопамятной Божегорской армии? Мы его звали Философом. Вот если бы его к нам, то он давно бы уже сварганил эту дьявольскую смесь,- будь она неладна. Но такого больше не найдёшь, а менять одних дураков на других — извини, я в этом смысла никакого не вижу.

- Да я такого укурка в лабораторию даже на полёт стрелы не подпущу!- возмутилась Ведит.- У нас тут, вообще-то, научный центр, а не наркоманский притон! Нам тут точная наука нужна, а не философия!

Да, вот как-то так интересные девчата с годами превращаются в сварливых баб,- независимо от уровня их образования… а ты страдай.

Солдат не может спорить с научными доводами. Даже если сто раз прав. Внутренний голос мне подсказывал, что интуиция даже для человека учёного лишней не будет, но только вот к Академику со своей интуицией не пойдёшь… ты ему цифру дай или чертёжик какой-никакой, а не подсказки внутреннего голоса типа «мамой клянусь: это был бы для нас очень нужный человек! Он как выкурит две цигарки шмали — всю Вселенную насквозь видит!».

Но, пожалуй, я всё-таки схожу гляну наших «химиков-авиаторов» - как у них там что. Для очистки совести. Мало ли… Может, и правда будет лучше других поискать, а то ведь меня, если что, запросто могут сделать крайним: мол, не туда ты смотрел.

А теперь — самое главное! Вдохните поглубже, уважаемый читатель…

Да, наша скромница-невеста оказалась в рядах химиков. Я ведь сам когда-то попросил Ведит стать подружкой невесты во время свадьбы, а она слишком рьяно взялась за опеку нашей Синички и пристроила её лаборанткой,- благо, девица очень ловко обращалась с хрупкой посудой и оказалась весьма сообразительной и чистоплотной. По крайней мере, для несложной работы на подхвате ей не виделось равных. Более того: она тоже сделала себе вышивку на платье в виде белой колбы, и стала «химиком» куда более рьяным, чем моя супруга, которая, как и я, ко всем этим юношеским забавам относилась снисходительно и непонимающе.

Жених же носил «крылышки» в форме буквы V, как и все, кто его окружал, но только безо всякого фанатизма,- подобно тому, как бывалый воин носит знаки различия, совершенно не обращая на них внимания. Но лишь сам факт того, что «самый главный авиатор» берёт в жёны «химичку» - одно это было способно довести всю нашу экзальтированную публику до истерики.

А ведь всего лишь полгода назад в нашем научном посёлке никто и знать не знал ни про какую «авиацию». Подготовка к свадьбе началась через месяц после начала работы Механикуса, когда среди химиков ещё никого не сократили, и никто никакие дурацкие нашивки не носил… кто вообще первый придумал эти знаки отличия у той и другой стороны?- сейчас даже я не берусь вспомнить.

До начала свадьбы я всё-таки нашёл время, чтобы посетить лабораторию «химиков-авиаторов». Не то, чтобы я очень хотел угодить жене и найти предлог написать рапорт с требованием отстранить «предателей» от работ,- просто хотелось самому во всём разобраться и, как говорится, «без баб».

Рабочее помещение меня восхитило. Ещё бы: казалось, что даже стены там насквозь пропитались запахом земляного масла, и этот ни с чем не сравнимый острый запах смешивался с запахом терпкого табачного дыма, шедшего от цигарок работников, которые те нагло курили прямо на рабочих местах, а не на улице, как того требовал внутренний устав. Оставалось лишь возблагодарить Пресветлого за то, что курили хотя бы не моровку и не самодельные химические смеси, замеченные мной в Божегорской армии.

Каменный пол, стены, спецодежда химиков — всё носило следы маслянистых вонючих пятен. Чтобы поздороваться со мной, их чистоплотный начальник торопливо вытер свою ладонь о полу своего замызганного халата и протянул её мне:

- Приветствую!

Я сморщился, но руку принял.

- Чем обязаны столь высоким вниманием?

- Ходят слухи, что у вас тут не соблюдается безопасность при выполнении работ…

- Брешут!- по простому ответил тот, причём весьма уверенно, не опуская честного открытого взгляда своих светлых карих глаз.

Двое его подчинённых горячо, согласно закивали, а один из них, исполнившись яростным возмущением, даже отшвырнул незатушенную цигарку в угол, где стояла мусорная железная урна, заполненная промасленными тряпками и обрывками бумажек. Не попал, кстати. Впрочем, вокруг урны таких окурков и так валялось с десяток, так что общий вид ни капли не испортился.

Я проводил взглядом полёт цигарки и задумчиво хмыкнул, описав рукой неопределённый полукруг:

- А как ваши успехи… если в целом?

- Господин Механикус уверял, что адская взрывчатка получается из смеси лёгких фракций земляного масла и сока каучука. Но, как мы не стараемся — ничего не выходит! Получается вот такая дрянь,..- он подошёл к столу, взял с него чёрный бесформенный кусок и поднёс к моему носу.- Вот, сами посмотрите.