— А что мне дало то самое прошлое? Что мне дала красота? Куда привели мечты и таланты? Я была одна!

— Ты, блять, мне вопросы пришла задавать что ли?! — возмутился я, и девушка осеклась. Исхирдан же зажал как конь и стал стучать по коленям. Я это проигнорировал. — Что ты готова отдать мне за то, что я дам тебе свое имя?

— Жизнь!

— У тебя ее нет! — легко отпарировал я.

— Тело! — растеряно брякнула НПС.

— Больно надо…

— Тогда я отдам свое имя, душу и мнение! Я отдам всю себя! — вампирша подскочила и молниеносно припала к моим ногам. — Молю! Вы всё для меня!

— Ладно, только отстань! — отмахнулся я и отпихнул ее ногой. — Можешь считать, что я тебя одобрил. И раз тебе делать нечего, топай на улицу и вырезай всех неверных.

— Мой князь! — произнесла дева и воодушевленная помчалась по улице, словно тень — легко и бесшумно.

— И на кой она тебе? — хмыкнул Серпач.

— Понятия не имею, но сейчас она делает мою работу, так что меня все пока устраивает.

— Эксплуататор! Использование труда меньшинств! — подпрыгнул он и указал на меня осуждающим перстом.

— Заткнись, Исхирдан! Сам-то три тыщи покойников отправил твоими делами заниматься, а эксплуататор я?!

— Так покойникам же наплевать!

— Так и она покойник!

— Тупой какой-то спор…. — Серпач сел на место и специально вздохнул, глубоко и грустно. — Как ты думаешь, нас проклянут за то, что мы сделали?

— А тебе, не все ли равно? — лениво уточнил я.

— Нет, как оказалось…. Мы же не только провели свой маленький гешефт, но и фактически, записали себя как главное зло всего этого мира! Мы сейчас как США! Опасные ублюдки с ядерной бомбой и никому непонятными мотивами! — чародей взмахнул рукой и выпустил зеленоватый дым, внутри которого появилось изображение планеты мира Орбиса. — Целый мир против нас четверых!

— Этот мир давно уже не целый, — ответил я и прогнал марево телекинезом. — Орки погибают тысячами от рук людей и Феанора в частности. Эльфы обосновались в своих лесах и с остальным миром только торгуют. Нежить раздроблена на две фракции. Демоны уже целый год из своих земель никуда не выползают, окучивая суккуб как четырнадцатилетние подростки. Гномы хранят север и горы, а драконы вообще презирают всех живых. Этот мир никогда не был цел!

— Пока мы его не объединили, дав одного четкого и понятного врага…. — тихо добавил лич. И на этой фразе мы вновь затихли. Ничего не хотелось делать, было большое желание выпить и забыться. Однако уже спустя пару минут, Серпач поднялся и, как ни в чем не бывало, произнес. — И чего расселся?! Работы мало? Так я тебе подкину! До рассвета пахать будешь!

— Утрись, утырок! — я поднялся и расправил крылья. — Ночь — мое время! И вскоре об этом узнают все!

— Кто здесь?! — громко, но с достаточной долей испуга, крикнул Повелитель зверей, осматривая темные деревья, окружившие его со всех сторон. Руки человека слегка задрожали, а ноздри раздувались при глубоком вдохе. Но учуять преследователя у него никак не получалось. — Выходи! Я тебя не боюсь!

— А стоило бы…. — зазвучал негромкий юношеский голос.

Дратон резко повернулся, поднял тонкий клинок в сторону говорившего юнца. Однако для того чтобы узнать его, много времени не потребовалось. Над почерневшей редкой лесной травой, в десяти сантиметрах над землей завис в воздухе мальчик лет двенадцати, одетый в короткий балахон адепта. Черные волосы парня топорщились вверх без намека на прическу или хотя бы знакомство с расчетской, а глаза юного игрока светились ярче, чем пламя жаркого костра. Зловещая же улыбка с белыми ровными зубами, лишь подчеркивали жуткую картину.

— Ты… — только и сумел произнести Дратон, после чего опустил бесполезный меч.

— Я. А вообще мне больше нравиться обращение на «Вы», — детская сократила разделявшее из расстояние вдвое, на черных губах юнца застыла улыбка. — Так куда ты так бежишь?

— Это не Ваше дело, — нервно произнес игрок. — Я же все равно отсюда не уйду?

— Нет, — слишком коротко, выдавая зрелую личность под маской ребенка, ответил Дамиан.

Дратон уже приготовился к смерти, как вдруг со стороны раздались раздраженные крики и хруст ломаемых веток. Вслед за непонятным шумом, к паре игроков добавился еще один персонаж — очень юная, худая и бледная девушка с яркими голубыми глазами обрамленными темными кругами. Белые волосы девы топорщились во все стороны, ничуть не хуже, чем у Дамиана, а тонкие синюшные губы были слегка приоткрыты. Дратон заметил, что ноги девочки так же не касаются земли, но в отличие от Дамиана, трава вокруг нее не чернела, а напротив — белела.

— Дурацкий Лес! — в очередной раз произнесла девица и мотнула головой, стряхивая сухие листья с волос. — И зачем мы сюда прёмся?! О! Ты его догнал!

— Да, — спокойно ответил темный маг, но больше ничего уже сказать не успел….

Земля, между двумя юными аватарами провалилась на полметра, и в образовавшемся пространстве появилось неясное зеленое марево, быстро набравшее цвет, а затем исторгнувшее из себя двух персонажей — гнома и молодую девушку. При падении, гном успел сгруппироваться, а вот налетевшая на него вторая путешественница — нет. Приличных слов не прозвучало, но само событие дало возможность оному наименее любопытному персонажу удрать «под шумок» — Повелитель зверей доблестно убежал с поляны, где стало слишком людно.

Тушканчик после приземления на Сэда, высказал все, что она думает про свою новую сестрицу, а затем она заметила двоих свидетелей ее появления. Гном помог Волшебнице встать на ноги, после чего повернулся к Дамиану.

— Добрый день! — поздоровался он с юным исчадием тьмы.

— И вам не хворать. Откуда же вы такие выпали?

Ответила ему уже Тушканчик, успевшая оценить обстановку и обоих встречающих.

— И чего ты вечно такой любопытный?! — глаза Дамиана расширились, а улыбка сползла с его лица.

— Тушканчик?! — искренне удивляясь, спросил он.

— Сам догадался, или подсказал кто?! — съязвила сестра Печали и отряхнула платье.

— Поля! Да тебя же не узнать! — удивленно воскликнула светловолосая девушка с именем Кассиопея, и подлетела к волшебнице. — Да ты и повыше стала!

— Так не сижу же на месте! — чуть горделиво произнесла Тушканчик. — А вы чего тут тусуетесь? Опять дурью маетесь?

— Как была занозой в заднице, так ей и осталась, — подлетая ближе, сказал Дамиан, но протянутую руку Сэда он проигнорировал, хотя и задал ему вопрос. — Как дела в горах?

— Да то бы я знал! — засмеялся наследный принц. — Чай уж два года даже рядом не был! Даже новости и те с опозданием получаю!

— Так ты не знаешь?… — темный парень слегка смутился и «отплыл» чуть назад.

— Чего он не знает?! — резко повернулась Тушканчик. — Не молчи!

— Даже не собирался! — окрысился он обнажая острые белые зубы. Сэд при этом нахмурил густые брови. Тушканчик подошла к гному и положила руки на его плечи, готовая ко всему. Дамиан же тихо добавил, — Твой отец, Сэд…. Он погиб две недели назад, на восходящей луне…. Говорят, что на него скала упала…. Соболезную.

— Соболезную…. — тихо добавила Кассиопея.

Наступила тягостная тишина. Все молчали, и лишь Сэд прикрыл глаза и начал читать молитву об упокоении родителя. Тушканчик же гладила его плечи и голову, всем лицом показывая, как ей жаль. До конца произнесения священных слов наследника, никто не заговорил, а с ее завершением, новый король подгорного народа вытер рукавом нос и грустно вздохнул.

— Я не успел на его погребение….

— Мы сходим на его могилу! — слегка пригнувшись, сказала Тушканчик. — Мне так жаль, Сэд….

— Та… — отмахнулся он и, скинув руки, отошел от волшебницы, отворачиваясь от всех присутствующих.

Дамиан подлетел к Кассиопее, и теперь они вдвоем смотрели на грустную Тушканчика и ее вечного спутника, узнавшего о потере отца. Волшебница первая пришла в себя и повернулась к парящей парочке. Тихо заговорила: