— Вот и славно, я никого не задерживаю.

Два командира покинули помещение, остались только мы трое. Лич подошел ко мне, пока я смотрел в бескровное лицо своей подруги, что лежала без каких-либо признаков жизни. Было тихо, лишь где-то в стороне слышалось эхо войны и этой, по сути, бессмысленной бойни. Честно говоря, сначала план был именно в том, чтобы все провернуть тихо и без лишних свидетелей. План вырабатывался несколько месяцев, пока в него не вмешался Исхирдан, раздобывший новую информацию. И именно после этого, было принято решение — брать город на штыки, привлекая максимальное внимание на эту точку локации. Воплощение новой задачи было сжато до двух ничтожных недель, полных суеты, нервов и бессонных дней, но если все срастется — оно будет того стоить.

Пока я размышлял, а Лич просто стоял рядом, русалка открыла глаза и сладко потянувшись, села на свой хвост, как раз на ту его пышную часть, где у всех остальных — попа. Волосы девушки на миг окрасились в рыжий, но почти сразу стали белыми. Она посмотрела на нас.

— Что я пропустила?

— Совет глав. Ничего интересного… — ответил я и потянулся за русалкой, что охотно ухватилась за меня и устроилась на моих руках. Я повернулся к Личу. — Мы к вратам, а ты с нами?

Лич вскинул свой посох, вглядевшись в древко, и кивнул своим черепом.

— А почему бы и нет. До трех часов ночи, мне все равно делать нечего.

Когда мы в это кольцо только входили, я даже представить себе не мог масштабы сопротивления. Уж таких «люлей» мы отхватили от местного ополчения, что едва до наших добежал, благо недалеко было. И до этого дня я никогда не видел боевого Кентавра. Новичков — видел, а вот боевиков не доводилось, а тут еще и довольно знаменитая магичка оказалась по другую сторону баррикады. Хотя во всем есть плюсы, когда Тушканчик увидела конкурентку, то так скривилась, что у меня сердце словно в мед плюхнулось — так это было красочно. Адель — Волшебница Ветра и Мелодии, редкостная пакостница, ее коронный удар — массовая атака магии воздуха. И если вы никогда под нее не попадали, то я вам даже примерно не опишу, как это погано. Больно, обидно и еще какая-нибудь дурацкая мелодия приедается как реклама.

Короче! Не прошли мы и трех кварталов, как на нас вышли два боевых Кентавра, эдакие рыцари со встроенными в задницу конями, все в латах и с тяжелеными копьями и щитами, шлемы с забралами и пышными плюмажами. А на спине каждого еще по магу, что держат магические щиты. И вот вроде их четверо и нас, но меня с Сэдом чуть не убили, а их мы даже не поцарапали. Если бы Тушканчик не подняла стену огня, то хрен бы мы ушли, а так — убежали, поджав хвосты. Два шага назад, вот мы встретили союзную группу, и, казалось бы — нас уже десять, а этих уродов едва смогли задавить. Напряжение ужасающее, сил нет, настроение жуткое, а тут еще и волшебница Адель, что смогла своей коронной атакой нас разогнать как мышей. И только когда я перестал слышать раздирающую тело музыку, как осознал неприятную правду жизни — я потерял остальных!

Хотя не все было столь печально как на первый взгляд, в тот переулок, куда меня занесла «нелегкая», забежало еще два игрока. И как я быстро понял, это были Маг и Дамагер, везет мне на такие пары.

— Сука! — выругался тот, кого я записал в Дамагеры и протер правую руку, по которой струилась кровь от сотен мелких порезов. — Больно, как от бумаги!

— Не ной! — резко ответил маг, у которого все лицо было измазано в красных и грязных подтеках. — Адель! Знал бы, в жизни бы не подписался. А ты кто? — наконец, меня заметили, и я протянул руку.

— Братислав, Боец.

— Слип, Поддержка. А это недоразумение — Маус, Убийца, — вышеназванный класс бойцов довольно редок, как правило, это весьма опасные единицы, но на поле боя от них толку никакого, они сильны один на один или хотя бы перед парой противников. А глядя на этого нытика, так и вовсе в это не верилось.

— Кто еще с вами был? — спросил я, решив не портить новое знакомство своим мнением.

— Да кого только не было. Даже с Феанором недолго прошлись, но разминулись, он малый отряд собрал и в сторону стены слинял, сказал: Дела у него там какие-то. В общем… Как эту тварь обходить? Идеи есть? — я головой покачал. — Ладно, если не мы, то кто-нибудь другой ее пришьет. А ты с кем тусил? Я тебя раньше не видел! — Маг насупился и размял пальцы.

— С Тушканчиком я шел и двумя Неписями.

— Рыли? Прямо с той самой?! — забыв про свою шуточную рану, подскочил Маус.

— Да, но это не так весело как ты себе представляешь.

— Вот те свезло! Я бы, сука, руку отдал ради знакомства с ней! — он повернулся в сторону, откуда мы только что так стремительно бежали. — А она еще там?

— Ты свой пыл поубавь! — вскинулся Слип. — Сам только что бежал как от пожара, чего не убил эту гниду?

— Да я это, того, запаниковал.

— Лошара! — почти сплюнул Слип и покрутил шеей, звонко похрустев позвонками, после чего повернулся ко мне. — Твои в центр идут?

— Да.

— Значит там и встретимся, шансы будут, если не затупим, и время терять не надо, вампы в город уже вышли.

— Их нет, они бегут из города, — сказал я, словно имею на руках доказательства. — У нас в нанимателях тот, кого они сильно побаиваются.

— И тем не менее. Надо идти, в центре Неписей как дерьма в сортире — по ноздри, а нас как это не прискорбно — намного меньше, если не двукратно. Да еще и игроки, что весь день в школу и на работу ходили, сейчас злые, наверно, и жестокие.

С главной улицы раздались громкие хлопки, пара взрывов и снова заиграла назойливая мелодия, от которой зубы заболели. Я скривился, а Слип просто рукой махнул, мол, «Давай за мной», и первый прошел между двух домиков. Крутить носом смысла не было, поэтому я пошел следом, перебираясь через нагромождения бочек, мусорных контейнеров и прочего хлама, что был вытащен в этот проулок неизвестно когда. Крысы под ногами пищали, а временами и где-то кошки орали — город терял свое качество жизни прямо на глазах. Но нам троим сейчас было не до этого.

Следующая улочка вывела нас к небольшой развилке, как у камня на дороге: Налево пойдешь, тебе там голову оторвут; Направо пойдешь, в дерьмо вляпаешься; прямо пойдешь, еще какая-нибудь гадость случится. Но наш водила, похоже, знал дорогу и легко свернул направо. Уже через метров сто по кривым улочкам, мы нарвались на небольшой отряд — два Непися и игрок-Танк.

Слип едва заметил угрозу своей жизни, ловко подскочил и кувырком ушел мне за спину, одновременно выпуская из руки сноп ярких искр, что должны ослепить врага. И логично же, что если бы он меня предупредил, то это бы меня уберегло, но увы. Яркие вспышки надолго запечатлелись на моей сетчатке и даже спустя три минуты, когда я почти вслепую отбивался от такого же ослепленного танка, никто мне и слова доброго не сказал. Благо Маус с этим Магом работали и уже спокойно упокоили двух Неписей, а затем подключились ко мне и за полминуты вскрыли танку оба бока, вывернув крепкие ребра бугая наружу. Зрение еще минут пять не возвращалось.

— Блин, ну реально забыл предупредить, — оправдывался Слип, стоя на почтительном расстоянии, пока Маус тихо хихикал.

— Тогда скажи сразу, чего мне еще ждать от тебя?! — рычал я, растирая несчастные органы зрения.

— Да в таком роде — ничего. У меня три основные атаки — Ослепление, Контроль, Дамаг. Ослепление ты уже видел. Контроль я накладываю с заклинания «Каменные Башмаки», а Дамаг наношу «Кулаком Воздуха».

— И это все?

— Да, ну иногда я еще подсечки делаю, но это если уж совсем близко к врагу стою.

— А еще, — захихикал Маус. — Он может, сука, массовый паралич кинуть, если его бить начинают.

— А, точно, и это.

— Ясно, понятно, — сказал я, огляделся в попытке заметить источники света, и нашел его только в звездном небе. — Все. Кажись, вижу.

Снова дорога с незнакомой компанией, к которой еще привыкнуть надо. Новый дозор нам попался уже довольно глубоко, и повезло сказочно — два Мага и один Дамагер. Слип опять начал с ослепления, а я вновь забыл глаза прикрыть, но ничего — все прошло успешно. Маги были огневиками, а мне на это было начхать — шел по направлению пламени, пока два паникующих волшебника убили союзника прямо в спину, а затем зарезал обоих коротким клинком. Слип тогда меня зауважал крепко, но извиняться за ослепление не стал — я же сам виноват, что глаза не закрыл.