– Месяц точно все будет в норме, а потом опять права качать начнут и все по новой, – задумавшись, изрек Медведь. – Так что ты не задерживайся, а то я сам город к рукам приберу.

– Рожа не треснет? – наклонился я к начальнику гарнизона. – Это мой город! И Бориса, – сделал я комплимент обиженной и немного пьяной птице.

– Мой город! – вскинулся Борис.

– Это никто не оспаривает. Но как мы успеем за месяц-то? – развел руками Лис. – Нам только на дорогу надо не менее двадцати пяти дней.

– Через мост пойдем, – сказал я.

Пьяный Боря вскинул голову к небу.

– Гости прибыли…

Ведьма не ошиблась, так же как и я. К нам прибыла группа скоморохов. Шесть крытых разноцветных телег. Почти три десятка артистов, которые к нашему приходу уже начали выпивать и показывать представления. Наша четверка подошла к воротам, где мы сразу влились в толпу зевак и городской стражи. Я выхватил из толпы одного карлика, что бегал с шапкой и собирал денежки. Судя по шапке – не очень успешно.

– Приведи ко мне Шута, – сказал я карлику. Тот только кивнул и, сменив курс, пошел к группе повозок.

Минуты три мы стояли и смотрели на танцы стройных девиц и одного мастера огня.

– Раздери мой череп… кого я вижу… – обратился ко мне Шут в своем цветастом колпаке и цветастом камзоле. – Хел, собственной персоной. Да при охране… – Шут протянул руку и поздоровался с Лисом, потом с Медведем. Мне и Рону он протягивать руку не стал, но это сделал я. Он пожал руку и вновь прочел меня. – Во, даже так? Мои поздравления, Владислав. Очень рад твоим переменам. И если что, я с вами. Мельдор и мне поперек глотки встал.

– Взаимно. Лису глаза раскрой, – я кивнул в сторону Ловчего, что стоял и смотрел на свою руку. Он услышал мои слова и повернулся с немного затравленным взглядом.

– Не трогай мои глаза, – угрожающе сказал он и опустил руку на пояс.

– Все нормально, это наш человек, – успокаивающе сказал я.

– Лис, он же Ловчий, он же Теневой, он же Меченый. Имя, данное тебе, – Александр, он же Саша, он же Алекс. – Шут поклонился, как дурачок на площади, и махнул отворотами своего камзола. А вот Лис немного поплыл. Шут повернулся ко мне. – Покормишь? А то с дороги как-то голодно и холодно…

– …Я тебе серьезно говорю, что так будет лучше и надежнее, – уверял меня Шут и размахивал руками с зажатыми в них шампурами. – В город попасть вообще не проблема.

– Ты вообще слышишь себя? – я попытался выхватить один из острых предметов из руки Шута, но тот увернулся и отошел.

– Все нормально, командир. Мои ребята не простые клоуны, они всем вашим еще жару дадут. Город на колени поставим за сутки-двое. – Я махнул руками и посмотрел на Алекса.

– А ты что думаешь? – уточнил я.

– Мне кажется, это хорошая идея. Под маской этих балагуров мы без проблем зайдем в город, а там уже наши проблемы. Ты мне золота главное отсыпь, и все вообще в ажуре будет. Даже Рон кивает… – Мы все повернулись на довольного монаха со щеками, измазанными жиром.

– А чего вы на меня уставились? Я просто хочу путешествовать с культурной группой. Не все же мне на ваши мрачные морды смотреть! Я человек высококультурный и люблю развлечения.

– Ясно все. Монаху пофиг, – заключил я и постучал пальцами по столу. – Медведь, что ты скажешь?

– Отличное мясо… Ой, ты про поход… Думаю, Шут прав, без циркового каравана вам будет тяжело в город прорываться. А если его ребята еще и с оружием умеют работать, то все станет на порядок проще. Вопрос – будут ли они драться за вас? – я закинул руки за голову.

– Тогда так и решим. Завтра после обеда мы выступаем. Идем через мост, потом по знакомым дорогам. Никого по дороге не трогаем, внимания больше необходимого – не привлекаем. Шут, можешь остановиться у меня или у Рона.

– Вот те хрен! – подпрыгнул Рон. – Я эту темную шутку не приму! Пусть идет к стражникам, там ему будут рады!

– Брат Рон, вы очень проницательный человек. Я с удовольствием воспользуюсь вашим советом, – ответил Шут. – Люди умные всегда рады моей компании. Жаль, что вы не из их числа.

– Это он меня что, обидеть хочет?

– Рон, помолчи Тира ради. Или останешься в городе. – Я хлопнул в ладоши. – Значит, завтра у ворот после обеда встречаемся…

К сожалению, из города мы вышли не после обеда, а под утро на следующий день. Как оказалось, у меня было очень много забот, а для сбора боевого отряда требуется много времени. Так что мы немного задержались. Вернулись Тихие и принесли немного неприятные новости о странных шайках, что повадились грабить мирное население у дорог. Конкуренты – это плохо. По возвращении придется разбираться с ними. Касательно добровольцев вышел казус – их было более сотни. Пришлось устраивать кастинг, с чем отлично справлялся Алекс, фильтруя народ по уровню их подготовки. Люди Шута восприняли поход на город с большой надеждой и сразу выдвинули требование о награде – половина награбленного отходит их группе. Нефиговый запрос, учитывая, что я не собирался грабить город. Еще одна ночь, и вот мы выходим из ворот. Тридцать восемь «артистов», пятнадцать лучших из числа добровольцев. Алекс, Рон и я с Шутом. Пора строить новую историю.

Первая остановка по требованию случилась на Мрачном мосту. Тролли пропустили нас за три золотые монеты, при том, что Шут с ними говорил как со старыми знакомыми, и что страшнее всего – он их понимал. Еще за десять золотых тролли открыли нам схрон со всеми вещами, что они насобирали за время работы моста и Троллейской кампании. Таким образом, мы немного вооружились и забронировались. Выгодная сделка, для всех. Дальше была обычная дорога, которую скрашивал наш новый спутник. Шут каждый вечер и привал рассказывал нам баллады, пел песни и травил байки, что случались с ним или с теми, кому он жамкал руку. Ехали мы довольно бодро. Еды у нас было много, денег еще больше. Как сказал Шут: «Все кончится, еда, вода, но не деньги. Деньги никогда не кончатся». Он был прав.

На исходе четвертого дня наш шумный караван напал на группу разбойников. Именно так, а не наоборот. Они засветились, а мне как раз надо с ними разобраться по возвращении. В итоге наша дорога была украшена четырнадцатью висельниками. Какое-никакое, но украшение скучной дороги.

Поселок Рыжики встретил нас тепло. Мы переночевали как люди в постоялом дворе, поели свежих овощей и горячей еды с охотничьих угодий. Рон проповедовал местным о благе света и бога Тира, а за его спиной Шут и компания показывали пантомимы описываемых событий и проповедей. Люди смеялись до слез. В Мельдор мы прибыли на девятый день похода после полудня…

– Ты! – Шут ткнул в меня своим тонким пальцем и выдал мне карту с тузом. Пиковым. – Одеваешься, как наш гиревик, типа ты у нас сильный и все такое. В таком виде тебя вообще не захотят досматривать. Ну, по крайней мере, его никогда не досматривали. Ты! – выдал он карту Алексу. Похоже, валет червовый. – Одеваешься вместе с жонглерами, они у нас ножи кидают отлично, так что пронесешь свои клинки без проблем, они все равно короткие, как столовые. Рон… Э-э-э, не переодевайся, в этом городе тебе и так двери открыты. Но задумаешь нас сдать – я лично пожалуюсь на тебя Владу. – Монах сглотнул и посмотрел на меня.

– Правильно. А то нашкодишь, а нам разгребать, – подтвердил я. – Что по местности?

– Я отойду от вас еще у стены, – начал объяснять свою задачу Александр. – Приду в гильдию наемников и обрисую задачу, выясню цены. Если все будет успешно, ты мы группой придем к балагану, нас встретит Шут, который просечет их намерения на раз. Если все плохо, я ухожу за стену и возвращаюсь инкогнито.

– Хорошо. Я тогда выйду из каравана после остановки и прогуляюсь с Роном до храма, разведаю обстановку. С ним меня кантовать не станут, да и его надо выгулять по святым местам. К вечеру все собираемся в этом цирке, – утвердил я.