Магия Смерти, говоришь… Ну‑ну. Лучше побегай‑ка, Штайнер, по Саратову и найди себе дурачка подешевле. По своим зубам.

Утро следующего дня встретило меня плотными серыми тучами, нависшими над всем городом. Воздух был влажным и тяжелым, словно предвещая грозу. Или что‑то похуже.

Я стоял у окна в своем кабинете, разглядывая только что заряженные артефакты. Два кольца – одно с черным опалом, другое с кроваво‑красным гранатом. Оба были трофеями с лича, и оба теперь несли в себе мои заклятья, равно, как и сохраняли свой изначально вложенный функционал.

– Ну что, красавчики, – пробормотал я, провожая взглядом последние всполохи магической энергии, исчезающие в глубине камней. – Пора надеть вас.

Черный опал был заряжен «Щитом Абсолютного Отторжения»– мощной защитой от магии Смерти. Даже если Штайнер попытается ударить в спину, этот артефакт не раз отразит его атаку и, возможно, даже вернет часть урона обратно.

Гранат же содержал в себе «Проклятие Разрыва» – неприятный сюрприз для любого, кто попробует снять кольцо с моего пальца без моего согласия, и трёхразовое создание магических завихрений. Нет – это не негатор магии, скорее – постановщик помех. Не позволяющий её использовать добрых полминуты.

Я надел оба кольца, почувствовав, как их магия сливается с моей собственной. Не зря я их на кровь привязал.

– Теперь можно и к Канину ехать, – оценил я свою подготовку.

Особняк Владимира Владимировича Канина оказался не таким помпезным, как у Готовицкого, но был куда более… основательным. Двухэтажный каменный дом с высокими окнами, окруженный садом, больше напоминал крепость, чем жилище коллекционера.

Меня встретил пожилой лакей с бесстрастным лицом и проводил в кабинет хозяина.

Канин сидел за массивным дубовым столом, уставленным книгами, картами и странными артефактами. При моем появлении он поднял голову и улыбнулся.

– Браво, поручик! Вы прибыли точно в срок.

– Я ценю пунктуальность, – ответил я, оглядывая помещение.

Стены кабинета были увешаны старинными картами, оружием и разрисованы странными символами. В углу стоял стеклянный шкаф, за которым поблескивали десятки древних монет, медалей и украшений. Но больше всего меня заинтересовал небольшой железный сундук, стоявший прямо на столе.

– Ну что, приступим? – Канин постучал пальцами по крышке сундука, – Или сначала желаете чай?

– Если вы покажете то, ради чего я сюда пришел, то чай подождёт.

– Ах, поручик, вы прямолинейны, как штык. – Он усмехнулся. – Но мне это нравится.

С этими словами Канин открыл сундук.

Внутри, на бархатной подушке, лежал… череп.

Но не простой.

Он был покрыт тончайшими серебряными узорами, словно паутиной, а в глазницах мерцали крошечные рубины.

– Череп египетского мага, – торжественно произнес Канин. – Найден в египетской гробнице. Утверждают, он принадлежал верховному жрецу культа Анубиса.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– И что он делает?

– Пока ничего. – Канин вздохнул. – Он… спит. Но я уверен, что в нем скрыта огромная сила. И я хочу, чтобы вы помогли мне ее пробудить.

Я медленно протянул руку, но благоразумно не дотронулся до черепа.

– Вы понимаете, с чем играете? Это древняя и опасная магия!

– Понимаю. – Его глаза горели. – И я готов заплатить.

– Чем?

– Знанием. – Он наклонился ближе. – Я знаю, кто послал Штайнера за вами.

Я замер. Вот прямо так⁈ Канин уже сказал столько, что это даже авансом не назвать.

– Кто?

– Сначала работа, поручик.

Я посмотрел на череп, затем на Канина.

– Ладно. Давайте посмотрим, что он из себя представляет.

Но в тот момент, когда мои пальцы почти коснулись серебряных узоров, дверь кабинета распахнулась.

На пороге стоял барон Штайнер.

Артефакт Смерти.  

Барон Штайнер вошел в кабинет с холодной улыбкой. Его черный фрак казался еще мрачнее в тусклом свете кабинета.

– Ах, вот вы где, – произнес он ледяным голосом. – Как удобно. Теперь мне не придется искать вас по всему Саратову.

Канин резко вскочил, лицо его побледнело.

– Барон! Вы не должны были…

– Замолчите, – отрезал Штайнер, не сводя с меня глаз. – Поручик, вы интересовались, кто я такой. Позвольте представиться – агент Тайной канцелярии Его Императорского Величества. И у меня к вам есть вопросы.

Я медленно убрал руку от черепа и повернулся к нему, сохраняя спокойствие, и даже, улыбаясь.

– Какие, например?

– Например, – его губы растянулись во встречной улыбке, – Почему вы украли артефакты из личной коллекции графа Орлова?

Недоразумение или ловушка?

Мир на мгновение замер. Даже воздух в кабинете, казалось, перестал двигаться.

Я рассмеялся.

– Граф Орлов? Да я и фамилии такой не слышал.

– Не притворяйтесь, – Штайнер сделал шаг вперед. – Мы знаем, что вы прибыли в Саратов с трофеями, добытыми незаконным путем.

– У вас есть доказательства? – спросил я, скрестив руки на груди.

– Доказательства? – Барон усмехнулся. – Вы носите их на себе.

Он указал на мои кольца.

– Эти артефакты. И они числятся в списках пропавших ценностей. Немедленно их снимите и передайте мне.

Канин нервно заерзал на месте.

– Барон, я думаю, здесь какое‑то недоразумение…

– Никакого недоразумения нет, – Штайнер вытащил из кармана сложенный лист бумаги. – Вот ордер на обыск вашего особняка, поручик. И на ваш арест, если вы откажетесь сотрудничать.

Я взглянул на документ. Печать, с виду, была настоящей.

Хорошо сыграно.

Но что‑то здесь не сходилось.

– Барон, – я медленно подошел ближе, – Если вы действительно из Тайной канцелярии, то почему не арестовали меня сразу? Зачем все эти театральные выходки? И куда делись те, кто должен вас сопровождать?

Штайнер замер.

– Вы… не так глупы, как я думал, – он что‑то попытался сделать, но и я уже сформировал Отражающий Щит, а Щит Абсолютного Отторжения у меня по умолчанию всегда активен.

– Спасибо, – ухмыльнулся я в ответ. – Так кто вы на самом деле?

Внезапно дверь кабинета с грохотом распахнулась, и на пороге появился…

– Капитан Юрий Васильевич Погорелов, глава жандармского управления губернии, – довольно спокойно представился он.

Штайнер резко обернулся, его лицо исказилось от ярости.

– Вы⁈ Вам же сказали не лезть в это дело!

– Да, я, – Погорелов устало вздохнул. – Барон Штайнер, вы арестованы за незаконное присвоение полномочий агента Тайной канцелярии и попытку шантажа.

– Это ложь! – закричал Штайнер.

– Нет, это правда, – сказал я, доставая из кармана перстень с усиленной интуицией. – Вы не знали, что я ношу при себе этот артефакт. И он подсказал мне, что ваш «ордер» – обычная дешёвая подделка.

Штайнер бросился к окну, но Погорелов ловко подставил ему подножку, и барон вписался башкой в край массивного подоконника, потом опав на пол сломанной куклой.

– Не советую, – проворчал капитан, глядя на поверженного барона, который был дезориентирован ударом, но делал попытки подняться с пола. – Мои жандармы уже окружили дом.

Канин, наблюдавший за этой сценой, наконец пришел в себя.

– Так… это значит, череп…

– Остается у вас, – кивнул я. – Но я бы не советовал его трогать.

– Почему?

– Потому что он уже проснулся. Вам же Штайнер его вручил? Вот и пользуйтесь на здоровье, но в последнем я вовсе не уверен.

В этот момент рубины в глазницах черепа весьма недвусмысленно полыхнули кровавым светом.