Из магов к концу боя на стенах нас осталось четверо: я, ротмистр и два штабс‑ротмистра. Остальные выдохлись, а когда остались без маны, старшие офицеры отправили их вниз, хотя многие пытались геройствовать, пытаясь вести огонь из личного оружия.

– Прекратить огонь! Десятники, доклад! – потребовал Удалов, когда стало понятно, что мы выстояли.

– У меня один убитый, трое раненых.

– Двое раненых.

– Один убитый двое ранено.

– Четверо раненых. Двое тяжёлые, – со всех сторон послышались доклады старослужащих.

– Хозяйственное отделение – пострадавших нет.

Да, когда бойцы стали выбывать, на стену поднялись старики – хозяйственники. Их появление позволило поддержать нужную плотность огня и не дало Тварям переломить сражение в свою пользу.

– Господа офицеры, – обратился к нам Удалов, собрав нас недалеко от стен погранзаставы, – Есть у кого‑то дельные предложения по третьей волне?

– Могу перекрыть два пролома в ближайшей к нам линии заграждений, но ненадолго, минут на пять – семь, потом сильные Твари смогут пройти, – предложил я.

– Принимается, – оценил ротмистр, – У кого ещё что будет?

– Темнеет. У каждого из нас есть светошумовое заклинание, позволяющее оглушить и ослепить противника, – задумчиво начал штабс‑ротмистр Васильков, – Я понимаю, что резерв у многих почти на ноле, и восстановить вы успели лишь крохи, но так и заклинание не слишком энергоёмкое. На пару раз маны всем должно хватить.

– Вы это к чему? – поторопил его Удалов.

– Предлагаю подпустить следующую волну шагов на сто – сто пятьдесят, а потом разом оглоушить всю стаю залпом таких заклинаний.

– А если ничего не выйдет? – поинтересовался Карлович.

– Значит повторим ещё раз, когда они ближе подойдут. Вот только сдаётся мне, что Тварей не так много осталось. Должно получиться. Оглушим, ослепим, а потом несколько Светляков над полем повесим. Пусть солдаты стреляют.

– Пожалуй, это самое лучшее, что можно придумать. У кого как с магией, господа?

– На два заклинания хватит.

– На полдюжины заклинаний хватит

– Два потяну, – посыпались ответы.

– Треть резерва, – сумел удивить Васильков.

– Почти полон. Минут через десять буду полон без почти, – доложил я в свою очередь, – И ещё примерно с половину резерва в накопителе осталось.

Третья атака у Тварей провалилась благодаря блестящему предложению штабс‑ротмистра.

Когда над второй линией заграждения бахнул десяток оглушающих заклинаний, Твари оцепенели, явно находясь в состоянии контузии.

А я, как пулемёт, без остановки спамил Огнешары, Светляки и Огненные Стрелы, стараясь ими поджечь остатки третьей линии, чтобы подсветить поле боя.

Твари сбежали. Не все, лишь те, кто смог и успел.

Минут через десять я раскинул Поисковую Сеть, посылая её далеко вперёд и вливая максимально возможное количество Силы.

– На версту от стен Тварей нет! – доложил я ротмистру.

– Точно?

– Точней не бывает, – устало улыбнулся я в ответ, – Но вскоре ещё раз проверю.

Через четверть часа проверил ещё раз, и снова с тем же результатом.

– Поручик, вы же понимаете, кто сегодня останется на стене дежурить? – спросил у меня ротмистр извиняющимся тоном. – В шесть утра вас сменят.

– Без проблем, ваше высокоблагородие. Одна лишь просьба – пришлите ко мне Федота с шинелью, а то свежо становится.

Эх, хорошо сижу!

Я укутался в шинель, устроился на чурбачок, и откинувшись на стену, попиваю крепчайший чай, который сам подогреваю магией. Время от времени вытаскиваю из корзины бутерброд, с толстым пластом кабаньего мяса, и любуюсь звёздным небом.

Со мной дежурит мой десяток, поэтому за наблюдение я спокоен. Иногда подходит Самойлов, я его угощаю чаем и запускаю поисковое заклинание. Всё тихо. Твари отступили.

Если в ближайшие пару дней нападений не повторится, то можно считать, что мы выстояли. Тварюшки – мутанты, выйдя из‑под Купола, начинают изрядно силы терять, а через два – три дня совсем квёлые становятся.

Сегодня я отбился от Тварей, генерала, жандарма и пары девиц, которые непонять с чего прибыли на заставу с неясными намерениями.

Пожалуй, такое на личный рекорд тянет.

Хотя, если разобраться и начать барышень сравнивать…

Да ну, к чёрту! Они мне обе нравятся!

Маг седьмой степени  

Пять дней прошло относительно тихо.

Твари три раза выходили к заставе, но как только по ним начинали стрелять, на этом всё и заканчивалось. Твари тут же скрывались. Пуганные стали. И это хорошая новость.

Из очень радостного – я взял Уровень!

Барон Энгельгардт, маг седьмой степени! Не правда ли, весьма неплохо звучит?

Нет, я – прошлый, таким достижением вряд ли горжусь, а вот по местным меркам – это бомба!

Почти нереальное достижение для мага моего возраста и положения!

Последнее важно. Несколько выдающихся наследников самых богатых Кланов Империи выглядят в своём магическом развитии ничуть не хуже меня. Но кто они, искусственно взращённые птенцы, выпестованные на отменной генетике и наилучших снадобьях, эликсирах и методиках, и кто я – бедный офицер, который всего добился сам. Как говорится – почувствуйте разницу!

В мой глиф добавилось две свободные клетки, и я пока в раздумьях – какие же заклинания мне туда разместить, чтобы они оказались в быстром доступе.

Мне бы ещё восьмой уровень взять, и тогда я всех этих аристократов – бройлеров, выращенных на искусственном питании, оставлю далеко за кормой.

Насколько я в курсе, раньше двадцати трёх лет пока никто восьмой уровень не брал.

Я свой уровень держу в тайне. Зависть – не лучшее чувство, и порой она толкает людей на недостойные поступки. Стать магом – «восьмёркой» в девятнадцать лет?

Сказать честно – не знаю, стоит ли про такое кому‑то знать, кроме меня. А это означает лишь одно – похоже, я правильно угадал со сроками, когда мне придётся расстаться с армией.

Армия всем хороша для меня, но не в этом случае. Здесь могут взять и приказом принудить к обязательной проверке магической степени. Маг – «семёрка», ещё куда ни шло, удивятся и разведут руками, а вот восьмую степень мне просто так не простят. Наизнанку вывернут, чтобы разобраться, как такое можно использовать в интересах самых крупных Кланов.

А оно мне надо?

Ещё из хорошего – я сделал себе чётки и теперь часто кручу их меж пальцами, чтобы окружающие привыкли к их виду в моих руках. Поглядеть со стороны – глупое развлечение. Шестнадцать камней – бусинок с забавной шёлковой кисточкой в месте соединения. А фактически – у меня в руках шестнадцать камней – накопителей, добытых с матёрых кабанов – мутантов, и каждый из накопителей размером в мой собственный Источник Силы. Артефакт чрезвычайно сложный и изготовленный на пределе возможностей – моих и пантографа. Для постороннего глаза – безделушка, чудачество эксцентричного барона. Для меня – ключ к невероятной силе и уникальным решениям.

По плану у меня сегодня – день саморазвития. Медитация, прокачка каналов и размышления о новой Печати.

Собственно, к медитации я и приступил.

Вдруг в дверь постучали. Быстро, настойчиво, но без лишней тревоги. Я мгновенно спрятал чётки в потайной карман на груди, мысленно погасив их фоновое свечение.

– Войдите.

Дверь открылась, и на пороге возник силуэт ротмистра Удалова. Но не привычно уставшего, но всегда подтянутого, а взволнованного, почти растерянного.

– Владимир Васильевич, вы не поверите, – он вошёл, прикрыл за собой дверь и опустился на табурет, – Только что посыльный прискакал с соседней заставы. У них… ну, в общем, посмотрите сами.