Саженях в двадцати от меня выставлено чучело, имитирующее человека. Там, под ним, и кровь имеется, вылитая из бутыли. И печень, порезанная на куски, и одна из разрезанных пополам почек, обладающая резким запахом.

Благодаря сапожной дратве я чучело опутал, как паук паутиной, и даже найденные на заставе пустые гильзы подвесил так, чтобы они брякнули, если кто эту паутину затронет.

Свою же позицию я тщательно спрятал. Ждём‑с.

На утро, услышав свист, понял, что всё откладывается, и выйдя на свет божий, помахал рукой.

Нет, я не расстроился. Скорей, наоборот. Была бы стая вампиров большой, они бы уже сегодня пришли, а раз нет – то их нет так уж и много. Все напились крови до отвала, и сейчас её переваривают, впав в анабиоз.

– Ваше благородие, что дальше делать будем? – спросил меня Фома, когда мы возвращались в Ольховку.

– Я спать лягу, а вы меня охраняйте, – поделился я своей нехитрой мудростью, – Кстати, а у хозяев, у которых вы дом сняли, сеновал имеется?

– Есть, как не быть.

– Вот там и посплю. Часов через пять обед приготовьте. Фома, держи рубль на яйца и молоко, а окорок и хлеб у нас свой имеется. Без нужды меня не будить! – предупредил я, когда мы заехали во двор, и я подошёл к убогой лестнице, ведущей на сеновал.

– Так мы и не будем, – как‑то очень ехидно заметил Фома, но я тогда не придал этому значения.

А зря…

Крыланы и награды.  

До заката Солнца оставалась пара часов, и я решил их провести с пользой. Всю прошлую ночь я работал над каналами и расширением Источника, а в перерывах размышлял над усилением своей защиты.

Задачка с Куполом Отрицания пока не решалась. Слишком сложное и многосоставное заклинание, его с кондачка не упростить. Зато я сообразил, как к каменной Коже можно добавить контур ментальной защиты. За неимением бумаги и карандаша черкаться пришлось палочкой по слою пыли. На первый взгляд выходило просто и элегантно. Более того, ни один из блоков нового заклинания не требовал большого количества Силы.

Поглядывая на схематично составленное заклинание, я потянулся к баклажке с квасом. Сделал пару глотков, и невольно начал улыбаться. Собственно, сегодняшнее пробуждение с кваса и начался…

Разбудила меня хозяйская дочка Настёна – девица во вполне подходящем возрасте. Не поленилась, залезла на сеновал с запотевшим кувшином кваса и вполне понятными намерениями. Так что следующий час я провёл на контрасте – холодный квас и горячая девушка.

Настёну понять крайне просто – Ольховка деревенька маленькая. Все на виду. Тут особо не загуляешь, а природа своё требует. Как устоять бедной девушке, когда в трёх шагах от дома симпатичный офицер появился, да ещё и маг. Никак невозможно.

С созданием заклинания я провозился около часа. Это такая боль – пытаться создать надёжную защиту, а потом начинать её урезать, чтобы она оказалась мне по силам. Но в магии чудес не бывает – желаешь получить мощное заклинание, будь добр снабдить его Силой в достаточном количестве.

Нюансы, безусловно, присутствуют. Плохо составленное заклинание может втрое – четверо Силы потребовать, при довольно скромном результате. Но мои – практически идеальны. Понятно, что будь у меня доступ к тем вычислителям, что были в Академии, я бы нашёл, что ещё отшлифовать. Просто интуитивно чувствую, что процента на два с половиной – три удалось бы поднять эффективность каждой единички вливаемой Силы, но что такое три процента… В этом мире даже пятьдесят процентов потерь уже считают допустимой нормой, а тридцать – чуть ли не совершенством!

Когда я поместил заклинание, тщательно собранное и проверенное на три раза, в глиф, то тут же его скастовал. Резерв при активации просел незначительно, процентов на пять, но потом стал пополняться, что при действующем заклинании – совсем неплохой результат.

Я достал нож – засапожник, и начал его остриём тыкать себя в ногу. Ранка всё‑таки появилась, но под самый конец испытания, когда я, уже взяв нож двумя руками, саданул по себе со всей дури и наконец‑то пробил Каменную Кожу.

Хекнув от неожиданности, направил на себя Малое Исцеление и отправился готовить и обновлять инвентарь. Темнеет.

Печёнка, кровь, почка – под чучело. Средства для маскировки запахов – на свой скрыт. Зелья – на пояс. Серебряные пули – в револьвер. Вроде готов.

Удобство Каменной Кожи я оценил с первых же минут, злорадно слушая бессильный писк комаров над ухом.

Гильзы, размещённые на дратве, звякнули, когда ещё полночь не наступила. И хоть я выпил эликсир ночного зрения, но мне пришлось всматриваться. Увидел. Вокруг чучела летали вёрткие полупрозрачные Твари, совершая в полёте такие же неожиданные манёвры, как и летучие мыши. Вот только это не мыши, а куда как более крупные особи. Рамах крыльев – в полторы сажени, не меньше.

Поисковая Сеть отслеживала их перемещения, и я ждал, когда они соберутся в одном месте.

– Оглушалка! – отправил я в полёт своё светошумовое заклинание, влив в него Силу по максимуму, а сам не только глаза закрыл, но и руку поднял, чтобы их прикрыть.

Грохнуло и сверкнуло знатно! Я настолько оглох, что не вдруг услышал визг Тварей, бьющихся на земле.

Судя по тому бестиарию, который мы в училище изучали, у летающих кровососов любого вида очень развиты органы слуха, обоняния и есть ночное зрение. Сейчас эта сильная сторона вампиров превратилась в их слабость.

– Заморозка! – накрыл я большую часть стаи заклинанием по площади.

Оп‑па, ещё двое! Даже летать ещё могут, пусть и плохо. Молния! Огнешар. Остальных четырёх, не попавших в круг холода, но лежащих на земле, пристрелил из револьвера.

Мне это тоже нужно для создания легенды.

Раскинув Поисковую Сеть, убедился, что опасных меток вокруг больше нет.

Хм, артисты закончились, но спектакль продолжается!

Курятник, с дюжиной иссушенных куриц, я обнаружил ещё при первом осмотре заставы. Настало их время!

Тушки куриц я сложил в две кучки на краях плаца, заросшего травой. Потом врезал по каждой куче файерболом, размёл их по поляне Воздушными Кулаками, пустил легкую Огненную Стену, а затем Ледяной Дождь. Его уже в противопожарных целях. Пусть теперь кто‑то усомниться, что там не погибла вторая половина стаи кровососов.

Дальше пошли спецэффекты. Я запустил в небо Огненные Стрелы, затем пару большеньких Огнешаров, Оглушалку, ещё один Огнешар и завершил всё серией из трёх Оглушалок.

Уверен. В Ольховке теперь никто не спит, кроме слепоглухонемых! Все следят за эпической битвой!

А я… ух как я про неё расскажу, но потом. Для этого и был весь цирк затеян.

Тем временем я дождался, когда в зоне Заморозки спадёт холод, и взяв лопату, отправился отрубать головы крыланам. Крупные тварюшки, размером с хорошо раскормленного гуся в туловище, а вот размах перепончатых крыльев куда как больше. Но и шеи у них немногим толще гусиных, с одного – двух ударов лопатой можно перебить. Понятно, что это перестраховка. Но после знакомства с некромантом она мне не кажется лишней.

Летающие мутанты – вампиры хорошо описаны в бестиариях.

Чаще всего в российских аномалиях встречается три вида: нетопыри, летающие лисы и крыланы – летающие собаки. Есть и другие разновидности, но это уже экзотика, и в нашей стране они отмечены, скорей, как исключение из правил.

Чем они опасны? Если не брать в учёт ментальную атаку – то особо ничем особым. Могут покусать, порвать когтями горло и лицо, выцарапать глаза. Но главная их сила – ментальная атака, которая усыпляет жертвы, приводя их в состояние полного бесчувствия. А потом Твари садятся на упавшие тела начинают своё кровавое пиршество. Собственно, так вампиры и сгубили всех военнослужащих заставы «Вепрь – 3».