– А это что? – спросил я.

– А хрен его знает, ваше благородие, – честно ответил Прохор. – С баржи утопленников достали. Не вскрывался, пломба цела. Да кто его знает, что там. Может, просоленные огурцы, а может, порох отсыревший. Берите за полтину – и бог с вами.

Что‑то щелкнуло у меня внутри. Я протянул полтинник. Дома, вскрыв бочонок, я обнаружил плотно утрамбованные, залитые воском… сушеные листья черники. Тот самый ингредиент, о котором мне рассказывал десятник‑травник! Целый бочонок! По местным ценам это тянуло на состояние. Понятно, не для меня, но для мещанина, так вполне. Не иначе мне Бог благоволит или чёрт искушает. Надо же, какое совпадение! Лишь недавно про чернику говорили, и вот на тебе!

Сидя в своем номере в гостинице, я смотрел на разложенные на столе приобретения: астрагал, серебряный свинец, бочонок с листьями черники. И два Георгиевских креста, лежащих рядом. Ирония судьбы была потрясающей. За один поход я получил и значимые военные награды, и заложил основу личного состояния. А ещё имел неосторожность отправить демона из сундука жечь Лондон.

Жизнь действительно была прекрасна и абсолютно непредсказуема. И теперь мне предстояла личная встреча с Ардаматовым, который, я был уверен, предложит мне нечто, что переплюнет даже историю с ифритом.

Вопрос лишь в том, что я хочу на самом деле?

Или в приключения поиграть, а то всё‑таки своей собственной прокачке больше времени уделить.

Честно признаться, пока чистосердечно ответить не готов.

Как‑то сложно всё пошло. Зачастую какие‑то безумные юношеские всплески дают в итоге больший рост магических способностей, чем планомерные тренировки.

И вроде я понимаю, что так не должно быть, но факты упрямо доказывают обратное.

Казалось бы, затихни на время и о тебе забудут.

Так я этого и добивался, но отчего‑то никак не удаётся

Короче, стратегию моего развития стоит пересмотреть!

Проставлялись мы с ротмистром в небольшом ресторанчике, что находился недалеко от штаба и служебной гостиницы для офицеров.

Отметили без лишней помпы и сумасбродств, посидев чуть больше двух часов с дюжиной офицеров. Выпили тоже в меру. Особенно я. Чувство тревоги не отпускало.

Оказалось, не зря. Ночью меня разбудил уже знакомый всплеск магии, но не у моих дверей, а поодаль. Я постарался встряхнуться, переходя в боевой режим, и уже запуская Поисковую Сеть, потянулся рукой под подушку, где у меня лежал револьвер.

Накинув на себя Щит и держа наготове заклинание Паралича я выскочил в коридор. А там темень беспросветная. Оконце на весь коридор одно, у меня за спиной, но света совсем не даёт и ни один светильник не горит.

– Поднять руки вверх и встать лицом к стене! – прокричал я в темноту, надеясь уловить хоть какое‑то движение.

Уловил. Мне под ноги прилетел весёлый шарик, и магия засбоила, да так сильно, что я не уверен, остался ли на мне Щит, а Паралич так и вовсе развеялся. Перебросив револьвер в правую руку я выстрелил в потолок. Чисто, ради вспышки выстрела. Успел увидеть фигуру в тёмном балахоне, которая бросилась наутёк.

Выстрелил вдогонку, первый раз, сгоряча, довольно высоко, но затем три следующих выстрела отправил веером, надеясь попасть по ногам. Попал. Кто‑то звучно упал, а по деревянному полу с грохотом покатился какой‑то предмет.

Нет, я не побежал проверять. В темноте и без Щита это рискованно, а я ещё сейчас и слышу не очень хорошо, после гулких выстрелов в замкнутом пространстве.

Как я и ожидал, моя стрельба не осталась без внимания. В коридор начали выходит постояльцы.

– Кто стрелял? – раздался чей‑то властный голос.

– Пору… штабс‑капитан Энгельгардт, – браво доложил я в темноту.

– И чего вы там стоите?

– Этот негодяй заблокировал мне магию. Если кто может, то дайте свет, – попросил я.

У пары офицеров, находящихся в самом конце коридора, получилось, у тех, кто были ближе ко мне – нет.

– И правда, магия не слушается, – обескуражено пробормотал кто‑то недалеко от меня.

– Тю‑ю, да он сейчас кровью истечёт, – услышал я, направляясь к офицерам, сгрудившимся над упавшим налётчиком.

– Позвольте, господа, – отстранил я пару фигур, загораживающих проход, – Ему нужно сохранить жизнь хотя бы ради того, чтобы узнать, что ему здесь понадобилось.

Среднее Исцеление на лежащее тело в чёрном, благо магия здесь уже работала, и потенциальный покойник стал выглядеть значительно лучше. Пусть в сознание не пришёл, но ещё минута – другая, и кровотечение у него закроется. Когда его тушку выносили, чтобы поместить в камеру гауптвахты, пульс у него был отчётливый и наполненный.

Магия восстановилась через пару минут, а там служащие и пару новых светильников принесли, заменив ими те, которые злоумышленник испортил. Тут‑то мы все и заметили связку ключей в замке номера, который занимал Удалов.

– А вы знаете, господа, – один из офицеров поднял с пола массивную трость, укатившуюся к стене, – Тут, похоже, не просто клинок. Смотрите – дол, и он заполнен чем‑то темно‑зеленым и липким. Пахнет, простите, падалью.

Все посмотрели, ну, и я тоже. Действительно, есть на клинке жёлоб, и это никак не кровосток, раз он полностью заполнен каким‑то смолянистым составом.

– Надо же, первый раз отравленное оружие вижу, – услышал я из‑за голос Удалова из‑за спины, – И что, меня этим хотели убить? Но зачем?

Во! Вопрос вопросов!

Теперь уже не только я под удар попал, но и начальник погранзаставы. А это, знаете ли, весьма сильно сужает список интересантов. Очень хочется завтра допросить убийцу – неудачника, чтобы подтвердить свои выводы.

Увы, но допросить убийцу не удалось.

Во время завтрака от офицеров узнал, что ночью был убит часовой, а вместе с ним и наш пленник.

И вот это уже не просто звоночек… набат! Кто‑то старательно и умело зачищает следы. Мне сердце и весь мой жизненный опыт вещают, что этот «кто‑то» входит в близкое окружение генерала Кутасова. Нет, но каков наглец!

Из‑за досадного происшествия нам с Удаловым пришлось задержаться в Царицыне на два дня. Следователи и дознаватели землю рыли, но безрезультатно. Отчаявшись, даже нас попытались приплести, изводя дебильными вопросами об одном и том же, но мы лишь посмеивались, советуя им заняться делом, а не ерундой.

Чтобы какой‑то дознаватель сумел запугать или запутать боевого офицера, да ещё и мага – даже не смешно. Доминировать в разговорах у них никак не получалось.

На свою родную заставу мы вернулись, как домой. Нас ждали. Вечер в офицерском собрании состоялся – куда там невзрачному и не слишком радостному ужину в ресторане Царицына! Мы с офицерами во всю широту русской души гульнули!

На следующий день я подробно расспросил одного знакомого десятника про всё, что он знает о чернике.

А на следующее утро я приступил к новому проекту. После истории с отравленной тростью стало ясно: сила – не только в заклинаниях и револьверах. Есть рычаги потоньше. И один из них – женская красота. Тот, кто может подарить молодость, владеет умами и кошельками. А я, как назло, нынче обладал и рецептом, и сырьем.

Быстро и недорого подтянуть грудь и кожу лица… За такое средство женщины, особенно те, что в возрасте, на многое пойдут. И гораздо на большее, если привыкнут, а потом вдруг узнают, что теперь им, по чьей‑то вине, оно станет недоступно. Ой, не завидую я тому человеку… Концентрированная волна женской ненависти сродни цунами. Она безжалостна и не смотрит на титулы и должности.

А пока мне нужны добровольцы. Обычные бабы трёх возрастных групп. Начиная лет с двадцати пяти и старше. И я, кажется знаю, кому можно поручить эту работу – Дуняше и её матушке. Всего‑то нужно их материально заинтересовать, и дело пойдёт. Нет, ну не самому же мне потом баб щупать, чтобы понять, как эликсир сработал.