Хе‑хе, четыре секунды, не меньше. Я же его уже просчитал, когда мы вместе в рейд ходили.

– Постоянные тренировки, в том числе, для поддержания тела. Диета, с мясом тварюшек из‑под Купола, эликсиры. Развивающие упражнения. Короче – классика. Всё в учебниках довольно подробно описано. Надо только эти проверенные рекомендации тщательно исполнять, и будет вам счастье!

– И что, никаких других путей нет? – чуть ли ни с детской обидой спросил Львов.

Нет, ну прямо, как пацан, который просит старшего брата показать ему какой‑то " секретный приёмчик".

– Конечно же, они есть! У меня одно интересное зелье уже почти на выходе. Наш лекарь может подсказать вам некоторые иные пути развития. И довольно недорогие, – не стал я полностью сдавать Шварца.

Пусть лекарь сам решает, нужно ему признание, как алхимику, или нет.

– А вы, поручик, небось желаете до восьмёрки дорасти? – поинтересовался Львов.

– Пум‑пурум… – посмотрел я в небо, – Ну, хотелось бы. И как можно раньше.

Угу, месяца через два – три. Но этого я говорить не стал. Рано. Не поймут‑с…

Просто поднялся со скамейки и отправился на обед.

А после обеда у меня следующий этап – зельеварение.

Со стороны может показаться, что алхимия и травничество – это сёстры – близнецы, но на самом деле – далеко не так. Химия и фармакология имеют некоторые общие черты, но это отдельные ветви науки и производства.

Мой интерес в этом вопросе прост и прям, как оглобля. Мне нужны зелья, которые обеспечивают рост магического конструкта, но не стакаются меж собой и алхимией. Да, проще говоря, работают независимо друг от друга.

Первый успех в травничестве меня окрылил и я, ничтоже сумняшеся, принялся за гораздо более сложный рецепт.

По своему итогу им может оказаться вовсе не настолько эффективный продукт, как алхимический эликсир, но поднять уровень всего  магического конструкта на семь – восемь процентов… И, практически, бесплатно! За сто рублей! Всего лишь за три дня двухразового приёма. Великий соблазн!

Остались мелочи. Осталось только лишь сварить это зелье, заправив его Силой. Заодно и угадать с травами. Все они уже собраны и подготовлены, но вот вовсе не факт, что зелье сработает так, как надо.

Но я процесс варки уже запустил. Ещё полчаса – и результат будет получен.

Но есть и отрицательный момент.

Из тех, на ком новое зелье можно проверить, полностью доверяя мнению и результату, у меня есть только я сам.

Очередное письмо от дяди я читал, как откровение свыше. Опальный профессор органической химии полностью проникся реалиями современного помещичьего образа жизни. К слову сказать, не самого сладкого. Имение ему досталось в разорённом состоянии, а усадьба была практически непригодна для проживания.

За неполных пять лет он организовал у себя в Батищево «рациональное хозяйство», вместе со школой для подготовки «интеллигентных землевладельцев».

Дядюшкой были выполнены работы по использованию фосфоритной муки в качестве фосфорных удобрений в Смоленской губернии. Важное значение он придавал зелёному удобрению. Он отмечал, что фосфоритная мука и сидерация – средства для приведения в культурное состояние громадных масс северных земель. Профессор оказался активным сторонником и пропагандистом применения известкования и минеральных удобрений в сочетании с органическими удобрениями, а сведения про его небывалые урожаи передавались из уст в уста.

Отчего, прочитав письмо, я стойку сделал, как охотничья собака, которая почуяла дичь – так всё же понятно. Дядюшка мне нужен, и срочно! Земель у меня в разы больше, чем у него, и людей хватает. А климат какой!

Но ничего отвечать я ему сразу и вдруг не хотел. Раздумывал.

У меня есть, с кем посоветоваться. Прохиндеи от закона наверняка найдут лазейки, согласно которым место ссылки опального профессора можно будет изменить. К примеру, сославшись на дядюшкино нездоровье и почтенный возраст.

Глядишь, и появится в Поволжье нормальное помещичье хозяйство, которое станет другим примером.

А я… А что я? Могу слегка магией подсобить. Пусть не друидской, но урожайность она заметно подымет, а если насекомые поля жрать начнут, то и на них найдётся управа. Артефакторная, и возможно, придётся зелья варить. Но это пока не точно.

Не зря же я факультатив по бытовой и прикладной магии старательно посещал. Вот и посмотрим, как бытовая магия в этом мире работает. Предполагаю – буду удивлять.

После долгих размышлений я всё же решил написать дяде:

"Уважаемый Александр Николаевич!

Ваши успехи в сельском хозяйстве не могут не восхищать. Я же, находясь на службе у границы, столкнулся с проблемой: земли здесь плодородны, но методы их обработки оставляют желать лучшего. Ваш опыт был бы бесценен. Если здоровье позволит, рассмотрите возможность переезда. Климат здесь мягче, а возможности – шире.

С уважением, ваш племянник Владимир.

p.s. Земли у меня раз в пять больше, чем у Вас".

Письмо получилось суховатым, но суть ясна. Осталось ждать ответа.

Зелье я сварил, но отчего‑то пить его не решался. Останавливал себя тем, что у меня ещё алхимический эликсир не улёгся и результатов не показал.

Но на следующее утро ко мне заглянул штабс‑капитан Львов.

– Владимир Васильевич, вы говорили про зелье… – неуверенно начал он

– Да? Ну, хорошо. Говорил, – вынужденно признался я.

– Я хочу попробовать.

Я поднял бровь, пытаясь выразить недоверие и недоумение.

– Шварц разрешил? Или вы сами желаете рискнуть? Предупреждаю, это опасно. Вы уверены?

– Нет. Но я всё равно хочу, – удивил он меня своей логикой.

– Рискованно, – покачал я головой, – Надо бы как‑то это зелье проверить.

– Давайте проверим на мне.

Я лишь вздохнул.

– Ладно. Но если вдруг станет плохо – сразу бегите к лекарю.

Он кивнул.

Так у моего экспериментального зелья появился первый доброволец.

К нашему исследованию я привлёк Шварца, объяснив ему, что и как.

Он молча собрал сумку и проследовал за мной во двор моего дома.

– Начнём? – несколько нервно спросил штабс‑ротмистр.

Лекарь вздохнул, но достал диагностический артефакт – небольшой медный диск с руническими насечками.

– Давайте сначала вас проверим, – настоял Шварц.

Приборчик у него убогий. Да, десять процентов роста он отразит, а вот остальное – в пределах погрешности.

– Пять и пять, – озвучил цифры Эммануил Давидович.

Полстакана зелья Львов выпил залпом.

Не, я же не дурак. Оттого и ограничился неполной дозой.

Шварц за ним следил. Задавал вопросы, и даже молоточком штабс‑ротмистру по коленям стучал время от времени, отслеживая его реакцию.

– Визуальных проблем нет, – минут через двадцать уверенно заявил лекарь, – Давайте произведём замеры.

– Да что там мерить, если это только первая порция из незаконченной серии. Дня через три, не раньше стоит мерить, – высказал я своё мнение.

– Тем не менее, – настоял на своём Шварц, и Львов его поддержал.

– Пять и шесть, – слегка напряжённым голосом вскоре заявил Шварц, – Производим повторный замер…. Пять и шесть!

– Пф‑ф‑ф… Пу‑пу‑пу… – только и нашёл я, что сказать в ответ.

Нет, ну а чо… Так точно не должно было быть!

Саратовские вечера  

Саратов встретил меня лёгким утренним туманом, звоном колоколов и запахом навоза на припортовой площади.

Наняв извозчика, я отправился к себе в особняк. Ну, как к себе. Не так давно я там с некромантом чуток повоевал, и по идее, мой нанятый управляющий должен был какую‑то прислугу в мой новый дом найти.