В квартире Фаренги налетчики применили свою обычную технику взлома, громко предупредив, что нужно открывать, и зажав между дверным косяком и замком специально разработанный инструмент «Кролик». Через пять секунд замок с треском отскочил. На недоумевающего 40-летнего Бобби Фаренгу, пузо которого выпирало из нижнего белья, надели наручники, пока ему зачитывали права Миранды. Обыскивая двухкомнатную квартиру, полицейский детектив заметил заряженный пистолет 25-го калибра, лежащий на ночном столике, рядом с кроватью спутницы Бобби. Шилиро приказал арестовать женщину за хранение оружия. Пока на нее надевали наручники, сознание Фаренги начало проясняться, и он понял, что агент с заметными усами руководит шоу. Выслушав предъявленное ему обвинение, Фаренга попросил разрешения поговорить наедине с Шилиро в другой комнате. Его первый вопрос касался того, какой срок ему грозит за осуждение на половину «К». «От двадцати до двадцати пяти», — сообщил ему Шилиро. Федеральные законы о наркотиках были жесткими даже для тех, кто впервые совершил преступление.
«Отпустите ее, — прошептал Фаренга. — Сделайте ей поблажку. Я могу дать вам кое-что очень хорошее. Я знаю, где хоронят трупы». Используя пару ругательств, Шилиро предупредил Фаренгу, что его советы должны быть ценными и точными, если он хочет помочь себе и своей девушке. «Не тратьте наше время, иначе у вас будут большие проблемы».
Фаренга сказал, что может привести налетчиков этой же ночью к зданию в районе Уильямсбург в Бруклине, где спрятаны два тела. Затем Фаренга ошарашил Шилиро еще одним утверждением: это были киллеры мафии. «Если вы ее отпустите, я отвезу вас туда прямо сейчас». Не теряя времени, Шилиро поспешил засунуть Фаренгу в штаны, и Бобби и его похитители преодолели десятимильный путь до другого конца района примерно за двадцать минут.
У одноэтажного кирпичного склада в мрачном промышленном районе на Скотт-авеню Фаренга остановился на пандусе перед погрузочной платформой. «Вот где вы найдете Коротышку, его ноги указывают на склад», — уверенно сказал Фаренга. Используя две кувалды, хранившиеся в багажниках их автомобилей, агенты и детективы мало продвинулись вперед, взламывая бетонную поверхность. Им потребовалась помощь. К трем часам ночи на место происшествия прибыло подразделение экстренных служб полицейского департамента, используемое для спасательных операций и захвата заложников, с огромными фонарями, работающими от генератора, бурившими отбойными молотками и экскаватором, чтобы вырезать участок пандуса. На глубине двух-трех футов под поверхностью копатели обнаружили кости — но они принадлежали курице, а не человеку. Открытие обрадовало Фаренгу. «Когда мы его хоронили, у нас был заказ жареной курицы на вынос, и кто-то, должно быть, бросил кости в могилу, — успокоил Бобби Шилиро. — Это правильное место». Очевидно, что ребята нагуляли аппетит, копая могилу.
Еще один фут копания привел к обнаружению тела Томми «Коротышки» Сперо, мафиози из Коломбо, завернутого в спальный мешок. Затем был найден второй труп в пластиковом чехле. Это были останки Ричарда Скарчеллы, подельника Дженовезе. Второй труп оказался именно там, где и говорил Фаренга: под писсуаром на складе. «Каждый раз, когда мы мочились, мы говорили, что это Ричи», — беззаботно рассказывал Фаренга Шилиро.
Несмотря на то что Фаренга был в затруднительном положении, он становился все более расслабленным, почти веселым по мере того, как длилась ночь, а его информация о спрятанных телах подтверждалась. Вызванный посреди ночи в местный полицейский участок, владелец склада прибыл со своим адвокатом, привлекательной женщиной в красном вечернем платье и туфлях на высоком каблуке. Лавируя вокруг глазеющих полицейских, адвокат споткнулась, и Фаренга его поддержал. «Спасибо, вы настоящий джентльмен», — сказала она. — «Нет, леди, я преступник», — отрезал он. Владельцу склада было не до шуток. Он недавно приобрел эту собственность, а теперь агенты и детективы ФБР допрашивают его о двух трупах. Вопросы были обычными, и у него не было причин для беспокойства. Фаренга уже рассказал Шилиро о бывшем владельце здания, который был глубоко замешан в обоих убийствах.
После эксгумации двух тел Шилиро с нетерпением выслушал отрывочные рассказы Фаренги об убийствах, когда они сидели в машине у склада. Фаренга раскрыл два ранее неизвестных мафиозных убийства, совершенных одной и той же командой киллеров, работавших на семью Дженовезе. Он также приоткрыл дверь к другому, более интригующему открытию. Ему было известно о многомиллионном мошенничестве и махинациях на торгах, которые проводили четыре семьи Козы Ностра. Арестовав мелкого наркоторговца, ФБР столкнулось с двумя переплетенными делами. Хотя связи Бобби Фаренги с семьей Дженовезе были весьма отдаленными, Шилиро знал, что его пленник более ценен для отдела по борьбе с организованной преступностью, чем для его оперативной группы по борьбе с наркотиками. Отряд Луккезе уловил сигналы о новом сговоре по строительству многоквартирных домов, и Шилиро предупредил агента, занимавшегося этим делом, Ричарда Рудольфа. Рудольф и федеральные прокуроры в Бруклине Чарльз Роуз и Грегори О'Коннелл немедленно приступили к допросу Бобби Фаренги. (Роуз и О'Коннор были теми же прокурорами, которые занимались делом Гаспайпа Кассо).
Историю двух убийств было легко собрать. Начиная с середины 1970-х годов Фаренга участвовал в сделках с наркотиками вместе с Джерардом «Джерри» Паппой, солдатом семьи Дженовезе, и Питером Савино, который, как и он, был соратником Дженовезе. За годы работы он помог Паппе расправиться с пятью жертвами. Паппа выполнял грязную работу, а Фаренга и Савино выступали в роли сообщников или помогали избавляться от трупов. Два трупа на складе в Уильямсбурге были спрятаны там, когда Савино владел зданием.
Ричард Скарчелла был убит в 1978 году. Будучи каменщиком и подручным семьи Дженовезе, Скарчелла допустил роковую ошибку при ремонте дома Фрэнка «Фанци» Тиери, иерарха семьи: он попросил Тиери оплатить строительные материалы. Тиери поручил Паппе «отработать» Скарчеллу за неуважение, проявленное им при получении денег от аристократа мафии. Это был не заказной контракт. Но Скарчелла был крепким орешком, и, опасаясь, что он может отомстить за грубое избиение, Паппа решил, что будет целесообразно его пристрелить.
Вторым трупом на складе был Шорти Сперо, капо из Коломбо, пропавший семь лет назад. Сперо обчищал и грабил наркоторговцев в Бруклине, и Паппа, Фаренга и Савино разделили между собой вознаграждение в 500 000 долларов от наркоторговцев за избавление от Сперо и его брата. Идея Савино состояла в том, чтобы поместить тела на склад во время строительных работ; только что залитый бетон создал бы идеальные скрытые могилы.
Информация Бобби Фаренги была надежной, и убийство можно было считать раскрытым. Но Джерри Паппа, стрелок и заклятый злодей, был мертв — семь лет назад его разорвало на части выстрелами из дробовика. Более убедительным для Ричарда Рудольфа и прокуроров был описанный Фаренгой межсемейный мафиозный заговор с участием в торгах. Его заявление дополнило слухи агентов о том, что мафия выкачивала миллионы долларов из контрактов с Жилищным управлением Нью-Йорка — агентством, которое строило и обслуживало огромные проекты общественного жилья. Фаренга знал в общих чертах схему, но не имел конкретики. Он вложил деньги в компанию по производству окон, организованную Питом Савино, которая была важной частью аферы, но всегда находился на задворках заговора, и его знания черпались в основном из того, что говорил ему Савино. За несколько лет до этого Савино бросил его как партнера по преступлению и бизнесу. Бобби занимался торговлей наркотиками, а не окнами, и его информация об афере с Жилищным управлением была неточной и устаревшей. Но он знал, что Савино, за которым стояли четыре семьи, разработал надежный план по подтасовке предложений на установку окон в проектах Жилищного управления. Ключом к разгадке того, что прокуроры сразу же прозвали «делом об окнах», был Пит Савино, никому не известный мафиози.