В прошлом Кассо не раз намекал, что подкупленные агенты федеральных и местных правоохранительных органов тайно передают ему ценную конфиденциальную информацию. Он придумал прозвище «Хрустальный шар» для коррумпированного крота, который сообщил о его собственном готовящемся аресте.
Теперь Кассо торопливо посвящал Д'Арко в детали. Через два дня будут оглашены федеральные обвинительные заключения против него, Вика Амузо и высокопоставленных членов семей Дженовезе, Гамбино и Коломбо. Их привлекли к ответственности по обвинению в предпринимательстве по закону РИКО, связанному с контролем мафии над контрактами на установку окон в городских жилых комплексах путем вымогательства и подтасовки тендеров; расследование получило название «дело об окнах».
Босс «Луккезе» Вик Амузо уже скрывался в своем убежище. «Что ты делаешь? — спросил Д'Арко. — Тебе тоже лучше убраться отсюда. Откуда ты знаешь, что ты не пойдешь к себе домой, а там тебя будут ждать? Тебя прижмут».
Уверенный в том, что его информация — предположительно полученная от нечестного сотрудника ФБР — была точной и что аресты были назначены на следующий понедельник, Кассо объяснил причины, по которым он стал беглецом. Он и Амузо считали, что после суда над другими обвиняемыми у них будет больше шансов победить. Первые судебные слушания позволят оценить доказательства обвинения и их силу. Если бы Амузо и Кассо предстали перед судом позже, то адвокаты были бы лучше вооружены для юридической борьбы.
Кассо доставил и другие важные новости. Пока Амузо и Кассо не было дома, Д'Арко исполнял обязанности босса, хотя и не имел официального титула. Основные политические решения по-прежнему будут принимать Амузо и Кассо, и они придумали хитроумную систему связи с Д'Арко из своих укрытий. Вручив Д'Арко список телефонов-автоматов и мест их расположения в Нью-Йорке и на Лонг-Айленде, Кассо сказал, что будет звонить ему по этим номерам. Курьер сообщит ему, когда и куда он должен звонить. Эта система была призвана помешать правоохранительным органам прослушивать разговоры мафиози и отслеживать их звонки.
«Увидимся, — сказал Кассо, завершая встречу. — Я буду на связи. Вы — босс. Не волнуйтесь. Делайте только большие дела, не беспокойтесь о мелочах». Перед тем как расстаться, Кассо крепко обнял Д'Арко, и на глаза бессердечного убийцы навернулись слезы.
Альфонс Д'Арко был относительным новичком в командовании. Его карьера в семье Луккезе была утомительной и бесперспективной. Невысокого роста, лысеющий и в целом немногословный, он был одним из тех мафиози, которых легче принять за послушного клерка, чем за сильного гангстера. Большую часть своей мафиозной жизни он провел в роли разбойника, мелкого служащего, подражателя, замешанного в преступлениях, в которых, как считал человек или капо, он может быть полезен в качестве соучастника. Бруклинский мальчик, имевший несколько родственников, связанных с мафией, вырос в кварталах, где на Козу Ностру смотрели как на естественную часть пейзажа. По словам Д'Арко, «это было похоже на лес, и все деревья вокруг него были парнями из организованной преступности».
Формальное образование имело для Д'Арко второстепенное значение, и уже в пятнадцать лет он работал полный рабочий день на легальных подсобных работах, пытаясь втереться в доверие к банде Луккезе в Канарси, районе среднего класса в Бруклине. Так и не сорвав крупный куш, он зарабатывал на жизнь тяжелым трудом, участвуя в различных преступлениях: ограблениях, кражах, поджогах, угонах, букмекерстве, игре в кости, подделках и одном ограблении бронированного автомобиля — в любом незаконном деле, где он мог вписаться в качестве сообщника. Его единственная попытка провернуть крупный трюк в одиночку закончилась неудачей. Его поймали при попытке вложить 500 000 долларов в украденные фондовые сертификаты, и в двадцать девять лет он был приговорен к пяти годам заключения в тюрьме Синг-Синг.
Вернувшись на улицы в 1966 году в качестве подельника банды Канарси, Д'Арко продолжил зарабатывать на жизнь своими старыми ремеслами, в первую очередь нелегальными азартными играми и ростовщичеством. Он также попробовал свои силы в торговле наркотиками — самом надежном способе быстро заработать большие деньги. Так и не добившись успеха в качестве оптового торговца героином и кокаином, Д'Арко завел важные связи в семье Луккезе благодаря попыткам заключения сделок с наркотиками, а также связался с парой новичков, Виком Амузо и Энтони Кассо.
Долгие годы службы Д'Арко в команде Канарси наконец были вознаграждены, когда в 1982 году, в возрасте пятидесяти лет, он был введен в список лучших людей, причем вел церемонию сам Дакс Коралло. У Д'Арко, страдающего от невезения, почти не было времени, чтобы насладиться или воспользоваться своим повышением в ранге солдата. Через несколько месяцев после того, как он стал официальным мудрецом, его приговорили к тюремному заключению сроком почти на четыре года. После ареста по делу о торговле героином он заключил сделку о смягчении наказания. Выпущенный по УДО в конце 1986 года, Д'Арко вернулся на фоне тектонических изменений в клане Луккезе. Амузо и Кассо захватили власть в боргате.
Капо команды Д'Арко в Канарси, Пол Варио, умер по естественным причинам в 1988 году, предоставив Амузо и Кассо идеальную возможность назначить своего человека капитаном одной из самых богатых семейных группировок. Несмотря на ничем не примечательное мафиозное прошлое, мизерные доходы и ограниченный срок службы (более половины которого он провел в тюрьме), выбор пал на Аль Д'Арко. Он обладал главными качествами, которые требовались боссам: благодарностью, лояльностью к ним за быстрое продвижение по службе, послушным исполнением приказов и непритязательностью, которая практически гарантировала, что он никогда не будет представлять угрозы для боссов. Почти с самого начала своего сотрудничества с семьей Луккезе Д'Арко называли «Маленьким Элом». Амузо и Кассо считали, что он заслуживает более яркого прозвища. Его безобидная наружность и неброский внешний вид — он предпочитал твидовые пиджаки, белые рубашки и скромные галстуки — побудили их язвительно называть его «Профессором».
Вместе с продвижением по службе Д'Арко получил огромное финансовое подспорье. До этого он держал комбинированный букмекерский киоск и закусочную «Гамбургер Палас» в районе манхэттенских доков Вест-Сайда, чтобы дополнить свои скудные доходы от мафиозных операций с номерами и ростовщичества. Внезапно, благодаря Амузо и Кассо, его карманы пополнились. Одним из его прав как капо было получение «шиложопой книги» своего предшественника, которая включала первоначальный взнос в 160 000 долларов и еженедельный доход около 10 000 долларов: кроме того, его доля в доходах его команды — четырнадцати бойцов и около сотни подельников — приносила ему несколько тысяч долларов в неделю. Значительная часть этих сокровищ была получена за счет ограбления компаний, занимающихся авиаперевозками, пекарен и похоронных бюро.
Ранее Д'Арко переехал на Манхэттен из Бруклина, и его стремительно растущее богатство позволило ему открыть ресторан La Donna Rosa в Маленькой Италии. Ресторан, ставший новым залом собраний Луккезе, находился на площади, названной в память о лейтенанте Джозефе Петросино, нью-йоркском детективе, убитом сицилийской мафией на рубеже двадцатого века. Благодаря мафии и политическому влиянию Д'Арко выбил из штата приз, которого добивались миллионы ньюйоркцев: недорогую квартиру с субсидированной арендой. Идеальная для Д'Арко квартира находилась в престижном районе Маленькой Италии, недалеко от ресторана La Donna Rosa. Держась подальше от мафиозных клубов, чтобы не попасть под наблюдение правоохранительных органов, Д'Арко использовал ресторан как удобное и безопасное место для встреч с Кассо и другими мафиози из Луккезе. Зная о проблемах, связанных с прослушкой и «жучками» по Разделу III, профессор периодически проверял свою квартиру и ресторан на наличие подслушивающих устройств. В знак благодарности боссам Д'Арко послал своих техников удостоверить, что дом Кассо и бар «Орех», бруклинский притон, который часто посещали Амузо и Гаспайп, свободны от тайных микрофонов.