Ключевым участником, которого семья Дженовезе одолжила Кассо для выполнения задания «Убрать Готти», был Херби «Голубые глаза» Пэйт. Опытный киллер семьи Дженовезе, Пейт обладал редким для мафии талантом: он был мастером по снаряжению боеприпасов, обученным во время службы в американской армии. Находчивый Кассо раздобыл пластиковую взрывчатку C-4, похожую на длинный брусок мягкой глины, и Пэйт придумал, как привести ее в действие, повозившись с пультом дистанционного управления игрушечной машинки. В своем доме в сельской местности на севере штата Пейт продемонстрировал Кассо и Амузо эффективность оружия и своего пульта дистанционного управления. Заговорщикам оставалось только найти подходящее место для засады на Готти и ДеЧикко.
Когда весной 1986 года Готти пытался укрепить свое господство в собственной семье, он и не подозревал о происках Дженовезе и Луккезе, которые должны были отомстить за смерть Кастеллано. Он также не подозревал, что иерархи Дженовезе заключили договор с двумя его собственными капо, Джимми Брауном Фаиллой и Дэнни Марино, о помощи в его убийстве. Будучи доверенным лицом и давним другом Кастеллано, Фаилла возмущался молниеносным переворотом Готти. Возможно, он также надеялся, что режим Дженовезе поможет ему стать боссом Гамбино после того, как Готти будет устранен.
Гаспайп, ответственный за разработку плана, пришел к выводу, что Готти трудно изолировать в таком месте, которое было бы удобным для нанесения удара, а также давало бы убийцам реальные шансы на побег. Готти, жаловался он, «перебегает из одного района в другой», обычно в местах скопления людей, окруженный плотным кордоном телохранителей. Однако через Фаиллу бомбардировщики С-4 узнали о редкой возможности одним ударом уничтожить Готти и ДеЧикко.
Пытаясь умиротворить членов группировки Кастеллано, Готти посещал их тусовки, чтобы заручиться их поддержкой. В качестве одного из таких жестов доброй воли Готти и ДеЧикко запланировали совместный визит в клуб Failla «Ветераны и друзья» в Бенсонхерсте, Бруклин. Получив сигнал от Фаиллы, Кассо и его заговорщики начали действовать. Фаилла сказал им, что Готти и ДеЧикко будут покидать клуб вместе в машине ДеЧикко. Это была идеальная схема для двойного убийства.
Рано утром в воскресенье, 13 апреля 1986 года, Кассо вместе с Амузо и его братом, Бобби, сели в седан в квартале от клуба Фаиллы. Тонированные стекла автомобиля не позволяли наблюдать за ними. Херби Пэйт находился неподалеку на своей машине. Все они видели, как ДеЧикко приехал и припарковал свой Buick Electra напротив клуба, прежде чем войти в него. Пэйт спрятал взрывчатку C-4 в коричневый бумажный пакет и, неся его и еще один пакет, наполненный продуктами и хлебом, направился к машине ДеЧикко. Сделав вид, что он что-то уронил, Пэйт нагнулся и положил пакет со взрывчаткой С-4 под «Бьюик». Затем он вернулся к своему автомобилю.
Возможно, в тот день Готти спас себе жизнь, отменив в последний момент поездку в штаб-квартиру Фаиллы. Находясь в своей машине, Пэйт видел, как ДеЧикко шел от клуба Фаиллы к своему «Бьюику» в сопровождении другого человека. Предположив, что второй мужчина — Готти, Херби Голубые Глаза включил зажигание. Опустив стекло со стороны пассажира, Пэйт медленно поехал к машине ДеЧикко и, оказавшись рядом, нажал на кнопку дистанционного управления. Детонация почти мгновенно убила ДеЧикко, который находился в машине, роясь в бардачке в поисках карточки адвоката и номера телефона человека, сопровождавшего его из клуба. Этот второй человек, Фрэнк «Сердце Фрэнки» Беллино, слегка походил на Готти. Беллино выжил, хотя и получил серьезные ранения ног и ступней.
Осколки металла и стекла от взрыва осыпали машину Пате, а его правое ухо и лицо получили небольшие порезы. Кассо и братья Амузо уехали невредимыми. Кристи Тик после этого сказал Кассо: «Скажи всем, чтобы были начеку и затаились на время, но продолжали искать возможность заполучить Готти». Однако заговор с бомбой оказался единственной попыткой семьи Луккезе уничтожить Готти, который остался в хороших отношениях с Кассо и Амузо , так и не заподозрив, что они пытались разнести его на куски.
Привыкший убивать и никогда не считавший себя мишенью, Кассо часто путешествовал в одиночку. Время от времени за ним следила полиция, но, будучи бдительным к слежке, он с трудом выслеживал ее, проносясь по встречным полосам и мигая красными фонарями. Ярким сентябрьским днем 1986 года Гаспайп, оставшись один в машине, направился в ресторан неподалеку от своего дома в Бруклине. Согласно донесению информатора федеральным прокурорам, он думал о краденых облигациях. Один из соратников семьи Гамбино договорился о встрече с Кассо, предположительно для того, чтобы обсудить ограждение крупной коллекции украденных облигаций на предъявителя. Встреча оказалась уловкой. Когда Кассо припарковал свой «Кадиллак» на улице перед магазином мороженого «Карвелс», к нему подъехал другой автомобиль, в котором находились по меньшей мере трое вооруженных людей, и он был обстрелян из пистолета и дробовика через водительское окно. Безоружный, с ранениями в спину и левую руку, он, пошатываясь, перешел через дорогу к ресторану, схватив скатерть, чтобы остановить кровотечение. Никто из испуганных работников или посетителей ресторана не сказал полиции, которая нагрянула в район, что Кассо прячется в морозильной камере в подвале. Он вылез из морозилки и позвонил Вику Амузо , который подобрал его и отвез в больницу.
Детективы отследили Кассо до больницы, где он отмахнулся от вопросов о покушении на убийство и возможных связях с мафией. «Нет никого, кому бы я не нравился. Я ничего не знаю об организованной преступности». Кассо не смог объяснить любопытную находку в своей машине: конфиденциальный список полицейского департамента с номерами машин без опознавательных знаков, используемых следователями для слежки. К моменту выписки из больницы, если не считать потери крови, он находился в довольно хорошем состоянии.
Гаспайп быстро догадался, кто его подставил. Он враждовал из-за раздела добычи от продажи героина, которую он организовал вместе с капо Гамбино, Майклом «Микки Боем» Парадизо. Ссора между членами двух семей разгорелась из-за того, что шел процесс по делу Комиссии, и обычная формула разрешения споров между мафиози была приостановлена.
Еще не успели затянуться раны, как оперативники разведки Кассо вычислили лидера группы киллеров, пытавшихся его убить. Он узнал имя убийцы и его фотографии с полицейских камер наблюдения от двух «грязных» детективов полиции Нью-Йорка, которые получали от него зарплату в несколько тысяч долларов в месяц. Оба они работали в подразделениях, расследующих дела об организованной преступности, и имели доступ к секретной информации, включая личности информаторов, улики, добытые властями, и готовящиеся аресты. Через своего соратника из семьи Луккезе, который был посредником в контактах с детективами, Кассо ранее договорился с ними о том, что они будут информировать его о расследованиях мафии, проводимых полицией и ФБР.
Кассо был готов убить всех членов команды киллеров, которым не удалось его достать, но месть отошла на второй план перед более важными последствиями, вытекающими из дела Комиссии.
С момента создания пяти семей в 1931 году боргата Луккезе оказалась самой стабильной и наименее расколотой из всех нью-йоркских семей. Более пятидесяти лет власть мирно переходила от Гаэтано Гальяно к Томми Трехпалому Брауну Луккезе, а затем к Антонио Тони Дакс Коралло. В отличие от четырех других крупных семейств, на жизнь крестного отца Луккезе никогда не покушались, и семью никогда не раздирала внутренняя война.
Тони Дакс хотел продолжить эту гармоничную традицию. Осенью 1986 года, когда судебный процесс над Комиссией подошел к концу, Коралло увидел мрачные письмена на стене. Руководство семьи Луккезе было готово к развалу, и дело Комиссии затронуло его сильнее, чем любую другую боргату. Понимая, что ему конец вместе с боссом Томом Миксом Санторо и консильери Кристи Тиком Фурнари, Дакс подготовился к упорядоченной передаче власти. Незадолго до вынесения обвинительных приговоров в ноябре он вызвал Гаспайпа Кассо и Вика Амузо в дом Фурнари на Статен-Айленде. Поддавшись на уговоры Фурнари, Коралло выбрал Амузо или Кассо в качестве лучших кандидатов на пост главы семьи. Хотя ни один из мафиози не имел длительного опыта управления мафией, они доказали свою преданность организации Коралло и Фурнари. Оба они отличались исключительной работоспособностью, что вселяло оптимизм и позволяло им поддерживать процветание семьи и ее конкурентоспособность по отношению к конкурирующим мафиозным группировкам.