Литмир - Электронная Библиотека
Литмир - Электронная Библиотека > Терапиано Юрий КонстантиновичИльяшенко Владимир Степанович
Дон-Аминадо .
Дубнова-Эрлих Софья
Гиппиус Зинаида Николаевна
Кленовский Дмитрий Иосифович
Струве Михаил Александрович
Евсеев Николай Николаевич
Форштетер Михаил Адольфович
Маковский Сергей Константинович
Кантор Михаил Львович
Мережковский Дмитрий Сергеевич "Д. М."
Ходасевич Владислав Фелицианович
Северянин Игорь Васильевич
Адамович Георгий Викторович
Несмелов Арсений Иванович
Кондратьев Александр Алексеевич
Присманова Анна
Сумбатов Василий Александрович
Магула Дмитрий Антонович
Голохвастов Георгий Владимирович
Биск Александр Акимович
Цетлин (Амари) Михаил Осипович
Гейнцельман Анатолий Соломонович
Иванов Всеволод Никанорович
Блох Григорий Анатольевич
Иванов Вячеслав Иванович
Цветаева Марина Ивановна
Корвин-Пиотровский Владимир Львович
Бальмонт Константин Дмитриевич "Гридинский"
Ратгауз Даниил Максимович
Белоцветов Николай Николаевич
Чёрный Саша
Британ Илья Алексеевич
Бунин Иван Алексеевич
Горянский Валентин Иванович
Потемкин Петр Петрович
Бердяева Лидия Юдифовна
Вертинский Александр Николаевич
Браиловский Александр Яковлевич
Тэффи Надежда Александровна
Кузьмина-Караваева Елизавета Юрьевна
Гарднер Вадим Данилович
 > Антология поэзии русского зарубежья (1920-1990). (Первая и вторая волна). В четырех книгах. Книга первая > Стр.73
Содержание  
Сохранить
Шрифт
Размер шрифта   


Цвет фона

Цвет шрифта
Очистить
Настройки  
A
A
1
2
3
...
72
73
74
...
105

Конь

Лето. Горлинки турчанье.
У пруда вальками бьют.
На конюшне слышно ржанье,
И тебя поить ведут.
Ты идешь на недоуздке
Весь блестящий и гнедой.
Припадешь к колоде узкой
Розоватою губой.
Ты напьешься и потянешь
Епифана за собой.
На минуту диким станешь,
А потом пойдешь домой —
В свой денник, где пахнет четко
И тобою и твоим,
Где сквозь крепкую решетку
Небо смотрит голубым.
Ты мой конь — ты брат мой милый,
Было нам немного лет,
Но они с такою силой
Вновь лучат чудесный свет —
Голубой, почти небесный,
Полный тайны бытия.
Я с тобою, с бестелесным.
Брат гнедой — любовь моя.

«Помню войну, что шумела когда-то…»

Помню войну, что шумела когда-то.
Шли за Россию полки умирать.
Рава, Гумбинен, Варшава, Карпаты.
После далёко пришлось отступать.
Тяжкое помню прощание с Крымом,
Все расставанье с родною землей,
И пароходов тяжелые дымы
Над голубой черноморской водой.
Константинополь… Завод под Парижем.
Время махнуло мне быстрым крылом.
Сильные плечи склоняются ниже…
Может быть, лучше молчать о своем.
Что же сказать? И кому это нужно.
Нечем хвалиться пред вами, друзья.
Все ж драгоценною нитью жемчужной
Жизнь протянулась куда-то моя.

«Иноходец был резвый, горячий…»

Иноходец был резвый, горячий.
Пристяжная еще горячей.
Жизнь казалась одною удачей
Средь осенних бегущих полей.
И поля за полями мелькали,
Будто счастье летело со мной
В голубые зовущие дали,
В белый дом за песчаной рекой.
Был тогда я еще малолеткой,
Бесшабашным сорвиголовой,
И не знал, как огромною клеткой
Встанет мир над казачьей душой.
А душа, словно стрепет влюбленный,
Тот, что бьется в калмыцкой петле,
Перепуганный и возмущенный,
На апрельской цветущей земле.

«Не сплю, не сплю и вижу…»

Е. К. Девлет-Килдеевой

Не сплю, не сплю и вижу
Во сне, как наяву,
Что я не под Парижем,
А на бахче живу.
И что не май цветущий,
Но август золотой —
Мой месяц самый лучший
На полосе степной.
Лежат горой арбузы
В соломе золотой.
И вдруг приходит Муза
Поговорить со мной.
Она пришла босая,
С пучком травы в руках,
Простая и родная,
С улыбкой на губах.
Наш разговор недолог,
В моих руках трава,
Над нами неба полог,
И слышатся слова,
Мои слова глухие,
Как счастлив жребий мой,
Что Музою Россия
Была во сне со мной.

На Хопре

Дениз Евсеевой

Варили кашу с салом
На берегу крутом.
Закат разливом алым
Простерся над Хопром.
И звезды так несмело
Взглянули с высоты,
И утка пролетела
В закат из темноты.
Как светляки, горели
Костры в ночном у стад.
И где-то близко пели
Про белый-белый сад.
Душа была готова
Весь этот мир обнять…
О если бы ей снова
Все пережить опять!

Май 1954

Георгий Адамович

«Твоих озер, Норвегия, твоих лесов…»

Твоих озер, Норвегия, твоих лесов…
И оборвалась речь сама собою.
На камне женщина поет без слов.
Над нею небо льдисто-голубое.
О верности, о горе, о любви,
О сбившихся с дороги и усталых
— Я здесь! Я близко! Вспомни… назови! —
Сияет снег на озаренных скалах.
Сияют сосны красные в снегу,
Сон недоснившийся, неясный, о котором
Иначе рассказать я не могу
Твоим лесам, Норвегия, твоим озерам.

«За все, за все спасибо. За войну…»

За все, за все спасибо. За войну,
За революцию и за изгнанье.
За равнодушно-светлую страну,
Где мы теперь «влачим существованье».
Нет доли сладостней — все потерять.
Нет радостней судьбы — скитальцем стать,
И никогда ты к небу не был ближе,
Чем здесь, устав скучать,
Устав дышать,
Без сил, без денег,
Без любви,
В Париже…
73
Перейти к описанию Предыдущая страница Следующая страница
{"b":"575148","o":1}