Литмир - Электронная Библиотека
Литмир - Электронная Библиотека > Бунин Иван АлексеевичЕвсеев Николай Николаевич
Форштетер Михаил Адольфович
Бальмонт Константин Дмитриевич "Гридинский"
Гиппиус Зинаида Николаевна
Иванов Вячеслав Иванович
Присманова Анна
Британ Илья Алексеевич
Блох Григорий Анатольевич
Ратгауз Даниил Максимович
Корвин-Пиотровский Владимир Львович
Магула Дмитрий Антонович
Несмелов Арсений Иванович
Маковский Сергей Константинович
Мережковский Дмитрий Сергеевич "Д. М."
Кондратьев Александр Алексеевич
Бердяева Лидия Юдифовна
Иванов Всеволод Никанорович
Вертинский Александр Николаевич
Кузьмина-Караваева Елизавета Юрьевна
Дон-Аминадо .
Адамович Георгий Викторович
Цветаева Марина Ивановна
Тэффи Надежда Александровна
Дубнова-Эрлих Софья
Браиловский Александр Яковлевич
Чёрный Саша
Сумбатов Василий Александрович
Кленовский Дмитрий Иосифович
Горянский Валентин Иванович
Струве Михаил Александрович
Потемкин Петр Петрович
Кантор Михаил Львович
Ильяшенко Владимир Степанович
Голохвастов Георгий Владимирович
Биск Александр Акимович
Цетлин (Амари) Михаил Осипович
Белоцветов Николай Николаевич
Гейнцельман Анатолий Соломонович
Гарднер Вадим Данилович
Северянин Игорь Васильевич
Ходасевич Владислав Фелицианович
Терапиано Юрий Константинович
 > Антология поэзии русского зарубежья (1920-1990). (Первая и вторая волна). В четырех книгах. Книга первая > Стр.31
Содержание  
Сохранить
Шрифт
Размер шрифта   


Цвет фона

Цвет шрифта
Очистить
Настройки  
A
A
1
2
3
...
30
31
32
...
105

1923

Эмигрантское

О, если б в боковом кармане
Немного денег завелось, —
Давно б исчез в морском тумане
С российским знаменем «авось».
Давно б в Австралии далекой
Купил пустынный клок земли.
С утра до звезд, под плеск потока,
Копался б я, как крот в пыли…
Завел бы пса. В часы досуга
Сидел бы с ним я у крыльца…
Без драк, без споров мы друг друга
Там понимали б до конца.
По вечерам в прохладе сонной
Ему б «Каштанку» я читал.
Прекрасный жребий Робинзона
Лишь Робинзон не понимал…
Потом, сняв шерсть с овец ленивых,
Купил в рассрочку б я коров…
Двум-трем друзьям (из молчаливых)
Я предложил бы хлеб и кров.
Не взял бы с них арендной платы
И оплатил бы переезд, —
Пусть лишь политикой проклятой
Не оскверняли б здешних мест!..
Но жизнь влетит, гласит анализ, —
В окно иль в дверь ее гони:
Исподтишка б мы подписались
Один на «Руль»[46], другой на «Дни»[47]…
Под мирным небом, как отрава,
Расцвел бы русский кэк-уок:
Один бы стал тянуть направо,
Другой — налево, третий — вбок.
От криков пес сбежал бы в страхе,
Поджавши хвост, в мангровый лес,
А я за ним, в одной рубахе,
Дрожа б, на дерево залез!..
К чему ж томиться по пустыне,
Чтоб в ней все снова начинать?
Ведь Робинзоном здесь, в Берлине,
Пожалуй, легче можно стать…

<1923>

Мираж

С девчонками Тосей и Инной
В сиреневый утренний час
Мы вырыли в пляже пустынном
Кривой и глубокий баркас.
Борта из песчаного крема.
На скамьях пестрели кремни.
Из ракушек гордое «Nemo»
Вдоль носа белело в тени.
Мы влезли в корабль наш пузатый,
Я взял капитанскую власть.
Купальный костюм полосатый
На палке зареял, как снасть.
Так много чудес есть на свете!
Земля — неизведанный сад…
— На Яву? — Но странные дети
Шепнули, склонясь: — В Петроград.
Кайма набежавшего вала
Дрожала, как зыбкий опал.
Команда сурово молчала,
И ветер косички трепал…
По гребням запрыгали баки.
Вдали над пустыней седой
Сияющей шапкой Исаакий
Миражем вставал над водой.
Горели прибрежные мели,
И кланялся низко камыш:
Мы долго в тревоге смотрели
На пятна синеющих крыш.
И младшая робко сказала:
— Причалим иль нет, капитан?.. —
Склонившись над кругом штурвала,
Назад повернул я в туман.

Парижское житье

1
В мансарде у самых небес,
Где с крыши в глухое окошко
Косится бездомная кошка,
Где кровля свергает отвес, —
   Жил беженец, русский ботаник,
      Идейный аскет,
По облику — вяземский пряник,
По прошлому — левый кадет.
2
Направо стоял рундучок
Со старым гербарием в дырках,
Налево на двух растопырках
Уютно лежал тюфячок…
   Зимою в Париже прохладно,
   Но все ж в уголке
Пристроился прочно и ладно
Эмалевый душ на крючке.
3
Вставал он, как зяблик, легко,
Брал душ и, румяный от стужи,
Подмахивал веничком лужи,
На лестнице пил молоко.
   И мчался одним перегоном
      На съемку в Сен-Клу
Играть скрипача под вагоном
И лорда на светском балу.
4
К пяти поднимался к себе.
Закат разливался так вяло…
Но бодрое сердце играло,
И голубь сидел на трубе…
   Поест, к фисгармонии сядет,
      И детским альтом
Затянет о рейнской наяде,
Сидящей на камне кругом.
5
Не раз появлялся вверху
Пират фильмовой и коллега:
Нос брюквой, усы печенега,
Пальто на стрекозьем меху.
   Под мышкой — крутая гитара,
      В глазах — тишина…
Нацедит в молочник вина
И трубкой затянется яро.
6
Споют украинский дуэт:
Ботаник мечтательно стонет,
Пират, спотыкаясь, трезвонит
И басом октавит в жилет…
   А прачка за тонкой стеною
      Мелодии в лад
Качает прической льняною
И штопает кротко халат.
7
Потом, разумеется, спор, —
Корявый, кривой, бесполезный:
«Европа — мещанка над бездной!»
«А Азия — мутный костер!..»
   Пират, покраснев от досады,
      Угрюмо рычит,
Что дети — единственный щит,
Что взрослые — тухлые гады…
вернуться

46

«Руль» — берлинская газета русских эмигрантов (сначала ежедневная, позже — еженедельная), выходившая под редакцией И. В. Гессена, В. Д. Набокова и А. И. Каминки с 1920 по 1932 г.

вернуться

47

«Дни» — эмигрантская газета, выходившая в Берлине, затем в Париже в 1922–1928 гг. Издавал ее А. Ф. Керенский.

31
Перейти к описанию Предыдущая страница Следующая страница
{"b":"575148","o":1}