Его голос дрогнул, и мы замолчали при напоминании о том, что его стая уже никогда не будет полным квинтетом. Я чувствовала себя беспомощной перед лицом скорби, которую им придется нести вечно.

— Джулс заплатит за то, что сделала, — твердо сказала я, и гнев окрасил мою печаль. — Мне плевать, чего это будет стоить и сколько ям нам придется вырыть, чтобы ее найти. Это последняя смерть, которую мы примем от ее рук.

Волк Уоррика проступил в его взгляде.

— В этом мы полностью согласны. — Он обнял Кору, прижимая ее к себе. — А теперь нам нужно вернуться к стае и доложить совету. Позвоните, если что-нибудь услышите о ведьме… мы будем готовы ее уничтожить.

Я шагнула к Коре, которая стояла с разбитым видом. Ее лицо было полно муки, и мне пришлось сделать глубокий вдох, чтобы выговорить:

— Мне так жаль из-за Маркуса. Хотела бы я избавить вас обоих от этой боли, но просто знайте, что я рядом. Когда бы вы ни нуждались. В чем бы вы ни нуждались.

Кора протянула руку, и я сжала ее ладонь, с облегчением отметив, что она, похоже, не ненавидит меня за ту роль, которую я во всем этом сыграла. По крайней мере, пока. Возможно, когда пройдет шок, она будет чувствовать другое.

— Понятия не имею, как нам жить дальше без него, — прохрипела она. — Но я точно знаю, что нам нужно быть вместе. Я скоро позвоню тебе, Эмми. Пожалуйста, будь начеку. Ведьма может вернуться в любой момент.

Грудь Уоррика издала рокочущий звук.

— Позвони мне позже, — сказал он Хантеру, и они направились вниз по улице к своей машине.

Когда их автомобиль скрылся из виду, раздался крик, и на улицу хлынули силовики, устремляясь к нам. Крик предназначался не для того, чтобы предупредить нас об их присутствии, а о магии, наполнившей воздух и сделавшей небо темнее.

— В укрытие! — крикнул Хантер всем друзьям и родным, кто еще оставался здесь, и большинство из них бросились бежать, хотя я заметила, что Кензо и Кэссиди были неподалеку.

По всему Голден-Кло завыли сирены — сработала их система оповещения о ведьмах. Но на этот раз ведьма была не одна.

Небо заполнилось ими, а в самом центре парила Джулс, обхватив руками плечи Флетчера. Вечернее небо к этому моменту уже достаточно потемнело, чтобы на его фоне проступила огромная, с красным отливом луна. Жуткий фон для их появления.

Джулс ухмыльнулась в нашу сторону и перенесла Флетчера через улицу; альфа жадно уставился на нашего супердракона. Не раздумывая, я бросилась к Слэлону, опасаясь, что из-за недостатка контроля в этой новой форме они станут легкой мишенью. Даже с их размером и сопротивляемостью магии, ведьм было достаточно, чтобы этот бой действительно стал для них битвой всей жизни.

ГЛАВА 61

ЭММИ

Волшебное покрывало опустилось на улицу, почти сбив меня с ног, и мне пришлось бороться с гнетущей энергией, пока я бежала. Келлан не отставал справа, Хантер — слева, и мне даже не нужно было оглядываться, чтобы знать, что Финли прикрывает тыл.

Впереди Слэлон крутил обеими головами, извергая огонь в двух разных направлениях и сжигая ведьм, подлетевших слишком близко. Несколько ведьм посильнее успели возвести барьеры, остальные же превратились в обугленные трупы и с глухим стуком попадали на землю.

Силовики вокруг нас начали принимать свои более устойчивые к магии формы. Те, у кого были крылья, поднялись в воздух, чтобы сражаться с ведьмами наверху, и я заметила нескольких бойцов из отряда Слэйда. Это были высококлассные воины, работавшие слаженно, и ведьмы оказались не готовы к такой прямой атаке, что дало нам время добраться до дракона.

Перепрыгивая через оборачивающихся волков, кошек и медведей, я добежала до кончика драконьего хвоста, который был почти таким же толстым, как я сама. Головы Слэлона все еще работали как оружие в небе, и я крикнула, чтобы дать им знать, что я здесь:

— Я забираюсь к вам на спину!

Они даже не дрогнули, когда я взбежала по их шипастому хвосту, сама удивившись, как легко преодолела его длину и оказалась на широкой спине. Их крылья поднялись выше и сомкнулись вокруг меня, словно предлагая защиту и поддержку. В том месте, где их тело раздваивалось на две шеи, я замедлилась и наклонилась.

— Так, альфы, — сказала я, положив по руке на каждую шею; чешуя под моими пальцами была почти обжигающей. — Думаю, вам нужно разделиться. Я знаю, что в этой форме вы сильны, но вы также застряли здесь, на земле, пока ведьмы наверху.

Они продолжали извергать огонь раскаленными дугами, и жар опалял мне щеки. Джулс и Флетчер были единственными, кто остался поблизости — ее щит был достаточно силен, чтобы защитить их. Она и бровью не повела, когда вокруг гибли члены ее ковена; все ее внимание было сосредоточено на нас.

— Дракон, — позвал Флетчер, и звук его голоса заставил мурашки пробежать по моей спине, вернув меня в ту ночь, когда я встретила его в старом доме. — Тебя призывают вернуться к своему Альфе. Тебя, твоего брата и твою пару.

— Ты ему даже имени, блядь, не дал, — прорычала я, обретя голос. — Я не позволю тебе забрать Тэлона. Мне плевать, даже если это будет стоить мне жизни. Теперь он мой, и я буду сражаться за него до последнего вздоха!

Мои. Они все были моими, и с меня хватит этого ублюдка, который пытается нас разлучить.

Хантер, стоявший на земле, подошел к Слэлону с левой стороны. Финли и Келлан были справа.

Я стояла в центре их всех — сердце нашего квинтета.

Технически, омега — самый слабый член любой стаи, но я была сильна так, как Флетчеру было не понять. Даже после всех лет экспериментов над нами он упустил фундаментальную истину: мы были вне его власти, и он не мог нами управлять.

— Вам нужно разделить свою сущность, — повторила я Слэлону, — чтобы мы могли сразиться с ним как команда.

На этот раз было ясно, что они услышали: по моей коже пробежала дрожь энергии. Понимая, что пора сматываться, я наклонилась вперед и крикнула: — Хантер, лови! — и, не дожидаясь ответа, спрыгнула с дракона.

Реакции Хантера хватило, чтобы поймать меня до того, как я коснулась земли, и прижать к своей груди.

— Да твою ж мать, детка, — простонал он, проводя носом по моей шее. — Может, перестанешь доводить меня до инфаркта…

Я похлопала его по груди.

— Никто не умрет в мою смену, Ураган. Не сегодня.

Позади нас сила дракона становилась все сильнее, но они еще не обратились, поэтому я выскользнула из объятий Хантера.

— Мы должны им помочь, — сказала я, и Хантер присоединился ко мне. Мы прижали ладони к массивной груди — их пара и законный альфа работали вместе.

Через нашу связь дракон Тэлона потерся о мою волчицу, и зверь Слэйда тоже был там, его прикосновение было холоднее, когда он нежно провел им по моему боку. Моя волчица погрузилась глубже в их объединенную сущность, прямо к тому месту, где они были соединены — связь, которая должна была быть отточена с рождения. Этих двоих жестоко разлучили, оставив жить без половины своей сущности, вечно в разладе со своими зверями. Но с этим было покончено навсегда.

Я позвала на помощь свою волчицу, и она точно знала, в какое место между ними нужно ткнуться носом — это было все, что им требовалось. С новой вспышкой ослепительного света обе головы дракона взревели, и меня оттащили в сторону, когда они разделились. Вместо двух драконов, которых я ожидала увидеть, я уставилась на двух обнаженных мужчин. Двух огромных, мускулистых, великолепных и разъяренных обнаженных мужчин.

О, святая богиня.

Келлан, который, должно быть, и оттащил меня, прошептал мне на ухо:

— Ну, охренеть. Даже я впечатлен. Тебе того, что с пирсингом, или без?

Оба. Другого подходящего ответа на этот вопрос не было.

Татуировки. Без татуировок. Пирсинг. Без пирсинга.

Они были родственными душами, и я хотела их обоих.

Покалывание от укуса Тэлона усилилось, пока он смотрел на меня.

— Тебе нужно сделать выбор прямо сейчас, мой истинный, — сказала я, встретившись с ним взглядом. — Кому ты предан? Тому ублюдку, что парит над нами, прячась за юбкой ведьмы? Или нам, твоей стае, которая принимает и любит тебя..?