Ближе к концу книги Эмми связывает себя узами с Хантером (ее властным альфой) во время прекрасной сцены «Охотника и Добычи» в лесах Голден-Кло. Она принимает это решение, потому что любит его и полностью ему доверяет. С того самого момента, как он втянул ее в их жизнь, он только и делал, что поддерживал ее и заботился о ней.

На данном этапе создание уз все еще является экспериментом, так как Эмми не знает, что произойдет, если она свяжет себя со всеми четырьмя альфами, но она готова попробовать. Ее жизнь была пуста без них, и они снова и снова доказывали, что совсем не похожи на стаю ее матери.

Она также сближается со Слэйдом (драконом-оборотнем, он же страшный ублюдок), когда тот пытается научить ее самообороне, что перерастает в войну розыгрышей. Во время одной из таких шуток, когда Эмми на мгновение отключает камеры, она попадает в неприятности.

В своей комнате она открывает книгу об омегах и стаях. Книгу, которую ей принесла Челси из стаи Тенгард. Книгу, к которой она не прикасалась со времен нападения у охранного поста (в первой книге), но в которой надеялась найти ответы о своем статусе омеги в стае альф.

Книга оказывается заговоренной и все это время ждала, пока она ее откроет. Как только Эмми переворачивает страницу, заклинание активируется, и она попадает под контроль Челси. Оно связывает двух омег вместе, и Эмми вынуждена повторять действия Челси.

Челси уводит ее далеко от Голден-Кло и оставляет в старом доме, прямо в лапах того самого альфы, который все это время пытался ее похитить. Но это не тот альфа, которого она ожидала. Блэйн, конечно, тоже там, но всем заправляет его босс (а точнее, отец).

Который, к тому же, оказывается отцом Хантера.

Именно он — главный злодей-альфа, стоящий за всем. Он годами похищал омег и ставил над ними эксперименты. Именно он внедрил Блэйна и его стаю в жизнь ее матери и заставил их высасывать из нее силы, пока она не решила покончить с собой.

И теперь ему нужна Эмми.

Отец Хантера вызывает в старый дом знакомо выглядящего оборотня. Если бы не шрам на лице и короткие волосы, подкрадывающийся к ней оборотень был бы точной копией Слэйда Риверсона.

Эта более темная и пугающая версия ее дракона кусает и насильно подчиняет ее себе по приказу своего альфы. И пока остатки самоконтроля еще не покинули Челси, она вынуждена укусить его в ответ и навеки скрепить их связь.

Именно с этого и начинается книга «Право на удачу».

Посвящается всем, кто говорил мне, что два дракона лучше, чем один.

Вы сами во всем виноваты.

ГЛАВА 1

ФИНЛИ

Говорить, что семью не выбирают, было довольно банально, но в мире оборотней это было не совсем так. Ты не мог выбрать семью, в которой родился, — а я, черт возьми, точно не хотел существовать в одной вселенной со своей матерью, не говоря уже о том, чтобы быть частью ее логова, — но ты мог выбрать свою будущую стаю. Квинтет, с которым ты проведешь большую часть своей взрослой жизни.

Если, конечно, ты не был частью пары, подобранной по запаху.

Тогда судьба выбирала за тебя…

К счастью для судьбы, я полюбил братьев, которых нашел в стае Ривз, и хотя я всегда буду скучать и скорбеть по Томми, младшему брату, которого не смог защитить, правда в том, что мы никогда не были по-настоящему близки. Все благодаря нестабильности нашей матери.

Моя стая и Кензо спасли мой рассудок и были единственной причиной, по которой я сегодня жив.

В свои почти двадцать семь я чувствовал себя так, будто мне тысяча лет и я сломан безвозвратно.

Даже когда мои руки были по локоть в двигателе, а воздух наполнял запах масла и дизеля, все это было горько-сладким. Я ненавидел своего отца по меньшей мере восемьдесят процентов времени, что его знал, но в остальные двадцать процентов бывали моменты, когда он вел себя как родитель. Именно в несколько таких моментов просветления он научил меня разбирать машины, а затем собирать их обратно. Хобби, которое я до сих пор находил успокаивающим.

Вернее, хобби, которое я обычно находил успокаивающим, но только не сегодня.

Сегодня мой медведь был в бешенстве, и я понятия не имел, что, черт возьми, его так взбудоражило. Он давно не бушевал с такой силой — с того самого дня, когда мой мир рухнул, и я уничтожил последнего оставшегося члена своей семьи. После того, как она убила отца и Томми.

Я потер затылок, и по коже размазалось черное масло.

Напряжение продолжало нарастать. Я вытащил телефон, оставляя еще больше черных следов, когда открыл его и проверил сообщения. У меня не было таких острых инстинктов, как у волков, но когда мой радар опасности включался, он редко ошибался.

Я проверил переписку в семейном чате и нашел лишь одно сообщение от Хантера, спрашивающего Эмми, все ли в порядке. Без сомнения, это была реакция на то, что система видеонаблюдения на несколько минут вышла из строя. Мы все получили оповещение и все знали, что это Эмми издевается над Слэйдом.

К этому моменту я уже втянулся в их войну розыгрышей, хотя никогда бы не признался в этом вслух. Даже если бы кто-то сдирал кожу с моих гребаных яиц ржавым ножом.

Эмми, конечно, не ответила Хантеру, и на этот раз я мысленно не назвал ее эгоистичной сукой. У нее никогда не было с собой телефона, и это напомнило мне о том, каким я был, когда только нашел свою стаю. В детстве нам не разрешали иметь телефоны. Мать не хотела, чтобы мы были легко доступны кому-либо, кроме нее, а мне все равно некому было звонить — кроме Кензо и его семьи, которые жили неподалеку.

Мне потребовались годы, чтобы приучить себя брать с собой телефон — это была травматическая реакция на мое воспитание. Эмми была такой же. У нас обоих было столько травм, что и не сосчитать, и многие из них были схожи. За исключением ее способности спать. За одно это я мог бы ее почти ненавидеть.

Я не спал нормально уже много лет… за исключением той ночи, когда мы спали все вместе, и моя реакция «бей или беги» успокоилась. Спишу это на усталость и стресс из-за того, что мы чуть не потеряли Келлана, и они взяли надо мной верх.

Не найдя в телефоне ничего, что могло бы объяснить беспокойство моего медведя, я уже собирался убрать его в карман, как пришло сообщение от Келлана.

Кел: Брат, посмотри на байк! Она с ума сойдет. Он идеально подходит для нашей милой пары.

Я кликнул на прикрепленное изображение и должен был признать, что Келлан превзошел самого себя. Мотоцикл все еще был ее любимой марки и модели, Ducati Panigale V4R, но на этот раз он был гладким и черным, лишь с вкраплениями розового. На баке была нарисована волчья голова в розовом пламени, хвост которой переходил в розовое сиденье. На фотографии также были подходящие шлем и куртка.

После того как мы чуть не потеряли Келлана из-за магии, я вел себя с Эммелин наилучшим образом, и, помня об этом, я отправил в ответ самое позитивное сообщение, на которое был способен.

Фин: Ей это понравится, братан. Ты молодец.

Кел: Это первая часть ее подарка на день рождения. Теперь я просто жду, когда прибудет вторая часть.

Подождите… у нее день рождения? Мои пальцы задвигались прежде, чем я успел подумать, и, нажав «отправить», я был вынужден покачать головой от того, каким жалким был, раз мне вообще было до этого дело.

Фин: Когда у нее день рождения?

Мне не следовало хотеть знать больше об омеге, раз она не хотела знать нас. Конечно, возможно, она в итоге останется, и я усердно работал над тем, чтобы вести себя не так по-мудацки, но на этом все. Дни рождения — это личное.

Кел: 12-го, Фин!! Осталось всего пару дней. Тебе лучше подумать, что подарить ей, потому что тебе тоже нужен подарок с извинениями. НЕ КОМБИНИРУЙ ИХ. * Эмодзи потрясенное лицо * * Эмодзи плачущее лицо * * Эмодзи с умоляющими руками *