Он шагнул ближе, и я гораздо острее ощутила, насколько он был обнажен: лишь полотенце прикрывало его, а капли воды падали с кончиков влажных волос на широкие плечи.

— Исцеление означает честный взгляд на ту роль, которую ты играешь в собственных страданиях, — сказал Финли, но, отвлекшись, я почти не расслышала ни слова из этого очень мудрого совета.

Проследив за одной из капель, я вдруг спросила:

— Что означают твои татуировки?

Финли опустил взгляд на свою грудь, словно забыл, что они у него вообще есть. Он прижал руку к ребрам, прямо поверх надписи курсивом.

— Это совет, который Дзиро давал нам постоянно: «Упади семь раз, поднимись восемь». Он хотел, чтобы я знал: неважно, сколько раз я упаду, главное — продолжать подниматься. Продолжать бороться.

Это высказывание сильно меня задело. От того, насколько реальным оно ощущалось, у меня подкосились колени.

— А другая? — сумела я прохрипеть.

Он не сводил с меня глаз.

— Ну, теперь у меня их две новые, но третью я оставлю на другой раз. Вторая — это хоккейная цитата: «Оставь все на льду». Для меня у нее несколько значений, но в основном это о том, как хоккей стал для меня терапией и спасением.

Эта мне тоже понравилась, но я слегка отвлеклась на поиски третьей татуировки. Где бы она ни была, она была либо очень маленькой, либо на спине, либо скрывалась под полотенцем.

Финли усмехнулся, качая головой, и повернулся, чтобы войти в свою гардеробную. Через минуту он появился оттуда в джинсах и старой хоккейной майке.

— Хочешь чем-нибудь заняться сегодня до барбекю? — спросил он.

Я с энтузиазмом кивнула, так как совсем не была готова прерывать наше сближение.

— Да, с удовольствием. Если ты не думаешь, что парням понадобится наша помощь.

— Не-а, Хант уже написал, что нам стоит провести вместе еще пару часов.

Сдавленно фыркнув, я сказала:

— Такими темпами нам, пожалуй, придется сменить его ник в чате на «Купидон».

Было довольно мило, как наш большой, грозный и властный альфа оберегал свою стаю. О лучшем лидере для нашего квинтета мы и мечтать не могли.

Финли поморщился.

— Возможно, это предложение придется внести тебе. Ты единственная, кого Хантер не убьет за милое прозвище.

Ну разве это не заставляло девушку почувствовать себя чуточку особенной.

— Так чем ты хочешь сегодня заняться?

От медленной улыбки Финли по мне пробежали искры.

— Одевайся потеплее, а об остальном я позабочусь.

Что ж, это прекрасно отвлекло меня, и я была взволнована его планом, каким бы он ни был. Пока мы проводим время вместе, я буду счастлива.

— Хорошо! Встретимся внизу.

Десять минут спустя мы уже сидели в большом пикапе Финли и выезжали с территории. Несколько членов семьи помахали нам, перетаскивая стулья и столы, и я с удвоенной силой предвкушала предстоящее событие после нашей вылазки.

Финли с легкостью управлял огромной машиной, а мне было очень уютно на сиденьях с приятным подогревом. Когда он как бы невзначай протянул руку, чтобы взять мою, я от неожиданности вздрогнула. Несмотря на мою реакцию, он не отдернул руку. Вместо этого он переплел наши пальцы, и его огромная мозолистая ладонь скользнула по моей. Все мое тело напряглось, вплоть до кончиков пальцев в теплых носках и меховых ботинках.

Я оделась почти как Финли: джинсы, а сверху несколько слоев — футболка, свитер и одна из его толстовок. Как я и предполагала ранее, сегодня было морозно.

Когда он свернул на дорогу, ведущую к его хоккейному стадиону, я откинулась на спинку сиденья, наслаждаясь тихой, но расслабленной поездкой. Не было ни музыки, ни отвлекающих факторов — только мы вдвоем, и большой палец Финли, чертивший узоры на моей ладони.

— У тебя спокойная душа, — произнес он с довольным рокотом в голосе. — Я всю свою жизнь искал спокойствие.

— Я тоже, — призналась я, прежде чем мы снова замолчали, чтобы насладиться этим самым спокойствием.

Когда в поле зрения показался каток, Финли припарковался у входа для игроков, и не успела я открыть свою дверь, как он уже был рядом и помогал мне выйти. Когда порыв ветра пробрался под мою толстовку, я постаралась не задрожать. Финли достал с заднего сиденья спортивную сумку и обнял меня за плечи, его тепло прогнало холод.

— Пойдем, дорогая, поиграем в хоккей.

Мы оказались в раздевалке, и я не удивилась, обнаружив, что она шикарная и чистая. Стены были украшены полосами и логотипами в тех же бирюзовых, золотых и белых цветах, что и их форма.

«Волки» были лучшей командой в лиге, а это означало, что денег на поддержание всего в идеальном состоянии для игроков и зрителей было предостаточно.

— Ты ведь знаешь, что я не умею кататься на коньках? — сказала я, чувствуя необходимость это озвучить. — Я даже не против просто посмотреть на тебя. Ты на льду просто волшебник.

— Я научу тебя кататься, — сказал он, вытаскивая из сумки великолепную пару белых коньков. — Это подарок, который лежал у меня в комнате для тебя. Кажется, я упоминал об этом сегодня утром, когда приплелся из бара.

Легкий румянец тронул его щеки, пока я таращилась на блестящие, красивые коньки.

Финли подтолкнул меня на скамейку и опустился передо мной на колени, чтобы снять мои ботинки. Его руки были нежными, когда он надевал коньки мне на ноги, сосредоточенно их зашнуровывая.

— Размер должен подойти, — пробормотал он, внимательно все проверяя.

— Они сидят идеально, — заверила я его, понятия не имея, правда это или нет, поскольку я впервые в жизни их надела.

Было мило, каким взволнованным он казался; румянец так и не сходил с его щек, пока он надевал чехлы на лезвия и обувал свои коньки. Когда мы оба были готовы, он помог мне доковылять до льда.

У входа на каток я окинула взглядом гладкую поверхность и постаралась не поддаваться панике. У оборотней была почти идеальная координация, но это все еще была замерзшая гладь воды. Попытка пересечь ее на тонких металлических лезвиях казалась неестественной.

Я уже смирилась с тем, что сегодня буду чаще сидеть на заднице, чем стоять, но это было важно для Финли, а значит, и для меня. Я бы упала хоть сто раз, лишь бы он был рядом, чтобы помочь мне подняться.

— Нервничаешь, Эм? — спросил он, когда я замешкалась. — Ты же Снежная Королева, тебе не о чем беспокоиться.

— Не уверена, что у меня хорошо получится, но я готова попробовать, — ответила я ему.

Он помог мне снять защиту с лезвий и первым вышел на лед, скользя так легко, будто это и впрямь было волшебство, как я и говорила. Я окинула взглядом лед — моего противника на сегодня — и в последний раз набрала в грудь побольше воздуха для храбрости.

Первый шаг оказался не таким уж и плохим, но когда я поставила вторую ногу и оттолкнулась, то не рассчитала, насколько скользко, и меня начало шатать. Я раскинула руки в стороны, пытаясь удержать равновесие, но ухватиться было не за что. Короткий визг вырвался из моей груди, когда я начала падать, но Финли поймал меня задолго до того, как я рухнула на лед.

Он притянул меня ближе, и из его груди раздался тихий смешок.

— Я бы никогда не дал тебе упасть, дорогая, — сказал он, похлопывая меня по спине. — Никогда.

Мое сердце бешено колотилось от того, что я едва не упала, а может, оттого, что я оказалась в его объятиях, но так или иначе… Пожалуй, катание на коньках мне все-таки подходит.

ГЛАВА 56

ЭММИ

Финли сдержал свое слово и не давал мне упасть на лед, терпеливо обучая меня основам катания. Моя волчица поначалу и слышать об этом не хотела, но как только она поняла, что руки нашего избранника будут постоянно на нас, пока он спасает нас от неминуемой гибели, она стала куда большей поклонницей этого занятия.

Но, если честно… я тоже.

К концу тренировки я смогла проехать целый круг по катку без его помощи. Когда он вывел меня со льда, меня переполнял адреналин.