Сначала ехать на спине медведя было странно, но я быстро перестала об этом думать и просто рухнула вперед, уткнувшись в его мех. Мои ноги нелепо болтались по бокам. Мне приходилось их немного поджимать, чтобы ничего не задеть, хотя Финли, казалось, в своей гонке за нашу безопасность и свободу этого не замечал и не придавал значения.

Земля позади нас все еще дрожала, а энергия в воздухе потрескивала на моей коже. Это напоминало о том, что из подземного бункера вырывается дракон, и он будет преследовать нас, как добычу.

Мы с Финли оба знали, каково это — быть добычей, хотя он — только в юности. Я же была добычей большую часть своей жизни, и даже с моими альфами и стаей ничего не изменилось.

Слэйд пытался предупредить меня, что для выживания мне нужно стать сильнее во всех отношениях. Физическая форма, боевые навыки, владение оружием. Мои умения оставляли желать лучшего, и никогда это не было так очевидно, как сегодня, когда меня пришлось тащить чертову медведю, потому что я не могла за ним поспеть.

Сегодня был последний день, когда я была такой жалкой и уязвимой.

Да, я всегда буду меньше и слабее альф, но это не значит, что я не могу тренироваться, чтобы стать лучшей версией себя.

Вибрация усилилась, и Финли тоже прибавил ходу. Как долго он сможет бежать в таком темпе с моим дополнительным весом, было вопросом, но пока он не сдавался. Я мало что знала о медведях, но мне казалось, что они быстры на коротких дистанциях и не предназначены для многокилометровых забегов.

— Где ты? — позвала я свою волчицу, и легчайший намек на ее сущность коснулся моих пальцев. — Нам нужно обратиться. — Ее отчаянный вой был мне ответом, и во мне вскипело разочарование.

Я тоже скорбела по нашим пропавшим партнерам, и тот факт, что нас насильно связали с чудовищем, не помогал, но мы не могли просто сдаться. — Пожалуйста. Найди в себе силы.

Не получив в ответ ничего, кроме безразличного фырканья, я решила оставить ее в покое. Может, в ней и был дикий дух волка, но она также была омегой. Мы не созданы для жизни без своих партнеров.

Мы были сердцем стаи, и когда узы, связывающие нас с нашими избранниками — к которым теперь относился и Тэлон, — истончались, это сокрушало наш дух.

Сражаться могла только моя человеческая сторона, и я буду бороться, используя все, что у меня есть.

Как тот прилив жара и силы в бункере. Я понятия не имела, что это было и откуда взялось, но это была сила, которую я надеялась обрести снова.

Впереди, нарушая бесконечный пустынный пейзаж, виднелась рощица. Этот случайный клочок леса с одной стороны граничил со скалистым утесом, который тоже мог бы укрыть нас от взгляда дракона. Финли направился прямиком к деревьям, и мы оба знали, что наша единственная надежда — найти место, где можно спрятаться и перегруппироваться.

От Тэлона было не убежать, по крайней мере, как только он выберется из бункера — его размеры будут лишь замедлять его, пока он не окажется на открытом пространстве. И хотя наша связь ощущалась рваной и неполной, он сможет меня выследить. В груди я чувствовала тягу его зверя, а моя волчица рвалась обратно к своему партнеру. Насильно нас связали или нет, такова была природа этой связи.

Быстро садящееся солнце почти не освещало лес, и без активного присутствия моей волчицы мне оставалось лишь щуриться в полумраке. Финли постоянно менял направление, уводя нас все глубже в лесную чащу. Здесь было слишком редколесье, чтобы как следует спрятаться, а из-за поредевших к зиме деревьев летающий зверь легко бы нас заметил.

Подо мной Финли замедлялся, его походка стала более грубой, чем раньше. Как раз когда я собиралась предложить пойти пешком, он резко свернул направо, едва не сбросив меня со своей спины. На бегу он втягивал носом воздух, и я запаниковала, подумав, что это Тэлон.

Я запрокинула голову — в темнеющем небе не было никого, и тяга в груди не стала сильнее. Финли набрал скорость, и мне пришлось пригнуться под очень низко нависшими ветвями, когда он ворвался в новую часть леса.

Впереди я заметила скальную стену — должно быть, часть тех утесов, что я видела раньше. Финли направился прямо к ним, все так же принюхиваясь.

Это не могло быть из-за присутствия Тэлона.

Он не убегал от запаха — он его искал.

Прошло еще несколько минут, прежде чем на стене показалось черное пятно, резко выделявшееся на фоне белого и серого камня. Пятно росло, пока мы наконец не оказались у входа в пещеру. Он был таким маленьким, что мне пришлось соскользнуть с медведя, чтобы мы могли протиснуться.

Сначала Финли не пускал меня внутрь, тщательно все обнюхивая, прежде чем подтолкнуть меня в темноту. Без своей волчицы я шла вслепую, поэтому пробормотала:

— Так, к твоему сведению, я не вижу, куда иду — в яму или в стену. Моя волчица спряталась. Она такая почти с тех пор, как меня насильно связали, так что мои чувства не намного острее человеческих.

Его угрожающее рычание за спиной было таким низким, что мой пульс подскочил от естественного страха. Разумом я понимала, что Финли на меня не нападет, но этот гортанный звук был ужасающим.

Заставляя себя говорить ровным тоном, я произнесла:

— Просто… просто скажи, если я сейчас врежусь в стену. Ткни меня носом в спину или что-то в этом роде.

Он хмыкнул и подтолкнул меня — надеюсь, в знак согласия.

Пока мы шли, бешеное биение сердца успокоилось. Для дополнительной безопасности я выставила руки вперед. Стены с обеих сторон были близко, заставляя Финли протискиваться, а его горячее дыхание и сильный вишнево-ванильный запах окутывали меня сзади.

Когда мы шли уже минут пять, давящее ощущение стен по бокам ослабло, и я уловила дуновение свежего прохладного воздуха. Несколько лучей дневного света пробивались сквозь трещины наверху, превращая эту просторную пещеру в царство теней. Но это было ненадолго, ведь солнце почти село.

Когда Финли подтолкнул меня, я тут же остановилась, все еще держа руки перед собой.

— Там стена? — спросила я, и он снова меня толкнул. Что это значило?.. — Ты можешь сейчас обернуться? Думаю, нам нужно обсудить варианты, пока разъяренный дракон не разнес эту пещеру на куски.

Вместо вихря энергии оборотня, который бы означал его превращение, я получила лишь очередной толчок. Вздохнув, я сказала:

— Ладно, давай так: один толчок — «да», два — «нет». Ты хочешь, чтобы я здесь остановилась?

Один толчок.

— Хорошо, это потому что передо мной стена?

Два толчка.

Стены нет.

— Значит, ты считаешь, что это хорошее место, чтобы остановиться и перегруппироваться?

Один толчок.

Отлично.

— Но ты не хочешь превращаться обратно?

Два толчка, что заставило меня на мгновение замереть. За этим последовало менее угрожающее, чем раньше, урчание, которое навело меня на странную мысль. Не зная, как он отреагирует на мой следующий вопрос, я нерешительно спросила:

— Ты можешь превратиться обратно?

Два толчка.

Ох, черт. Финли потерял контроль над своим медведем, и зверь не собирался ослаблять хватку.

Он застрял в медвежьем обличье.

ГЛАВА 9

ЭММИ

Время было ограничено, ведь дракон мог в любой момент выйти на наш след — в конце концов, у него была со мной прямая связь, и я чувствовала, как он кружит где-то там, над лесом.

Вероятно, он надеялся, что жажда и голод заставят меня выйти наружу. Но сначала мне нужно было придумать, как вытащить Финли из его пушистой шкуры и вернуть ему облик секси дровосека.

Естественный свет уже погас, и я опустилась к ближайшей стене. Финли остался справа от меня. Когда он был так близко, воздух словно искрился… по коже пробегали мурашки, а глубоко внутри просыпалось обостренное чутье. Такое бывало со всеми из моей стаи, но с Финли это чувствовалось всегда острее. Я никак не могла понять, было ли это из-за гнева и боли, что бурлили в нем, или из-за чего-то большего.