— И да, пока мы вместе, я согласна быть только с вами. Но вы не должны мешать мне строить карьеру и личную жизнь. Ваша забота обо мне и интерес не выходит за пределы снятого дома.

— Что?

Герцог был не просто удивлён — он никак не ожидал услышать подобное. Любая другая актриса тут же попросила бы продвижение в карьере, место в Королевском театре, украшения, платья и оплату дома на пару лет вперёд.

Актриса должна была хотеть, чтобы её связь с таким титулованным мужчиной, как он, заметили. Её ценность в глазах общества и других мужчин только выросла бы.

— Я ещё подумаю. У вас есть другие условия? — спросила она.

— У меня больше нет условий. Я куплю вам платья, в которых хотел бы вас видеть. Возможно, пришлю украшения. Прошу приходить в указанный срок или предупреждать, если возникнут проблемы.

— Тогда, наверное, всё.

Эви уже начала собираться. Она расправила несколько складок на юбке.

На сегодня хватит. Ей уже давно пора было уходить.

А Александр всё никак не мог решиться задать свой главный вопрос. На столе ждала чековая книжка.

— Эви, сколько вам нужно денег?

Девушка растерялась, она не посмотрела ему в глаза.

— Пока не нужно. Я скажу вам потом, что мне от вас понадобится. И, Александр, я не хочу, чтобы вы думали, что меня можно купить.

— Эви, я уже понял, что вас нельзя купить. Именно этот факт и создаёт столько проблем.

Эвелин встала с кресла, ей не терпелось отдалиться от него, покинуть этот дом, и обдумать, на что она всё таки согласилась.

— Ваш кучер ждёт меня?

Герцог утвердительно кивнул.

— Хорошо.

Она подошла к нему, коснулась губами его щеки и, положив ладонь ему на грудь, слегка надавила.

— Не провожайте меня, я найду дорогу.

Александр, всё ещё ослабленный после ранения, с удивлением смотрел вслед девушке, покидающей его кабинет. И пока он пытался понять, что вообще сейчас произошло в этой комнате, Эви обернулась и снова его удивила:

— Самое важное: пообещайте, что не будете лезть в мою личную жизнь...

Удовлетворённая его кивком, Эви открыла дверь и выскользнула в коридор. Все эти знатные дома были похожи друг на друга, и девушка уверенно направилась по лестнице вниз.

Может, ей всё-таки стоило попросить хоть какую-то сумму, чтобы не вызывать подозрений? Но она понятия не имела, сколько обычно просят любовницы и за что именно.

На первом этаже Эвелин встретила дворецкого. Мужчина стоял у стены так, словно специально поджидал её.

— Мисс Харлоу, миссис Блейкстоун хочет с вами поговорить...

Дворецкий проводил Эвелин в большую гостиную на первом этаже, вдали от комнат хозяев, приоткрыл дверь и пропустил её вперёд. Но вместо тонкого силуэта Кэролайн на диванчике сидела другая женщина.

— Мисс Харлоу, если вы не слишком устали после такого вечернего приёма, я буду признательна, если вы присоединитесь ко мне за чаем и задержитесь ещё на несколько минут.

Эвелин, ожидавшая услышать что угодно: угрозы, шантаж, требования оставить её сына в покое, с недоверием посмотрела на вдовствующую герцогиню так похожую на Александра.

Но всё же, утвердительно кивнув, обошла диванчик и села напротив леди.

— Скажите, мисс Харлоу, вы уже решили, какой хотите видеть свою жизнь через год? Через пять лет?

Собственно, не стоило ожидать от дамы из высшего общества прямоты. Эвелин прекрасно понимала, что сейчас вдовствующая герцогиня прощупывает её границы и решила облегчить ей задачу.

— Вы хотите предложить мне деньги за внесение коррективов в мои планы?

Мать герцога элегантными движениями расставила чайные пары, разлила по чашкам чай и, взяв одну из них в руки, глубоко вдохнула аромат дорогого белого чая.

— Нет, конечно, — усмехнулась она. — У моего сына больше денег, чем у меня. И больше способов сделать вашу жизнь удобной, если он того пожелает. Тут мне нечего вам предложить.

— Тогда что именно вы хотите узнать?

— Позвольте спросить иначе. Кем вы видите себя рядом с ним: мимолётной связью или постоянной содержанкой? Женщиной, которую он будет навещать годами или вы надеетесь однажды стать частью нашей семьи?

— Частью семьи? — Эвелин вообще не понимала, что именно имеет в виду эта женщина.

— Последний путь я бы вам не советовала. Если у Александра родится ребёнок не от законной жены, семья будет вынуждена вмешаться. Мы обеспечим ребенку имя, образование и положение. Настолько, насколько это возможно. Но я не допущу, чтобы кровь Блейкстоунов воспитывалась за кулисами театра.

Хорошо, что Эвелин не планировала рожать от герцога детей. А такая жестокость не стала для неё сюрпризом. Конечно, аристократка не захочет, чтобы её внука воспитывала актриса. Хоть женщина и не сказала прямо, что собирается исключить Эви из жизни собственного ребёнка, намёк на это читался в каждой фразе.

— Я не вижу себя ни его постоянной содержанкой, ни матерью его детей, ваша светлость.

— Тогда кем?

Эвелин пришлось задуматься. Она и сама не знала ответа на этот вопрос.

Но молчание затягивалось, а взгляд герцогини становился всё тяжелее.

— Чем-то средним между девушкой на одну ночь и постоянной содержанкой. Дальше этого наши отношения не зайдут.

— Вы должны понимать: однажды в его жизни появится женщина, которая получит то, чего у вас не будет никогда. Она возьмёт его имя, станет матерью наследников и получит право на его время. Все главные праздники, дорогие вам вечера он будет вынужден проводить со своей семьёй. Даже если он будет желать вас, мисс Харлоу, она будет первой, а вы — второй. В лучшем случае.

Несмотря на то, что Эви уже успела там в кабинете предложить Александру свободу и прямо сказала, что понимает: ему пора искать жену, слова женщины неприятно укололи её.

На несколько секунд девушка потеряла самообладание. Недовольно поджав губы, она стыдливо опустила взгляд под пристальным наблюдением опытной женщины.

— Как только такая женщина появится, меня рядом с ним не будет.

От герцогини, которая провела всю жизнь среди интриг, не укрылось это явное противоречие.

— Вы говорите это сейчас. Но уверены ли вы, что сможете выйти из таких отношений? Особенно если Александр не захочет вас отпускать?

— Ваша светлость, я американка. У меня есть одно преимущество перед лондонскими дамами: когда придёт время, я просто сяду на корабль.

Девушка, улыбнувшись, посмотрела женщине в глаза.

— Поверьте, даже самые пылкие отношения плохо переносят расстояние размером с океан.

— Вы планируете уезжать? Когда? — герцогиня и не надеялась услышать правдивый ответ.

Для неё всё это были лишь речи молодой самоуверенной девушки, которая рассуждала с юношеским максимализмом и, видимо, верой в собственные силы. По мнению герцогини, актриса ещё не знала, что значит любить мужчину, который ей не принадлежит.

Но ответ девушки её удивил своей прямотой.

— Хочу через три месяца. Если дела затянутся, то через шесть.

Эвелин отвечала совершенно серьёзно. Она поочерёдно загибала пальцы, беззвучно перечисляя какие-то события.

— Думаю, я успею закончить все свои дела в Лондоне за три месяца.

— Это правда?

— В этом вопросе вы можете мне доверять, ваша светлость. ***

— Ох, я так рада, что ты веселишься.

— Что? С чего это вдруг? Всё как обычно.

Эвелин невозмутимо поправила платье и как ни в чём не бывало продолжила разглядывать прибывающих гостей и танцующие пары.

— Нет-нет. Сегодня ты как будто расслабилась. Хотя, может, я и ошибаюсь, — пожала плечами София и, взяв её за руку, повела за собой в зал с закусками.

— Нам давно стоило так повеселиться. Всё-таки у графини была отличная идея организовать танцевальный вечер. И столько людей пришло...

Эвелин следовала за подругой, внимательно обдумывая её слова. И правда, пока герцог отсутствовал и не было никаких известий о его здоровье, она никак не могла найти себе места и успокоить внутреннюю тревогу.