— Кэролайн, с моим финансовым состоянием всё в порядке, а вот с терпением — нет.

Он сел на диван и, облокотившись о спинку кресла, закрыл глаза. Визит матери и сестры уже успел его порядком утомить.

— Вот скажи, Кэролайн, я же тебя поддержал. Когда ты выбрала, захотела мужа без связей и состояния. Что же ты сегодня мне показательное выступление устроила?

Кэролайн села совсем близко к брату и положила голову ему на плечо.

— Может, я люблю тебя… и забочусь…

— Не то… — тут же отмахнулся он.

— Ты же всегда умел расположить к себе даму. Ты без лишних усилий можешь получить всё, что хочешь. Тебе уже пора позволить матушке помочь тебе с выбором жены.

— Я похож на человека, который женится по указке матери?

— Какая разница? Твой тип явно актрисы. Женись на одной из приличных девушек, будь с ней честен, расскажи о своём «пристрастии» и убери это с наших глаз. Уверена, многие девушки согласятся на такой договорной брак, а про актрис и так всё понятно.

Александр не смог сдержать усмешку и уставился на сестру.

— Я думал, что ты неисправимый романтик. Но приятно видеть, как маска милого человека спадает с твоего лица.

— Я реалистка. И могу дать тебе ответ, почему я выбрала человека, в которого влюблена, и считаю плюсом, что у него нет всего этого состояния.

— Ну?

— В его системе мира даже нет такой идеи, как снять отдельный дом для любовницы. Для него недоступна сама мысль купить внимание другого человека.

Александр и сам осознавал правду таких взаимоотношений, но именно в этом случае ему не нравилось слово «купить».

— Не хмурься, деньги и титул дают тебе возможность думать, что ты выше других людей. И я это принимаю. В отличие от моего мужа, для которого…

— Нет, ты просто влюблена… — Александр отмахнулся от слов сестры.

— Хорошо, но вернёмся к тебе. Почему ты ещё не снял дом? Не установил расписание, когда навещаешь свою актрису? И, напоследок, её гардероб? Неужели любовницы герцогов сейчас могут рассчитывать только на халат сестры?

— Замужняя жизнь тебя абсолютно испортила. Напомни, написать твоему мужу.

— Так где же дом? — по-детски не унималась сестра.

— Эвелин не захотела, чтобы я снимал для неё такое жильё.

Сестра вопросительно подняла бровь.

— Хм, странно. Не то чтобы я знаток актрис, но от таких перспектив глупо отказываться. — Сестра кивнула в его сторону, явно намекая на помощь в карьере и финансовую поддержку, которую он оказывал всем своим любовницам.

Кэролайн, которую ждал деревенский быт, крошечное поместье, оплаченное братом, муж и дети, порядком соскучилась по интригам и сплетням, которыми был пропитан дух Лондона. И, увидев шанс на интересное времяпрепровождение, сказала:

— Ладно, представь меня как следует, мы подружимся, и я скажу тебе, что с ней не так.

— Нет.

— Я знаю, что у меня есть принципы, и я бы предпочла никогда не знакомиться с твоими любовницами. Но пока у тебя нет жены, ничего предосудительного в этом не вижу.

— Дело не в этом. Предпочитаю факты, а не слова. Тем более что я уже оплатил услуги более квалифицированного человека.

Сестра посмотрела на брата, пытаясь понять, о чём он говорит:

— Ты нанял детектива?

Он улыбнулся ей.

— Кэролайн, я проверяю прошлое всех без исключения. Просто в этом случае я попросил господина Абберлайна искать очень тщательно… У мисс Харлоу скоро не останется секретов…

Как только за герцогом закрылась дверь, мысли Эвелин одна за другой сменяли друг друга. Первым делом девушка опустила ноги на холодный пол. Сначала она решила просто надавить ступнями на паркетные доски, а после постепенно оторваться от кровати и сделать шаг.

Эвелин сразу же поняла, в чём её ошибка: пока состояние шока, боль и замутнённое сознание не отступили, нужно было идти домой. Сейчас же, когда она почувствовала облегчение, девушка просто не могла заставить себя вновь испытывать эту боль. А любая обувь и вовсе казалась пыткой.

Вопреки голосу разума, который кричал, что всё это огромная ошибка, Эви вновь подтянула ноги на кровать и уселась с комфортом.

Она собиралась привести себя в порядок, начать с волос и лица.

Из коридора доносились шаги. По стуку каблуков Эви могла угадать, что это женские туфли. Раздался глухой стук в дверь, следом — звон фарфоровых чашек, а потом дверь отворилась. Кэролайн толкнула её плечом и зашла в комнату спиной, резко повернувшись на каблуках, едва не потеряв равновесие.

Сестра герцога начала искать свободное место, чтобы поставить поднос.

— Брат просил передать, что чай поможет вам уснуть.

Сестра герцога не смотрела на неё, так как она была увлечена сервировкой чая. И наливала его в две чашки.

— Тут настой валерианы, мята и мёд, — сказала она, делая глоток. — Мне тоже не помешает.

Кэролайн присела на край кровати, взяла со стола чашку с блюдцем и отхлебнула чай.

— Простите, я не могу как ни в чём не бывало обсуждать чай.

Эви неуверенно провела пальцем по краю чашки и посмотрела прямо в глаза сестре хозяина дома. Кэролайн удивлённо посмотрела на неё: она сама подбрасывала девушке более комфортные темы, рассчитывая растопить лёд.

— Я должна извиниться. Мне не стоило вторгаться в ваш дом и точно следовало представиться.

Девушки смотрели друг другу в глаза.

— Меня зовут Эвелин Харлоу, я работаю актрисой в Королевском театре на Друри-Лейн.

— Я всё ещё считаю, что мой брат ведёт себя безрассудно.

Эвелин так и представляла себе эту беседу: неловкой и неприятной для обеих.

— Но, зная его характер, могу предположить, что у вас в целом не было выбора. Я Кэролайн.

Девушки в тишине пили чай, крайне неловко разглядывая друг друга.

— Вам не следует спать с лицом покойницы.

Эвелин никак не ожидала такой смены темы и тут же удивленно вскинула бровь.

— Чёрные стрелки с белилами, растертые по щекам, придают вашей коже болезненно-синий оттенок, — равнодушно добавила Кэролайн и, не спрашивая разрешения, поставила ей миску с водой на колени.

Эвелин успела позабыть о гриме, хотя он, как застывшая маска, сушил кожу и неприятно стягивал лицо. Девушка медленно, размачивая полотенце, снимала грим.

Кэролайн внимательно всмотрелась в её лицо и, как только удостоверилась, что грима больше нет, взяла таз и унесла его на стол. Но и на этом сестра герцога не остановилась: она встала, подошла к краю кровати. Эвелин видела, с каким вниманием та осматривает её порезы, и если лицо герцога выглядело серьёзным, то Кэролайн морщила носик и недовольно вздыхала, не в силах смотреть на кровь.

В следующую секунду, ни капли не жалея паркета, сестра герцога притащила из угла спальни ширму для переодевания и установила её прямо напротив кровати.

Эвелин встала, взяла в руки домашнее платье, так заботливо одолженное ей, быстро переоделась, накинув халат.

— Спасибо, я всё.

Кэролайн собиралась оттащить ширму назад, но махнула на неё рукой и вновь присела на кровать.

Девушки в полной тишине пили чай.

Трижды постучали. Дверь открылась.

— Извините…

Герцог, собирался уйти сразу как увидел ширму, и уже практически закрыл дверь, но из спальни донесся голос:

— Останься, все одеты, я поленилась оттащить эту ширму на место.

И как только герцог убрал ширму, он тут же увидел лицо Эвелин. Мужчина старался отвести взгляд в сторону, но интерес перевешивал всё. Он снова и снова всматривался и с удивлением разглядывал её черты.

Герцог не сразу понял, что именно изменилось.

Александр привык считать, что грим сильно изменяет актёров, но никак не ожидал, что и дневной макияж так сильно может скрыть внешность. Сейчас, с чистым лицом, Эви выглядела значительно моложе: нос был обсыпан веснушками, скулы, ямочка на подбородке и прямой, резкий нос потеряли свою остроту.

Казалось, что вместо Эвелин на кровати сидит другой человек. Если раньше её внешность казалась ему дерзкой, роковой, то сейчас перед ним открылась красота совсем иного рода.