— Александр...

Герцог поднял взгляд.

— Вы правда решили жениться на ней?

Он лишь промолчал.

— Я ведь люблю вас.

— Сесилия.

— Нет, дайте мне сказать. Вы просто оставите меня вот так? Женитесь на скучной правильной девице и просто забудете обо мне? Жаль, что у нас нет детей. Тогда вы бы не ушли от меня. Александр, ты бы хотел сына от меня?

Её глаза покраснели. Александр заставил её выпить ещё воды и убрал влажные пряди с её лица. Измученная приступами, Сесилия опустила голову и тихо пробормотала:

— Какая же я дура.

— Я оплачу этот дом ещё на год.

Сесилия нахмурилась.

— Зачем?

— Чтобы вы могли решить, что делать дальше.

— Значит, это правда конец?

Сесилия зажмурилась, пытаясь остановить слёзы, хлынувшие ручьём.

— А Лидия?

— Что Лидия?

— Вы её любите?

Он молчал.

— Значит, любите.

Герцог усмехнулся, но всё же ответил честно:

— Нет. Не люблю.

— Тогда почему? Неужели у этой серой мышки хватило храбрости поставить вам условия, и вы так легко решили оставить меня? — мисс Бланш и сама не верила своим словам.

Мэри вошла в комнату и отнесла в ванную два ведра горячей воды. Александр с облегчением выдохнул. Он собирался поручить дальнейшие заботы о госпоже юной горничной. Всё-таки у него была назначена важная встреча, а перед ней стоило освежиться.

— Что эта мышка может сделать в постели? О чём она может рассказать? О вышивке и цветах?

Не обращая внимания на горничную, Сесилия вскочила на ноги и вцепилась в рукав герцога. Она тянула его к кровати, не умолкая ни на секунду. Когда Мэри подскочила помочь своей госпоже, Сесилия резко отмахнулась и ударила девушку локтем в нос. Горничная схватилась за лицо, громко всхлипнула и выбежала из комнаты. Александр даже не успел её остановить, предложить помощь или осмотреть повреждение.

— Не уходи... — остановила его Сесилия.

Она смотрела на него умоляющими глазами, с трудом поднимая руку к его щеке. Отказать ей он не смог. Герцог закатал рукава рубашки и помог девушке освободиться от платья. Сесилия тут же повисла у него на шее, прижимаясь к нему обнаженным телом и осыпая поцелуями его лицо.

С трудом справившись с ней, Александр поднял девушку на руки и отнёс в ванную.

— Я красивая?

— Да, — ответил он, аккуратно обтирая её плечи влажной губкой.

— Тогда почему вам не хочется продолжать встречаться со мной? Я же делала всё, что вы мне велели.

— Я не буду это обсуждать, — герцог отвёл взгляд.

— Почему меня вам оказалось недостаточно?

Он устало выдохнул, полностью проигнорировав её слова. Девушка плескалась в ванне, пыталась выхватить у него мочалку, тянула его к себе, брызгалась водой и явно приставала к нему.

— Сесилия! Нужно вымыть волосы.

На мгновение она перестала брыкаться и послушно села, позволив ему намылить ей волосы. Когда он закончил, то укутал её в полотенце и, несмотря на мокрые волосы и влажную ткань, понёс обратно к кровати.

— Стоило напиться, чтобы увидеть такую заботу.

Сесилия крепко сжимала его руку. Несмотря на несвязные мысли и навязчивые идеи, она всё же поняла одну вещь: герцог ничего не испытывал к Лидии. Иначе не ответил бы так легко на её вопрос.

Актриса посмотрела на мужчину, сидевшего у её кровати. Сегодня ночью он смачивал полотенце в тазу, вытирал ей лицо и руки, заставлял пить воду и терпеливо ждал, пока ей станет легче, помог ей искупаться, в конце концов.

Если бы ему было всё равно, разве он остался бы здесь? Разве не ушёл бы, поручив заботу о ней служанке, пусть и с подбитым носом?

Нет, Сесилия не могла поверить, что такой мужчина, как герцог, отказался от любовниц, страсти и развлечений ради такой девушки, как Лидия. Весь вечер она наблюдала за ними. И как женщина понимала: он не хотел эту мышь.

Значит, причина была в другом. Может быть, в отце девушки. Он, кажется, граф.

А вдруг он и не отказался от любовниц?

Сесилия и сама не заметила, как поток мыслей свернул в другую сторону.

Вдруг она разонравилась ему? Или он приметил другую? Неужели у него появилась кто-то ещё? Вдруг он просто заменил её?

— Если хотите, я могу поговорить с профессором Митчелом. Возможно, он найдёт для вас место в лечебнице.

— Нет.

— Хорошо.

Сесилия думала, что он станет настаивать на осмотре врача, будет уговаривать её и просидит рядом до самого утра. Завтра навестит вместе с лекарем. Но герцог лишь убедился, что девушке стало лучше, осмотрел свою рубашку, покрытую пятнами, поднял со стула пиджак и направился к двери.

— Спи. Утром тебя навестит Мэри, — объяснил он.

Неужели он оставит её и поедет к другой?

Сесилия не собиралась сдаваться.

— Ты не хочешь остаться?

Он не ответил.

— Она любит тебя? Любит так же, как и я?

Тишина.

— Ну скажи хоть, какая она?

Герцог развернулся, посмотрел на Сесилию и, пожав плечами, ответил:

— Другая.

Сесилия долго смотрела ему вслед. И вдруг вспомнила букеты. Раньше после каждой премьеры, новой роли или праздника именно он присылал ей цветы. А последние месяцы похожие букеты без всякого повода начали появляться на соседнем столике в гримёрке.

— О боже...

Тошнота вновь подступила к горлу актрисы.

— Завтрак накрыт, герцог Ашмор.

Александр тут же отбросил бумаги и посмотрел на экономку, которая тихо постучала по дверной раме, не решаясь войти через открытую дверь.

— Я не просил завтрак, миссис Рейнольдс, — грубо и в несвойственно резкой манере прервал милую экономку герцог. Но, заметив на её лице мимолётную обиду, тут же исправился: — Спасибо, миссис Рейнольдс, но я не собирался задерживаться в этом доме.

Чувства домоправительницы, которая отчаянно старалась заботиться об этом доме, вновь были задеты. Сначала молодой господин лично попросил её перебраться сюда из семейного особняка, в дом своей любовницы. А теперь она даже не могла выполнять свою работу на совесть.

Миссис Рейнольдс всплеснула руками.

— Но позвольте, для этого дома заказывается еда, кухарка ждёт указаний. Ни вы, ни мисс Харлоу толком не пользуетесь всеми этими благами. Кого, по-вашему, я должна кормить? Всё ведь испортится!

Нрав женщины не позволял ей ни смириться с такой расточительностью, ни раздать уже приготовленные блюда слугам. А то, что она помнила герцога ещё совсем юным, и вовсе развязывало ей руки.

— Вы правы, миссис Рейнольдс. Я просто не голоден. Распорядитесь завтраком по своему усмотрению.

— Хорошо. Тогда я раздам уже приготовленное слугам, а вот сыр и орехи могу принести вам. Перекусите. Или отнесу их обратно в кладовую. Но вы всё же попробуйте сыр. Вчера он очень понравился мисс Харлоу. Госпожа его даже похвалила. Твёрдые сыры, они такие... Особенно итальянские...

— Что вы сказали?

— Пармезан. Мы закупаем его в итальянской лавке...

— Мисс Харлоу приезжала сюда вчера? — вновь перебил герцог экономку.

— Ну да. Но она вас не дождалась. Уже за полночь попросила карету.

— И вы не сказали мне об этом вчера?

— Простите. Вы так поздно приехали и сразу поднялись наверх. Я думала, вы в курсе.

Женщина растерянно пожала плечами и отступила назад.

— Она ещё передала вам записку. Я оставила её в столовой вместе с газетой... — тихо добавила экономка.

— Принесите кофе в столовую, — Александр тут же изменил своё решение и направился вниз.

Записка, лежавшая на столе, не была запечатана. Эви даже не потрудилась вложить её в конверт.

Надеюсь, у нашей общей с вами знакомой всё хорошо. К сожалению, я вынуждена уехать. Если вдруг у вас получится выполнить мою просьбу, буду очень признательна. С нетерпением жду следующей встречи. Мисс Харлоу.

Он медленно скользил взглядом по размашистым, плавным буквам, подмечая гордость и находчивость Эвелин. Трудно было представить более формальное письмо при сложившихся обстоятельствах. И всё же в первой строчке он разглядел ревность, а в последней — просьбу о скорой встрече.