Я смотрю на него в замешательстве, и он отвечает мне тем же.

“ Значит, ты действительно не помнишь, что произошло?

“Нет”.

— Вчера вечером мы должны были поужинать, но ты появился только через полчаса после того, как мы начали есть. Пьяный, могу добавить, с Натальей под руку. Я был зол, видел только красное, а потом ударил тебя.

“ Ты дал мне пощечину? Почему ты дал мне пощечину?

Я выпрямилась. «Чейз, вчера была суббота, и мы планировали поужинать вместе».

“Мы могли бы перенести встречу”.

— Я с нетерпением ждала этого последние две недели. Я отвожу от него взгляд.

— Прошлой ночью я вёл себя совершенно не так, как обычно, и даже если ты меня ударила, как мужчина я должен был сдержаться и не поднимать на тебя руку.

«Будучи хозяином дома, я должен был понимать, что не стоит распускать руки. Не уходи из-за того, что случилось прошлой ночью. Парням нравится, что ты здесь. Я бы тоже хотел, чтобы ты осталась».

Я правильно расслышала? Боже милостивый, почему этот разговор не мог состояться после спокойной ночи?

«Ребята пришли ко мне вчера вечером и сказали, что тебя выгоняют на два месяца, потому что ты распускал руки. Я пыталась убедить их передумать, но они сказали, что это правило дома.

— Итак, я тоже ухожу. Я думаю, что в том, что случилось прошлой ночью, виновата не только ты, но и я. Я ударил тебя и не подумал. Точно так же, как я знаю, что ты не подумал, когда прижал меня к стене.

“Шарлотта, не уходи”.

— Чейз, мои родители уже знают, что я возвращаюсь домой. Я вернусь через два месяца, как и ты, или, если к тому времени они найдут мне другую комнату, я буду там. Как я вчера сказал ребятам, моё решение окончательное. Ты уходишь, и я тоже.

Он кивает. Полагаю, он пытается понять, почему я это делаю. В коридоре раздаются шаги, и в дверях появляется Мигель.

— Простите, я вам не помешал? — он переводит взгляд с меня на неё и обратно.

— Нет, тебе что-нибудь нужно? — спрашиваю я, слегка улыбнувшись.

“Э-э, Чейз, ты готов идти?”

— Да, я спущусь к тебе через секунду. — Он проводит рукой по волосам.

“Ты сейчас уходишь?”

“Ага”.

— Ты уже нашёл место? Я был шокирован тем, что он так быстро справился.

— Э-э-э, да. Я собираюсь остановиться у, э-э-э, друга в кампусе. — Он ещё раз оглядывает комнату, прежде чем откашляться. — Думаю, мне пора идти. Просто подумай о том, что я сказал, — о том, чтобы остаться здесь.

— Думаю, со мной всё будет в порядке у родителей. Но спасибо тебе, и прости, что дала тебе пощёчину.

— Я тоже сожалею. Увидимся в кампусе?

— Да, конечно. — Я прикусываю нижнюю губу. Это действительно отстой. Я чувствую, что мы расстаёмся, даже не будучи вместе.

Я смотрю, как он уходит, и считаю про себя до двадцати, прежде чем выйти из комнаты. Мне нужно вынести ещё один чемодан, и я буду дома.

ЛЮК

Люк.Хёрбет: Вы, ребята, идёте сегодня на костёр?

Дрю.Хьюз: Задумался. Почему?

Люк.Хурбет: Просто спрашиваю

Джуниор.Эля: Я точно пойду. Я слышал, что там будет что-то грандиозное.

Стивен.Старр: Ты всегда слышишь подобное дерьмо, а потом ничего не происходит.

Дрю.Хьюз: Интересно, появится ли Белоснежка.

Стивен. Старр: Я до сих пор не понимаю, почему все так её называют. Она уже три года в колледже. Зачем давать ей имя сейчас?

Джуниор.Эй,не анализируй слишком сильно эту фантазию, братан. Она чертовски горячая.

Дрю.Хьюз: Мне плохо, я раньше не замечал эти милые сиськи. Да, СТИВЕН, заткнись.

Люк.Хьюз: Только что получил подтверждение из надёжного источника, что Белоснежка появится на экране.

Дрю.Хьюз: Я в деле!

ШАРЛОТТА

Я так устала, что мне совершенно не хочется идти на этот дурацкий костёр. Рейвен ходит туда каждый год и говорит, что это весело, что все расслабляются и отдыхают. Поскольку это наш последний год в колледже, она настояла, чтобы я пошла.

Я умоляла её, чтобы она отпустила меня в другой раз, но она не принимала «нет» в качестве ответа. Я погуглила, что люди надевают на костры. Я выбрала коричневый свитер оверсайз, джинсы-бойфренды тёмного цвета и балетки.

Я заезжаю в кампус, чтобы забрать Рейвен.

— Почему у тебя почти ничего нет? — спрашиваю я, когда она садится в машину. Она оглядывает мой наряд и улыбается.

“Симпатичный наряд, если бы костер был в лесу”.

“Тогда где же это находится?”

“На пляже”.

— На пляже? Рейв, почему ты не сказал мне об этом раньше?

Она поворачивается на своём месте и смотрит на меня. «Все знают, что это пляж. Они каждый раз устраивают там костёр».

— Что ж, прости, что я не знаю, где это. Я не хожу на такие мероприятия, и ты это знаешь.

— Извини. Не нужно лезть мне в душу. — Она отворачивается на своём месте.

Я завожу машину и направляюсь к месту назначения. Я вёл машину почти семь часов, и мне плохо. Сейчас я просто хочу свернуться калачиком в своей постели.

На полпути к пляжу я оглядываюсь и вижу, что Рейвен вырубилась. Вот тебе и второй пилот. Но она словно мгновенно просыпается, когда я заезжаю на парковку у пляжа.

— Наконец-то, — зевает она. — Ты готов к этому?

— Я имею в виду, есть ли у меня вообще выбор в такой ситуации? — я приподнимаю брови, отстёгивая ремень безопасности.

“У тебя всегда есть выбор”.

— Ладно, тогда я ухожу. Я снова пристегиваю ремень безопасности.

— Нет, ты не можешь просто уйти. Ты так далеко продвинулся, и это наш последний год в колледже, а костры — это что-то вроде традиции выпускников. Мы здесь и уходим. Она отстёгивает мой ремень безопасности.

“ Но ты сказала, что у меня был выбор. Я смотрю на нее.

— Так и есть, но не в этой ситуации. А теперь идём, может, ты даже увидишь там Чейза. Она подмигивает мне и выходит из машины.

Я не пойду на костёр, но у меня есть план. Я появлюсь на час, а потом вернусь к машине и буду ждать, пока Рейв вернётся в кампус.

Той трехчасовой поездки в дом моих родителей не будет.

— Поехали, Шарлотта. Рейвен стучит по капоту моей машины.

— Я иду. Я иду. Ничего не выйдет.

ШАРЛОТТА

Костёр оказался не таким, как я ожидала, и это хорошо и плохо одновременно. Я думала, что все будут расслабляться, сидя у маленьких костров, но все разделись до бикини и побежали в океан, плескаясь в воде.

Рейвен находит место, чтобы сбросить одежду, и направляется к океану. Сняв ботинки, я сажусь рядом с её сброшенной одеждой и оглядываю толпу.

Я вижу кучу людей из своего кулинарного кружка и тех, кого не встречала ни разу в жизни. Это будет долгая ночь. Порывшись в сумке, я достаю книгу «Право на жизнь» Кёртиса Ситтенфельда.

Время от времени я поднимаю взгляд на проходящих мимо людей. На самом деле я надеюсь встретить кого-нибудь из парней. Я чувствую себя здесь не в своей тарелке, но я также хочу насладиться костром.

Рейвен официально бросила меня тридцать минут назад, когда вернулась за своей одеждой, чтобы переспать с каким-то парнем, которого встретила в воде. Так что я погружаюсь в свою книгу.

Читая слово за словом, главу за главой, я не замечаю, как садится солнце.

— Чарльз? Я поднимаю взгляд и вижу Даррена, стоящего надо мной. — Когда ты пришёл?

Я смотрю на часы и вздыхаю. — Около трёх часов назад, а ты?

— Примерно в то же время. Ты всё это время сидел здесь и читал? — Он потирает затылок.

— Да ладно, Чарльз, ты должен веселиться. Это выпускной год. Тебе нужно веселиться и отрываться по полной. Ты сделал в колледже что-то такое, о чём будут говорить спустя годы?

Я закрываю книгу и качаю головой. «Я имею в виду, что поступление в колледж — это само по себе большое событие, так что есть о чём поговорить, верно?»

— Ты не серьёзно, ты не можешь быть серьёзно настроен. Он наклоняется, чтобы помочь мне встать. — Сегодня вечером мы повеселимся, и никакие твои слова не заставят меня передумать. Ребята будут рады тебя видеть.