“Пришлось,” — не стала отрицать.

“Потанцуем? У вас такой вид, словно вам до смерти скучно, принцесса. Мой долг — не дать вам погибнуть,” — указал он рукой на площадку.

“Не думаю, что вашему миру это понравится,” — неуверенно возразила.

Натянуть форму де Форест и ощутить металл в руке — от такого я бы не отказалась. Только вот все слова Даркиса о том, что я дома, были лишь словами, пока в его дворце бродят шпионы Элвинтора. Показывать эльфам, на что способна полукровка, не хотелось, по крайней мере в тот момент, и пока они не трогали меня.

Архальм нервно завибрировал, желая проверить свою магию, а я все же опасалась реакции Даркиса.

“О, вам позволено многое, Асана, стоит только пожелать,” — прошептал коварный дракон.

“Простите, раис Дримон, но не в этот раз,” — почти уверенно отказала командиру.

Архальм недовольно ужалил меня магией.

“Меньшее, что нам нужно, — это чтобы дракон узнал о тебе. Пока я не разберусь, что к чему, ты будешь моей тайной, Архальм, и не спорь,” — мысленно осадила артефакт.

“Жаль. Сражающихся принцесс на моей памяти еще не было. Но вы не совсем обычная принцесса, Касссити,” — тем временем прошипел разочарованный командир.

Картинно поклонившись, Дримон демонстративно спрыгнул с балкона, на котором я сидела, и направился на площадку.

“Позер,” — закатила глаза.

Старый артефакт, не получивший желаемого, затих — обиделся. Но я не собиралась показывать его магию.

Одно было понятно: Дримон, как и принц, не дурак, по крайней мере в том, что не касается эльфов. Заметив во мне силу вампира и учуяв магию артефакта, скрыть Архальма не получится.

Как отреагирует повелитель драконов на наличие у меня такого артефакта? Не ясно. А потому, пока это возможно, Архальм будет оставаться моей тайной, которую доверять я могу только себе.

Присев на низкий каменный выступ, я наблюдала, как, играя, сражались крылатые ящеры. Похоже, приличия драконы соблюдали только при посещении других королевств, в своем же, давали волю инстинктам.

Даже в бою, ящеры в облике магов вели себя больше как звери, чем как люди. Помимо того, что они были быстрее и сильнее, драконы обладали ловкостью и молниеносной реакцией. И самым умелым, как ни странно, оказался Дримон.

Ящер, который шутил и даже неприлично заигрывал со мной ранее, вступив на площадку, превратился в требовательного и строгого командира. Снова и снова, бой за боем, он рычал приказы, а когда кому-то из солдат не удавалось выполнить задуманное, лично валял их в пыли.

“Опасные, несмотря на спячку, они быстро восстановились. Увидеть бы магию,” — тихо бурчал в моей голове Архальм.

Обида никак не мешала моему браслету изредка комментировать сражения драконов, снова и снова вздыхая о том, что он не может ощутить их силу.

Тихое бурчание артефакта, звук металла и шум веселых голосов, почти заставили ощутить себя как в де Форест. Но это призрачное чувство быстро улетучилось, как только бурчащий друг больно ударил меня магией и грозно рыкнул.

“Эльфийка, злая, очень злая, почти тут,” — предупредил артефакт.

Я догадывалась, кто именно идет, но продолжила делать вид, что внимательно наблюдаю за поединком.

Другие любовницы редко покидали крыло Предилекты, и только Лунари разгуливала по дворцу, ощущая себя тут будущей хозяйкой. Или действующей?

Опыт с Калистой подсказывал, что не случайно явилась высокородная. Наверняка она уже выяснила, кого поселили в смежных покоях принца, и решила выказать превосходство.

Ничего нового, ничего особенного. Вот только я больше не юная принцесса и терпеть хамство не намерена.

Рядом зазвучал быстрый стук каблуков и зашуршало платье. Пришлось нехотя повернуть голову и посмотреть в пылающие яростью голубые глаза Дилекты повелителя.

“Я знаю кто ты,” — тихо зашипела эльфийка, подходя почти в притык.

Касити де Форест.

“Я знаю, кто ты,” — тихо зашипела эльфийка, подходя почти вплотную.

Какой реакции ждала любовница принца на свой выпад? Явно не той, которую получила. Мне будут угрожать? Лживая королева тоже так делала. А значит, и я поступлю привычным образом.

На фразу Лунари я лишь тихо хмыкнула и повернулась обратно к площадке. Это разозлит её ещё больше. Пусть Даркис полюбуется на свою Дилекту, когда она снимет маску покорности, точнее на то, что скрывается внутри.

“Встань, когда к тебе обращаются. Я — Дилекта принца Даркиса. А ты — всего лишь жалкая потаскуха. Тобой побрезговал даже нищий эльф без магии, даже за золото и земли. И ты считаешь, что с драконом будет иначе?” — начала сыпать оскорблениями любовница Даркиса.

Едва подавив улыбку, я продолжала смотреть на площадку. Всё-таки они такие предсказуемые в своём высокомерии.

“Архальм, выставь невидимые щиты, она почти достаточно зла,” — мысленно приказала артефакту.

Невидимая паутинка поползла по коже, а я, направляя магию, кажется, упустила очередной поток хамства эльфийки. Вероятно, что-то очень обидное. Но зато услышала главное — угрозы.

“Не обустраивай комнату, человечка, ты тут ненадолго. Как только я понесу, первым делом избавлюсь от жалкой человечки. Лучшее, что тебе светит, — сгнить в своей сырой норе, которую и дворцом назвать нельзя,” — выдала свою самую страшную угрозу Лунари.

Она почти готова, осталось еще немного разозлить.

“А худшее?” — спросила, поднимаясь.

Пока я сидела, с площадки для тренировок не было видно, с кем именно беседует Дилекта принца. Зато стоило подняться, звон металла прекратился, а голоса драконов немного стихли. Солдат либо забавляла картина ругани любовниц повелителя, либо настораживала.

Непонятно, как их лекты вели себя раньше, возможно, наблюдать, как эльфийки делят завидного дракона — одно из местных развлечений.

Что ж, в любом случае Халаса не прибежала спасать свою подопечную, а я преподам эльфийке урок. Ждать её пакостей не хотелось, с меня хватило одной наглой лживой ушастой. Терпеть ещё и фаворитку принца с её хамством и пустыми угрозами было бы чересчур.

“Так что же меня ждёт в худшем случае?” — повторила я вопрос громче, с улыбкой заглянув эльфийке в глаза.

От злости у Лунари покраснели щеки.

“Ты жалкая человечка, как ты смеешь?” — зашипела она и, точно так же, как обычно делала ушастая мачеха, замахнулась и попыталась меня ударить.

Щиты мы с призрачным драконом выставили не зря; я надеялась на такую реакцию, намеренно провоцируя гнев высокомерной высокородной эльфийки.

Вполне ожидаемо, рука Лунари не коснулась меня, натыкаясь на магический барьер, и в следующее мгновение она оказалась на каменном полу. От шока Дилекта повелителя округлила глаза и хватала ртом воздух, как рыба на суше.

Вот исправленный текст с учётом грамматики и расстановки запятых:

От неожиданности она даже перестала хамить, явно не ожидая сопротивления. Возможно, в Предилекте Лунари привыкла, что никто не смеет спорить с главной фавориткой повелителя. Но и тут её ждал сюрприз.

Сняв щиты, я подошла к эльфийке вплотную и слегка наклонилась.

“Не знаю, что ты слышала обо мне, Лунари, но тебе явно рассказали не всё,” — тихо сообщила, — “Прежде чем угрожать, проверяй, равны ли силы, иначе рискуешь обернуться кучкой пепла,” — угрожающе добавила.

Выровняв спину и вздернув подбородок, я повернулась к ошарашенной любовнице принца спиной и спокойно подошла к краю балкона.

“Кучкой серого пепла,” — громко уточнила.

Осмотрев площадку и застывших драконов, я остановила взгляд на соломенных болванах у стены. Ящеры ждали, чем закончится скандал главной фаворитки принца и его новой любовницы. Даже Дримон не пытался ни помешать эльфийке, ни позвать Халасу. Что ж, они хотят представление — они его получат.

Чучела у стены станут моей мишенью и демонстрацией силы.

Больше я не беззащитная принцесса и банально устала терпеть или бояться. Дримон видел мою магию жизни, сегодня все драконы увидят ту, что несет смерть.