Какое-то время крылатый ящер тянул силу из резерва, а потом глубоко вздохнул и убрал руку.

“Я буду неподалеку. Если к тебе приставят стражника, не возражай. И ещё одно, повернись спиной,” — тихо просипел дракон.

Развернув меня, Дарк принялся расшнуровывать платье.

“Что ты делаешь?” — прошептала, впиваясь ногтями в обивку диванчика.

Слишком знакомая сцена заставила дрожать.

“Не бойся, принцесса, я не трону тебя. Ты всего лишь напуганный ребёнок. Даже драконы не такие монстры, чтобы брать силой то, что им не положено. Тем более совращать детей. Но эльфы, похоже, не слишком разборчивы в своих методах,” — холодно сказал Дарк, а потом, приспустив платье с плеч, коснулся ладонью спины.

“Пожалуйста, отпусти,” — прошептала, задыхаясь от подступающих слёз.

“Я не трогаю детей, Касити, просто дыши, это не больно,” — прошептали прямо в моё ухо.

В ответ я выдала тихий всхлип.

Несмотря на то, что мне казалось, будто я взяла себя в руки, воспоминания всё ещё были слишком яркими. Прикосновение холодной мужской руки заставляло дрожать и желать лишь одного — убежать и запереться в ванне.

По коже прошелся холодок, который быстро впитался, и Дарк убрал руку, поправляя платье.

“Вот и всё, моя маленькая полукровка. Больше никаких сюрпризов, никаких печатей. Как бы ни пыжился эльф, мою магию ему не одолеть. Он сам не поймёт, что нанес лишь рисунок, который я с лёгкостью уберу,” — самодовольно пропел ящер.

“А если поймёт?” — спросила, осознав, что сделал дракон.

Дарк хмыкнул, — “Слишком высокомерный. Он ни за что не признается даже себе в том, что не завершил ритуал. Рисунок проявится, но не будет работать,” — самоуверенно заявил дракон.

“Не один он самоуверенный. Что ты сделал? Поставил защиту?” — спросила, проверяя, не спадёт ли платье.

Очевидно, ящер раздевал не одну драконицу, так как ловко стянул моё платье, а после так же умело вернул всё на место. Вспомнив картинку в гостиной, я снова вздрогнула и отогнала противные воспоминания, которые жужжали в голове, как назойливое насекомое.

“Я всё расскажу тебе, Касити, и многому научу, но не сразу. Вначале необходимо ослабить бдительность высокородного короля. Пусть считает, что у него всё под контролем,” — сказал дракон и поднялся, осматривая комнату.

Выдав мне нехитрые инструкции, как изображать кротость и повиновение, мой высокомерный друг снова применил какую-то магию и под личиной эльфа покинул гостиную.

Вероятно, Дарк, как и я в своё время, недооценивал целеустремленность, упрямство и сообразительность короля Элвинтора.

Могущественный эльф явился ко мне уже спустя несколько недель, снова пытаясь заклеймить. Правда, в этот раз обошлось без свидетелей, если не считать отца.

Эльф пыхтел, рычал ругательства, но не сдавался.

Вопреки утверждениям Дарка, он сразу заметил, что метка не сработала так, как было задумано, и просто рисунок его не устроил. Пыхтя от злости и досады, Элвинтор отступил, но ненадолго.

Ещё через месяц, меня снова вызвали в кабинет к отцу. Руки эльфа снова бродили по спине, пытаясь закончить начатое, но снова ничего не вышло. А потом снова и снова и снова.

Каждый месяц Элвинтор навещал Туманный дворец, и каждый раз возвращался ни с чем — злой, разочарованный и задумчивый.

Только спустя год король нашёл выход, как заклеймить неправильную принцессу, и, воспользовавшись поводом, снова приехал.

__________

Даркис (Дарк) - принц драконов.

__________

“У меня есть для вас подарок, Касити. Как раз к вашему дню рождения,” — объявил довольный Элвинтор, едва я вошла в кабинет, и стража закрыла дверь.

Стражники-эльфы, как я и предполагала, следовали за мной по пятам, не оставляя даже наедине с королем Фредериком. Был ли среди них Дарк, я так и не узнала.

Как ни пытала дракона во время его коротких визитов, он не сказал. Лишь намекнул, что никогда не надевает одну личину дважды. Его странная магия работала иначе — позволяла скрывать истинный облик, но не могла создать ту же личину несколько раз или слишком надолго.

В отличие от меня, черного ящера забавляло усердие короля.

Конечно, не его же лапал старый эльф, рыча ругательства. Зато дракону льстило, что с его магией не справляется даже потомок знаменитой ведьмы Савояра. А ещё больше радовало то, что эльф так и не обнаружил чужую магию.

Пожалуй, это единственное, в чём мы были согласны. Элвинтор не понял, почему его уловки не работают, и я выдохнула с облегчением.

Но ненадолго.

Вместо подарка к моему семнадцатому дню рождения, король эльфов разложил на столе красивый кулон с голубым камнем.

“Пора обновить вашу защиту, принцесса. Артефакта де Форест больше нет, а потому я внес некоторые поправки и добавил кулону изысканности. Вы уже почти молодая женщина. То, что шло девочке, будет смотреться смешно на женственной фигуре девушки,” — пропел довольный эльф и показал жестом развернуться.

Конечно, как я могла забыть, он сам наденет кулон, чтобы непокорная принцесса не смогла избавиться от украшения.

Король уже почти спрятал старый кулон в карман, как я встрепенулась.

“Вы не оставите мне украшение на память?” — задала вопрос, и рука эльфа дрогнула.

Рисковать и отдавать кулон, который я постоянно снимала и с нарушенным замком, показалось опасным. После пылкой речи, что это воспоминание о детстве и я уже сроднилась с украшением, король вернул мне ограничитель, надев на шею новый.

Очевидно, решил до конца играть в заботливого родственника. Было бы странно, откажи он в такой мелочи, при этом одаривая более драгоценным кулоном.

“Вам идет, Касити,” — коснулся эльф моей руки, и я натянула улыбку, подавляя желание вытереть казалось видимый след от его холодных губ.

“Спасибо, оно намного изящнее моего старого кольца. Примису уже надели артефакт?” — спросила, скорее, отца, но ответил не он.

“Он ещё мал, и он эльф. Родовой артефакт де Форест рассчитан на мага. Мы не рискуем. Вам он не принес вреда за столько лет, но неизвестно, как подействует на наследника. Королева Калиста ещё как минимум год будет проверять, как действует артефакт на эльфов,” — холодно произнёс король Элвинтор.

Что-то в его словах смутило. Пока король рассказывал отцу про нападки упырей, совершенно забыв обо мне, я смогла понять, что именно.

“Хм, так вот почему артефакт достали из хранилища, его решили испытать на мне?” — решила проверить свою догадку, и оба правителя повернулись и замолчали.

“Но это странно, отец, я ведь маг. Конечно, родовой артефакт не навредил мне, как и всем магам де Форест,” — сказала, внимательно наблюдая за реакцией.

“Конечно, дорогая, но прежде его носили маги постарше. Ты неверно поняла его величество. Ступай к себе, Касити,” — отчего-то хриплым голосом сказал король Фредерик.

“Благодарю за подарок, ваше величество,” — поклонилась Элвинтору и быстро покинула кабинет.

Растерянность отца и холодный прищур эльфа окончательно подтвердили мои подозрения. Они всё знают. Оба.

До своей комнаты я почти бежала, изображая радость от нового украшения. Хотя на самом деле, в голове была только одна мысль, которая буквально вопила, заглушая остальные.

“Они знают!!! Они оба знают!! Всегда знали, и поэтому надели ограничитель,” — кричал голос в голове, и я забежала в ванну.

Злость рвалась наружу, заставляя нырять в ледяную воду, чтобы немного отогнать желание вернуться в кабинет и разоблачить предателей. Что ещё они скрывали? Зачем надели артефакт? Что дальше?

Ледяная ванна не помогла, и я погрузилась под воду, желая остудить ещё и закипевшую от мыслей и вопросов голову.

Настойчивый стук в дверь не заставил вынырнуть или отозваться. Кто бы ни пришел — это неважно. Важнее было сдержать нарастающую ярость от недавнего открытия.